16+

Почему запрещают «Россию-88» и разрешают «Олимпиус Инферно»?

06/04/2009

ВИКТОР ТОПОРОВ

Судьба двух кинофильмов (прокатная, но не только) будоражит нынче общественное внимание. Судьба, на момент, когда пишутся эти строки, диаметрально противоположная. Да и оценивают обе картины с утрированной полярностью.


«Олимпиусу Инферно» Игоря Волошина дали зеленый свет. Снятый за несколько месяцев по неостывшему следу августовской войны на Кавказе (перебоев с финансированием – пусть и в кризис, – надо полагать, не было) фильм после мощной рекламной артподготовки показан по Первому каналу в воскресенье 29 марта, в прайм-тайм, без единой рекламной паузы, – и в тот же день поступил в продажу на лицензионных DVD.

«Россия-88» Игоря Бардина с успехом прошла сначала на Берлинском, а затем и на Ханты-Мансийском кинофестивале – и забуксовала… Прямо в Ханты-Мансийске, где членам жюри и организаторам фестиваля в ультимативной форме было заявлено: получит Бардин Гран-при – и фестиваль закроют, а городское начальство погонят со службы… А кем заявлено?.. Участники этой неприглядной истории, они же потерпевшие, говорят о некоем «звонке из Кремля», не оглашая однако имени позвонившего.

Режиссер «Олимпиуса Инферно» Волошин раздает одно интервью за другим; он в превосходном настроении; он полон творческих планов; он собирается снимать по три-четыре фильма в год.

Интервью с участниками съемочной труппы «России-88» скандально «вынули» из уже сверстанного номера одного из самых респектабельных еженедельников. Фильм не выложен в Сеть. На  DVD его тоже нет, даже на пиратских. Прокатная судьба гадательна. Вроде бы его должны показать на незначительном московском фестивале, стартующем 3 апреля, хотя тоже не факт. А факт – единственно достоверный – заключается в том, что загадочный кремлевский звонок в Ханты-Мансийск продолжает «работать».

Почему режим наибольшего благоприятствования обеспечен «Олимпиусу Инферно», понятно: фильм проводится по пропагандистскому ведомству.

Американский «ботаник» и московская прошмандовка, прибыв на энтомологическую «охоту» в Южную Осетию в самый канун войны, нечаянно записывают на видеокамеру неопровержимые доказательства грузинского вторжения в мятежный анклав. Те самые доказательства, которых Россия миру так, напомню, и не предъявила (или они были отвергнуты как фальшивки), но которые, тем не менее, нам с вами и не нужны, так как мы привыкли верить властям на слово.

Тем более что в данном случае они вроде бы для разнообразия и впрямь не врут: войну начали грузины.

Строго говоря, всё, что происходит с двумя самопровозглашенными закавказскими республиками (в особенности с Южной Осетией; ситуация в Абхазии, на территории которой, кстати, происходили съемки «Олимпиуса», несколько сложнее), напоминает знакомую едва ли не каждому со времен дворового детства ролевую игру с «наглым шкетом».

Наглый шкет подходит на улице к здоровенному амбалу и просит закурить. «Дай, – говорит, – в зубы, чтоб дым пошел!» Иногда получает сигарету, но чаще – по зубам. И тут же несколько хулиганов, выскочив из подворотни, расправляются с «обидчиком» наглого шкета. Ногами, а бывает, и ножичком.

Сложность интересующей нас ситуации в том, что она обоюдна. Грузия считает Южную Осетию наглым шкетом, а Россию – местной шпаной. Россия же считает наглым шкетом саму Грузию, а шпаной, естественно, – США. Причем оба сценария разыгрываются одновременно.

Тем не менее, 08.08.08 не удержавшимся от удара амбалом оказался все же Саакашвили. Со всеми неизбежно вытекающими последствиями.

Почему ставят рогатки «России-88», на первый взгляд, понятно тоже: жесткий разоблачительный фильм о пресловутом «русском фашизме» (пусть и со встроенным механизмом любовной истории в духе «Ромео и Джульетты»)  – в отличие от прямолинейной антигрузинской агитки – бесконечно раздражает «патриотическую партию» в одной из башен Кремля – отсюда и фактический запрет на фильм Бардина.

Однако не всё так просто – ни с первым фильмом, ни со вторым, да, похоже, и с самим запретом.

Игорь Волошин режиссер вообще-то артхаусный. И его «Нирвана» – лучший русский артхаус прошлого года. Обойденный, однако, значительными наградами, которых удостоились посредственные фильмы, перечислять которые здесь лишний раз не буду.

И режиссера такой – сектантский, курослепый, жульнический – поворот событий явно не устроил. И он – да, припав к кормушке госзаказа, – снял свою агитку изысканно, ручной камерой, как какой-нибудь Ларс фон Триер. И объявил, что вообще-то его кино – грубое по смыслу, но утонченное по форме – направлено не против грузин, предстающих здесь сущими исчадиями ада, а, правильно, против самого Дьявола!

И «Олимпиус Инферно» – это самый настоящий философский артхаус, только показанный по Первому в воскресенье в прайм-тайм без рекламных пауз, как какое-нибудь невзоровское «Чистилище»!

Инферно, если кто не знает,  – это ад, так что сравнение картины с «Чистилищем» вдвойне уместно.

В фильме взята, строго говоря, лишь одна фальшивая нота: грузины, вторгшись в анклав, не только действуют как военные преступники, но и ощущают себя таковыми, с самого начала старательно заметая следы преступления.

Но ведь они их не заметали! Да и преступниками себя не чувствовали. Они считали себя освободителями! А то, что рэзали, – так на Кавказе всегда всех рэжут…

Не так прост и фильм Бардина. Русские фашисты русскими фашистами, но дело в «России-88» не обошлось и без еврейского подстрекателя. Собственно говоря, в переходе героев фильма от слов к делу, а от дел – к душегубству,  косвенно, а может быть, и непосредственно виноват именно этот (преследующий, подобно Бардину и Волошину, собственные сугубо эстетические цели) провокатор.

Конечно, версию о «патриоте» из кремлевской башни, фактически запретившем «Россию-88», нельзя полностью сбрасывать со счетов, хотя куда правдоподобней выглядит, на мой взгляд, другая: антифашистскому фильму ставит палки в колеса какой-нибудь кремлевский либерал, резонно рассудив, что широкая реклама и возможный успех бардинской картины в равной мере порадовали бы как тысчонку-другую демшизы, так и миллион-другой, а то и десяток-другой миллионов латентных «фашистов», обеспечив каждой из этих групп приток свежих сил, пропорциональный ее нынешней численности.

Именно так, кстати, и обстояло дело со знаменитым американским фильмом «Фанатик», к которому «Россия-88», несомненно, восходит. Не будем забывать о «Семнадцати мгновениях весны», впервые прививших подросткам интерес к нацистской символике и ритуалу.

То есть кремлевского либерала (если это именно либерал) можно понять. Не согласиться с ним (я принципиальный противник подобных запретов), а проникнуться его логикой.

Вернемся, однако, к двум безусловно талантливым режиссерам. Очевидно, пожалуй, одно: сейчас, в условиях кризиса, каждому многообещающему кинорежиссеру суждено выйти на судьбоносную развилку. Деньги найдутся только на агитационный госзаказ или, наоборот, на общественно-политическую провокацию. Только в нагрузку к которым и примут все твои эстетические изыски. Вот и выкручивайся!     


Виктор Топоров
 











Lentainform