16+

На этой неделе много лет назад: Сентябрь. 1792 год

01/09/2008

Уже месяц, как французский народ сверг монархию и зажил в стране, которая превратилась в республику. Всюду царили веселье и радость, потому как новая власть пообещала: теперь, ребята, управлять государством сможет любой из вас, даже кухарка… Нет, вроде насчет кухарки говорилось не здесь и много позже, а тогдашние французы прониклись другой идеей, спущенной сверху: свобода, равенство, братство. Тоже не слабо, да?


Правда, по всему выходило, что веселиться и радоваться осталось недолго. В начале сентября войска интервентов (80-тысячная армия, состоявшая в основном из пруссаков, в авангарде – отряд французских дворян-эмигрантов, жутко обиженных, жутко воинственных, готовых разнести в пух и прах зарвавшихся хамов) заняли Верден. 20 сентября – окружили деревню Вальми, где окопались революционные войска, оглушили их артиллерийской канонадой, пошли в наступление. И… тут же рванули назад, стоило французам ответить огнем. После чего интервенты в срочном порядке покинули Францию, наплевав на слезы и ругань дворян-эмигрантов.

Насчет причин отступления пруссаков ходит куча версий. Одна из них такая. Где-то в середине сентября 1792 года драматург Бомарше заскочил в гости к приятелю – комедийному актеру Флери, с которым любил трепаться о том о сем. А трепаться не с кем. По словам десятилетней дочки актера, папы нет дома больше недели, он уехал в Верден.

Бомарше удивился: с чего вдруг парижского комика понесло в Верден, занятый пруссаками? Вряд ли его потянуло играть на тамошней сцене. Тогда зачем?.. Через несколько дней, продолжая ломать голову над этой загадкой, он снова приехал к Флери. Жутко обрадовался, застав его дома, но зря. На все вопросы обычно болтливый приятель пожимал плечами и мотал головой. Единственное, что удалось из него вытрясти: ни в каком Вердене я не был и вообще из столицы ни ногой.

Скоро Париж ломился от слухов: интервенты убрались из Франции по приказу прусского короля Фридриха Вильгельма II. Заняв Верден, он тут же приказал устроить бал в честь своих офицеров и французских дворян-роялистов. На этом балу все и решилось. К королю подкрался незнакомец в черном и шепнул на ухо пароль ордена «золотых розенкрейцеров». После чего проводил короля, глубоко почитавшего этих самых «розенкрейцеров», из светлого бального зала в темную-темную комнату, едва освещенную пламенем камина. И сразу исчез – как не было.

Сообразив, что угодил в ловушку, Фридрих Вильгельм II собрался бежать сломя голову. Но от голоса, который попросил его: «Остановись! Не уходи отсюда, пока не выслушаешь того, что я тебе скажу», – мгновенно прирос к полу. Обернулся – и точно! За спиной стоял призрак покойного дядюшки. Тоже Фридриха, и тоже Второго (но без всяких Вильгельмов), который когда-то завещал ему прусский трон. Выслушав кучу советов от призрака дяди Фрица, Фридрих Вильгельм поклялся их выполнить. И в первую очередь – отказаться от помощи французским роялистам. Как объяснил дядин призрак, они тащат Пруссию в очень опасную затею. А сами, кстати, того и ждут, чтобы избавиться от вмешательства иностранцев в свои дела…

Сопоставив все слухи со странным поведением актера Флери («Никуда не ездил! Какой Верден?»), Бомарше пришел к выводу: врет, ездил. Именно он предстал перед суверенным прусским королем под видом призрака Фридриха II. Тем более что этого Фридриха актер когда-то играл на парижской сцене, причем с огромным успехом. А теперь, надо думать, его отправил на ту же роль, снабдив новым текстом, кто-то из правительства.

Даже если этого не было, хорошая история. Без всяких боев – пусть на время – взяли и свернули войну.   


Елена Евграфова











Lentainform