16+

Зачем наше ТВ раскрасило черно-белые фильмы?

11/05/2009

ЛИЛИЯ ШИТЕНБУРГ

Непростая задача выпала телевизионщикам в последние дни. Что и кому показывать? Дано: есть верные телезрители, которые коварно изменили любимому телевизору с клубничными и иными грядками. Есть потенциальные зрители, которые в «кинетическое» состояние никак не перейдут, поскольку «пялиться в ящик глупо» (особенно много их полку прибыло с наступлением хорошей погоды). Есть люди, у которых уже и так все есть: футбол и Лига чемпионов.


     

  И даже те из них, кто по причине пола, возраста или рода деятельности еще могли бы худо-бедно быть рекрутированы для просмотра чего-нибудь высокодуховного и познавательно-кулинарного, даже они, пренебрегая и новостями, и сериалами, эстетствуют, сравнивая комментаторов на канале «Спорт» и «НТВ-плюс» (предпочитая все же Уткина), и занудствуют, вопрошая: «А отчего это, когда матч удается, его называют спектаклем? Может быть, следовало бы наоборот?»

На самом деле задача еще сложнее: отчетный период – время между двух праздников. Один понятный, другой – нет. Что, когда и как будут показывать к 9 Мая – очевидно. То же, что и в прошлом году, и в позапрошлом. Старые советские фильмы во главе с бессмертным «Летят журавли» (его уже показывали на неделе – в связи с юбилеем Татьяны Самойловой), «В бой идут одни старики», «Небесный тихоход», «Хронику пикирующего бомбардировщика», рогожкинскую «Кукушку» и т.д. «Бабушка приедет» тоже точно по расписанию – несколько раз в год по большим военным праздникам НТВ демонстрирует фильм «В августе 44-го». Сцену «момента истины» я, видимо, буду смотреть столько раз, сколько его будут показывать. В общем, все достойно, традиционно и не без шика – как военные песни в исполнении Дмитрия Хворостовского (которые тоже будут).

А между тем в регламентированной области «праздничного телеэфира» разразился скандал: «Семнадцать мгновений весны» предстали перед публикой в раскрашенном виде. Мундиры, знамена, повязки со свастикой, ордена, машины, цветочек в окне на Блуменштрассе и лыжи пастора Шлага – все сделалось разноцветным. Лицо штандартенфюрера Штирлица приобрело приятный охристый оттенок. Знаменитые тени вокруг глаз (только Центр знает, как он устал!) сделались коричнево-бронзовыми. Некая монохромность (здоровый румянец во всю щеку рисовать никому все-таки не стали, с цветом глаз постарались обойтись помягче) придает кадру вид старой олеографической открытки. Ангелочков пририсуют позже.

И Лиознова все это одобрила. Коммунисты, говорят, тут же подали в суд на авторов затеи. Их наивная уверенность в том, что все, сделанное в этой стране до перестройки,  – есть собственность ЦК КПСС, полученная ими по наследству, разумеется, всего лишь забавна. Но если ребята, потратившие уйму сил и денег на то, чтобы с помощью компьютерных технологий и кропотливой ручной работы заставить подвалы гестапо «сиять, как новенькие», не понимают, что трудились впустую, – считайте меня коммунистом.

Наши умельцы все это, разумеется, не сами придумали. Практически вся американская киноклассика была в свое время раскрашена столь же варварским образом. Хамфри Богарт в расписной «Касабланке» мог похвастаться неожиданно появившимся макияжем наравне с Ингрид Бергман, отчего выглядел живым мертвецом куда больше, чем обычно. Свой шок от купленного когда-то ремастированного и подкрашенного «Мальтийского сокола» (с совершенно желтолицей Астор) мне не забыть до сих пор.

В чем, собственно, вопрос? Наверняка не в том, что в телевизорах сограждан нет функции отключения цвета. И тем более не в том, что нам пытаются еще раз продать вещь, которую мы уже купили. Просто черно-белые «Семнадцать мгновений» проходили по разряду «телевизионное искусство», а размалеванные – по разряду «телешоу и реклама».

Вынужденная скудость выразительных средств, обернувшаяся неповторимой элегантностью, игра света и тени, породнившая сериал со «старшим братом» – классическим кинематографом, – это, а не только сюжет и  возможность увидеть, как Штирлиц идет по коридору, опустошали улицы во время показа фильма. Заказанная в лихие времена «развитого гламура» работа по расцвечиванию черно-белого мира (а ведь был мир!) оказалась всего лишь очередной продукцией фабрики по изготовлению конфетных фантиков. Хотя вроде бы, по идее, должна была каким-то образом прививать сегодняшним подросткам (у которых, если следовать этой логике, существует идиосинкразия к черно-белому изображению – что не есть факт) вежливый интерес к истории страны, любовь к Родине и артисту Вячеславу Тихонову.

Нет возражений ни по одному пункту. Однако всякий раз, когда гадости делаются именем молодежи (к которой надо относиться непременно снисходительно), заботливые ораторы сильно смахивают на известного по «Семнадцати мгновениям» любителя «хороших рыбных консервов». Богатых фосфором. Это нужно для мозга. Они и еще что-нибудь придумают. Нелегок труд провокаторов.

Но если скандал с «лакировщиками действительности» вполне вписывался в ряд праздничных мероприятий (пусть и как негативное событие), то телевизионный Первомай отметал всякую логику. Светлой памяти международной солидарности трудящихся посвятили показы фильмов «Кубанские казаки» и «Волга-Волга». Остальное время веселились бессистемно и напропалую – как правильно праздновать «день весны и труда», все равно никто толком не понимает. Пока в праздничном эфире «Ромео+Джульетта» («весна!») чередовались с «Ливнем» (много криминальной суеты во время природной катастрофы, стало быть, видимо – «труд!»), Дэниел Крейг пытался стать Джеймсом Бондом (большой труд!), а Митхун Чакроборти служил «танцором диско» (весна-весна!), Европа вовсю отмечала нечто среднее между Первомаем и Вальпургиевой ночью – массовыми демонстрациями, акциями неповиновения и стычками с полицией. О том, что в Петербурге антифашистов не допустили к шествию, погрузив в автобусы еще до начала, – сообщил только канал СТО. Весна-весна!

А Пятый канал повел себя не по-товарищески. Манкировав всеобщим весельем, три дня подряд показывал старые телеспектакли: товстоноговских «Мещан», «Мертвые души» Белинского и «Фиесту» – легендарный шедевр Сергея Юрского. Барышников в роли тореро, Памплона и коррида в павильоне, «и с ними была Брэт» – Тенякова, одинокий шансонье-француз – сам Юрский… Черно-белое изображение – разумеется. Все это будит воображение и самосознание, как и сорок лет назад. Если кому надо, конечно.      

______________________________________________
  Далее: 

На отечественном ТВ стало больше ток-шоу. К чему бы это?
Стоит ли смотреть новый спектакль Андрея Могучего – «Изотов»?
Cможет ли отечественное ТВ выполнить рекомендации отечественного Минздрава?
Может ли президент конкурировать на нашем ТВ с сериалом «Десантура»?
Почему плохо, когда телевизор не показывает ночью?
Зачем столько «Чаек» и «Тартюфов» в репертуаре современных театров?
Что наше ТВ сделало из «Братьев Карамазовых» Достоевского
Как отечественное ТВ отметило 1 апреля и другие саммиты
Cтоит ли смотреть «Ксения. История любви» Фокина в Александринке?
Пугачева, как эпоха, – прощается, но не уходит
Действительно ли на ТВ нечего смотреть или просто некому?
Путешествие поющих дилетантов



 








Lentainform