16+

Долгая жизнь в эпоху перемен

15/09/2008

ВИКТОР ТОПОРОВ

Неподалеку от моего дома, на улице Жуковского, угол Маяковского, вот-вот откроют продуктовый магазин. Ничего, казалось бы, удивительного. Не считая того, что открывают его на том же самом месте после 15-летнего перерыва.


Существовал он вроде бы с незапамятных времен. Там я покупал водку – не первую в своей жизни, и не последнюю, – но предпоследнюю по талонам. Потому что последние водочные талоны в незабываемом 1991 году мне отоварить так и не удалось.

Правда, и скопилось их у меня к тому времени немало. После одной статьи во славу употребления крепких спиртных напитков возмущенные читатели тогдашней «Смены» принялись пачками пересылать мне их на адрес редакции с пометками типа: «Пьянице Топорову, чтоб выпил и сдох поскорее!» Зав. отделом культуры Максим Максимов вручал мне эти данайские дары с несколько обескураженным видом, я же всякий раз принимал их с глубокой благодарностью. А вот два последних талона так и не сумел отоварить – водка в городе, только что переименованном в Санкт-Петербург, кончилась даже по талонам.

Водка кончилась, а реформы зато начались, а потом пошли полным ходом. Так до сих пор и идут. По меньшей мере у нас, в историческом центре города.

Улица Жуковского преображается буквально каждые три месяца. При губернаторе Яковлеве ее еще и перекапывали раз десять, но я сейчас не об этом.

Одно время на  тихой респектабельной улице было 9 аптек (сейчас осталась одна), но и это не рекорд: на коротеньком, в полкилометра, Владимирском проспекте я недавно насчитал 16 обувных магазинов. Появились обувные магазины и на улице Жуковского – во всем диапазоне от бутиков до «Белорусской обуви». Впрочем, последний бутик недавно переделали в ресторан итальянской и узбекской национальной кухни. Возможно, переквалифицировавшиеся из обувщиков рестораторы полагают, что это одно и то же.

Сейчас на улице Жуковского пальму первенства держат суши-бары. Я, правда, чаще добредаю до недалекой улицы Некрасова, где еще сохранилась парочка недурных шашлычных.

Еще до медикаментов и даже до обуви по всей улице вовсю торговали видеотехникой. Телевизорами в одном зале, продуктами питания и непременно пивом – в другом. Такая была «видеодвойка» начала 90-х.

Кухонной мебелью скоро начали торговать отдельно – выжив из помещения вполне приличный магазин «Роспечати». Но не задержались и мебельщики: сейчас в тех же хоромах заседает инвестиционный фонд, но и ему – судя по сводкам с фронтов (кавказских и биржевых) – жировать осталось уже недолго.

Слева от нынешнего фонда – знаменитый магазин «Техническая книга». На его месте сейчас парфюмерная фирма «Арбат-Престиж». Владельца которой, как известно, арестовали за компанию с Могилевичем – и не выпустят, пока он не перепишет все торговые точки до последней на кого надо.

Есть еще на улице магазин «Оптика» – на улице не единственный, а напротив – магазин «Цветы» (их на улице тоже три) и совсем недавно был филиал какого-то банчка. Перед банчком в том же помещении торговали керамической утварью, а уже после него – электронными игрушками.

На улице, кстати, четыре видеосалона и пять-шесть, если не все десять туристических агентств. Открываются и закрываются они с такой скоростью, что путевку там приобрести еще можно, а вот предъявить потом рекламацию – черта с два!

В моем доме на Чехова, 4 (сто метров от улицы Жуковского), одно время обитало такое вот скоротечное туристическое агентство. А потом исчезло. И сейчас тот же подвал занимает удивительная контора, предлагающая услуги дантиста и парикмахера высшей категории. Наверное, волосы там избавляют от кариеса, а зубы – от педикулеза.

Продуктовые магазины и магазинчики отсюда мало-помалу изгнали – все до последнего! Остался только «Ливиз», в котором любили выпить в розлив петербургские фундаменталисты. «Ливиз»-то остался, вот только владелец его из отечественных сенаторов канул в Лету, и «Ливиз» теперь называется «Дагвино».

А кому принадлежит «Дагвино»?

Бытует безумная конспирологическая теория, согласно которой все эти нелепые, заведомо и безнадежно убыточные предприятия принадлежат москвичам – то ли отмывающим таким образом деньги, то ли, напротив, рыхлящим почву для тотального монополистического захвата здешнего рынка.

Не верю! Причем дважды не верю! Вот завели москвичи на Некрасова литературно-музыкальное кафе «Платформа» – быстренько прогорели и тут же сделали ноги.

А соседняя с «Платформой» закусочная превратилась в ресторан украинской национальной кухни.

Почему, кстати, в нашем городе украинские рестораны дороже французских? Ответ «Потому что хохлы жадный народ» не принимается как разжигающий межнациональную рознь. Французы, знаете ли, тоже готовы удавиться за каждый евроцент.

Тренд последнего полугода, последних трех месяцев – возвращение продуктовых магазинов! На той же Жуковского их штук шесть – и это еще не вечер. В основном это маленькие семейные предприятия, в которых трудятся выходцы с Кавказа и из Средней Азии. С Мальцевского-то рынка их погнали – сейчас там и зеленью, и травой торгуют сплошные славяне.

Расконсервировали и помещение в советское время единственного на всю улицу гастронома!

Причина?

Тоже мне, бином Ньютона, скажете вы. Еда драматически дорожает, торговать ею стало выгодно; величина прибавочной стоимости – стихийный регулятор рынка…

Не верю! Дело в другом.

Бывают намоленные места (то есть места, где много молились), а бывают и наторгованные!

И отнюдь не только в торговле.

Поколобродили, поэкспериментировали, пореформатствовали – и все постепенно возвращается на круги своя.

Даже сегодняшний рубль перестал прикидываться рублем – и предстал во всем великолепии старой советской копейки.

Пересчитайте сами: всё сходится; только водка, как это ни удивительно, получается по рублю за поллитра, – но эту недоработку они как раз, надо полагать, скоро исправят.

Ваша свобода – это наша недоработка, – говорят они? Вот и их нынешняя цена на водку – это наша свобода.   



Виктор Топоров











Lentainform