16+

Чиновник Хмыров хочет научить нас сортировать мусор

10/11/2009

Чиновник Хмыров хочет научить нас сортировать мусор

Проект строительства мусороперерабатывающего завода в Янине был презентован в Лондоне потенциальным инвесторам. Вернувшийся из Великобритании начальник городского Управления по работе с отходами Всеволод Хмыров рассказал «Городу» о мусоре все: кто и куда вывозит его сейчас, почему это плохо и как сделать так, чтобы было хорошо.


        Куда вывозить

- В какой стадии сейчас строительство второй очереди в Янине?

- Мы надеемся, что на ближайшем заседании городского правительства будет принято постановление об объявлении конкурса. В Лондоне недавно состоялось road-show, то есть анонсирование предстоящего строительства.

- Почему отказались от строительства за счет бюджета?

- А кто говорил, что он будет построен за счет бюджета?

- В частности – губернатор на открытии первой очереди.

- Город должен получить работающую технологию, чтобы в нее вкладываться. А те разработки, которые прежде делались по второй очереди Янина – это фактически опытно-конструкторские работы. Поэтому сейчас решено привлечь лучшие мировые технологические решения и инвестиционные средства. Но я не исключаю, что в дальнейшем город будет за счет бюджета строить заводы по той технологии, которую применят в Янине. После того как она будет принята в результате конкурса.

- Говорят, что губернатор отказалась финансировать строительство второй очереди, так как была недовольна тем, как прошел первый этап реконструкции завода. Это правда?

- Я не могу комментировать слова губернатора.

- То есть проект «Механобра», за который город уже заплатил, реализован не будет?

- Если «Механобр» примет участие в конкурсе со своим проектом и победит – то будет. Мы не привязываемся к конкретной технологии. Мы ждем предложений от инвесторов. Для нас важно построить максимально экологически безопасный завод с мощностью 350 – 400 тысяч тонн или 1,5 – 2 миллиона м3 мусора в год и минимальными затратами города.

- Сколько в итоге будет перерабатываться мусора?

- После строительства второй очереди у нас будет перерабатываться 4 миллиона м3 мусора в год – один на заводе на Волхонском шоссе, один – на нынешних мощностях в Янине и порядка 2 миллионов на его второй очереди. Таким образом, мы будем перерабатывать около половины всего мусора – сейчас у нас в год получается 8,5 миллиона м3 твердых бытовых отходов, куда включается и коммерческий мусор. Но не считая строительного, который составляет около 80 тысяч тонн в год

- Городская концепция по обращению с отходами предполагает строительство большого числа новых заводов – в Левашове, шиноперерабатывающего и т.д. Как обстоят дела с ними?

- Шиноперерабатывающий завод и мусоросортировочные комплексы – это инвестиционные проекты. Мусоросортировочный комплекс во Фрунзенском районе уже построен и заработает в первом квартале следующего года. Есть еще две заявки от инвесторов на строительство таких заводов – в Красногвардейском и Приморском районах. Что касается переработки мусора – наша задача довести ее до 100%, с учетом перспектив. Это Янино, будущий завод в Левашове, завод на Волхонке, который в перспективе тоже надо модернизировать. Самая тяжелая ситуация на юге – полигон на Волхонке уже практически выработан, нуждается в рекультивации, хотя туда по-прежнему свозятся коммунальные отходы. На юге остро требуется новый мусороперерабатывающий комплекс. Сегодня там идут изыскательские работы, их курирует Комитет по экологии. Принципиальное решение, вы знаете, было принято по Мге.

- Однако общественность сильно возмутила идея сделать свалку на месте боев.

- Это не свалка. Я считаю ошибкой то, что было решено отказаться от этого проекта. Там и география, и геология позволяют создать такой объект. Существует объективная и очень острая необходимость строить мусороперерабатывающий комплекс.

- А как участвует в этой истории Ленобласть? Это же ее территория.

- Строго говоря, Янино – тоже область. Никаких проблем с этим нет. Это общий интерес.

- То есть Ленобласть участвовать в управлении этим объектом не будет – она только сдает вам в аренду землю?

