16+

Зачем на отечественное ТВ вернули В. В. Жириновского?

20/03/2009

ВИКТОР ТОПОРОВ

О триумфальном возвращении на телеэкран Кашпировского объявлено заранее – и поиронизировать по этому поводу успели все. Понятно, что потребность в «золотом сне» обратно пропорциональна золотовалютному запасу. Да и стратегическим запасам продовольствия, которых, похоже, не сделано. Меж тем, под шумок, состоялось триумфальное возвращение на телеэкран Жириновского.


  Вы скажете, что он никуда не уходил?

И будете не правы.

Он уходил, он давно уже и, казалось бы, безвозвратно ушел в тень.

Ушел – и вдруг вышел.

Точь-в-точь как Кашпировский.

Жириновский вернулся с думой о Конституции. Точнее, об одной-единственной формулировке, которая его в Конституции якобы не устраивает. Всё устраивает, а формулировка «многонациональный народ России» не устраивает. Он предлагает написать: «русский и другие народы России».

Почти как в анекдоте про грузина, ставшего отцом. – Поздравляем, у вас родился ребенок! – Малчик? – Нет, не мальчик. – А кто, если не малчик?!

Вообще-то формулировка «многонациональный народ России» и впрямь не ах – с точки зрения стилистической. Да и смысловой: многонациональных народов не бывает; прямо наоборот, нация состоит из входящих в ее состав народов и народностей. И в Конституции уместнее было бы написать просто: «народ России». Ельцинские «дорогие россияне».

Но Жириновский-то печется не об этом!

Да и кому какое дело нынче до Конституции?

Кто ее – закон прямого действия, между прочим, – хоть когда-либо соблюдал?

Один В. В. Путин со своим «третьим сроком» – да и у него, как теперь все понимают, получилось как-то криво.

Жириновский с «русским и другими народами» стартовал у Соловьева в передаче «К барьеру» (НТВ) и продолжил у «Гордон Кихота» (на Первом). У Соловьева он через два раза на третий (через Веллера с Прохановым), а Гордон Кихоту, конечно, позор. Так все и говорят, и пишут: позор Гордону! И намекают на то, что обе его передачи вот-вот прикроют, – поэтому, мол, он так и старается угодить властям предержащим.

Чушь собачья, конечно. Не удивлюсь, если Жириновский появится и в «Школе злословия». И, чем черт не шутит, у Познера. Или у Познера он уже был?

Тут любопытно вот что: «К барьеру» идет в прямом эфире, а «Гордон Кихот» – в записи. Так что выступление Жириновского «по вопросу об изменении Конституции» готовилось загодя.

И вообще, как сказал ему «у гордона» поэт-песенник Андрей Дементьев (и сказал стихами, причем примерно такими же, как первый поэт Петербурга Александр Кушнер – хозяйке города Валентине Матвиенко: «Спасибо за писательский домишко вам говорит мой маленький умишко!»), – больше надо Владимиру Вольфовичу заниматься реальной политикой.

(На неделе стартовала, кстати, «Нереальная политика» на РЕН-ТВ с Тиной Канделаки и тем Андреем Колесниковым, который видел Путина.).

Сам же Владимир Вольфович был «у барьера» скандален, а «у гордона» – вальяжен. Ну, и Гордон этот штопаный вождю ЛДПР всячески подыгрывал.

Существует обоснованное мнение, будто Жириновского запускают как пробный шар – посмотреть, как широкая публика отреагирует на то или иное провокационное предложение. Первым заговорил Жириновский о том, что губернаторов нужно назначать, а регионы укрупнять. Ну, и кое о чем другом, что при ближайшем рассмотрении оказалось далеко не столь многообещающим.

Но есть и другое мнение (столь же, кстати, обоснованное): Жириновского используют для того, чтобы он, «озвучив», заранее скомпрометировал ту или иную перспективную идею – скомпрометировал хотя бы тем, что она звучит именно из его уст.

Но кому и в каком качестве могут понадобиться (или как минимум пригодиться) «русский и другие народы России» в специфической аранжировке Жириновского?

Да никому!

Ни в каком!

Пустое сотрясение воздуха!

Задумавшись как-то над тем, почему несколько миллионов соотечественников на каждых выборах голосует за Жириновского, я пришел к довольно парадоксальному выводу об устройстве нашей демократии (или квазидемократии, это уж кому как нравится).

Оказывается, дело не столько в электорате, сколько в каждом взятом в отдельности избирателе из общего числа примерно в сто миллионов человек.

Правда, прежде чем обнародовать свои выкладки (уточню, что расчеты производились мною до кризиса, – а сейчас картина уже совершенно иная и вдобавок постоянно меняющаяся).

Каждый из нас процентов на 50/60 заинтересован в стабильности, чтобы не сказать в застое. И этой половиной души голосует за партию Грызлова.

Хотя процентов на двадцать пять мы чувствуем себя униженными и оскорбленными. И эта четверть закономерно достается партии Зюганова (причем в минуты крайнего ожесточения, выпадающие все же не часто, каждый готов проголосовать за партию Лимонова).

Процентов на пятнадцать нам хочется и на елку влезть, и помитинговать в стиле побазарить. И эти пятнадцать процентов мы отдаем партии Миронова.

Где-то на полтора процента нам хочется видеть в президентах Григория Явлинского – или мы не Европа? Где-то на полпроцента – назначить Чубайса премьер-министром и посмотреть, что получится.

Ну, и процентов на пять-десять (цифра варьируется) мы понимаем, что все эти выборы – ерунда, и все эти партии – ерунда, а реформы и контрреформы – тем более. Но и бунтовать опасно (а главное – глупо), – и хочется нам то ли заорать, то ли запричитать, хочется пройти по жизни, как мимо тещиного дома, не без шуток, – хочется и показать, и засунуть, – и вот тогда, в этом-то настроении,  мы и голосуем за партию Жириновского.

Точнее, разумеется, за самого Жириновского.

За человека не взбунтовавшегося, но осатаневшего!

И, даже вроде бы подуспокоившись, готового осатанеть буквально в любое мгновение, по поводу и без.

Даже не за человека – за маску человека осатаневшего, которая приросла к самодовольному и сытому лицу преуспевающего селфмэйдмена, бизнесмена и шоумена.

Он уже осатанел, а мы пока нет.

То есть мы, конечно, тоже осатанели, но на какие-то пять-шесть процентов.

Так, по меньшей мере, обстояло дело до начала всеобщего кризиса.    


Виктор Топоров
 











Lentainform