- Я не знаю о предложениях области по совместному управлению этим объектом. Если такие предложения поступят – я готов с ними работать для доклада правительству города. Но я твердо убежден – все земли, предназначенные для депонирования отходов, должны управляться государственными структурами, а не находиться в аренде у частных предприятий.

- Как в таком случае вы собираетесь решать вопрос с полигоном на Волхонке – он же в аренде?

- Никак не собираюсь. Это вопрос арендных отношений Ленинградской области, на территории которой он находится.

- А полигон в Новоселках еще не переполнен?

- Пока что он в рабочем состоянии и ресурсы его не исчерпаны. Хотя в дальнейшем, конечно, нужна рекультивация.

         Как вывозить

 - Кто у нас занимается вывозом мусора?

- На два автопарка – № 1 и № 6 – приходится почти 80% рынка вывоза городских отходов. Между собой они примерно равны.

- У всех компаний, занимающихся вывозом мусора, есть станции перегрузки?

- Практически у всех.

- И на всех сортируется мусор, из которого изымается все ценное?

- Да.

- А сколько их всего?

- Я не буду называть цифры. Потому что, сколько бы я ни назвал, – я все равно ошибусь. Станции перегрузки – это ненормально. Никаких площадей и зон перегрузки быть не должно.

- Но они есть.

- Это результат попустительства.

- С этим нужно бороться?

- Мне не нравится слово «борьба». Люди работают по тем правилам, по которым им разрешают работать. При советской власти у нас была единая управляющая компания - Ленспецтранс, которая отвечала и за вывоз отходов, и за содержание полигонов. Потом все это приватизировалось. В 90-е годы финансирование было недостаточным, и станции перегрузки возникли как ноу-хау самих перевозчиков. Там из воздуха делался груз, из груза – воздух, а из отходов – вторсырье. Поэтому я считаю, что вопросами, связанными с отходами, должны заниматься специализированные компании комплексного обслуживания, а не случайные перевозчики.

- Кто заключает договоры на вывоз мусора?

- Управляющие компании, которые обслуживают жилой фонд. Перевозчик получает от них деньги и на вывоз, и на утилизацию – либо на полигоне, либо на заводе. Свалка мусора стоит около 60 руб. за м3, переработка – 200 руб., хотя соотношение цен должно быть обратное. После чего уже перевозчик расплачивается с теми, кому отвез мусор.

- А может свалить мусор на свалку по 60 руб., а потом на заводе оформить по 200 руб. и поделиться с ним выручкой.

- Ну акт выполненных работ – это все-таки документ.

- Ну кто проверит-то, сколько этого мусора переработали, а сколько отвезли на свалку.

- Вот в этом и есть беда города. Поэтому губернатор решила создать наше управление, и наша первая задача – создать жесточайшую систему контроля.

- Это правда, что на станциях перегрузки городской мусор трамбуется и смешивается с коммерческим?

- Если таковы правила игры и это позволяют делать – почему бы это не делать? Поставьте себя на место такого перевозчика. Я никого не обвиняю, потому что люди работают так, как им это позволяют. Если разгильдяи в управляющих компаниях хотят платить за воздух – будут платить за воздух. Если хотят рационально использовать средства, то задумаются – правильно ли, что пустые банки занимают 80% мусорного бака? Если бы вы свой мусор отдавали плотно спрессованным, из него нельзя было бы сделать воздух.

- Что же мне его – ногами утаптывать?

- Поэтому я и говорю – обращением с отходами должны заниматься управляющие компании «мусорщиков», с четко отлаженной на каждом этапе системой контроля, а не некие летучие голландцы. Тот, кто платит, не должен быть жертвой обмана.

- И как этого можно добиться?

- Соответствующие нормативные акты, создание системы контроля и заинтересованности всех участников, работающих в отрасли. Стимулирование строительства мусоросортировочных комплексов.

         Как разделять мусор

 - Сколько у нас в городе контейнеров для раздельного сбора мусора?

- Понятия не имею. Вам это интересно?

- Насколько я знаю, установленных контейнеров гораздо меньше, чем закупленных за счет бюджета.

- Город вообще не должен их закупать. Это дело управляющих компаний – либо жилищной, либо мусорной. В общем, той, которая предоставляет услугу по вывозу мусора.

- Но город потратил на это немалые деньги.

- Город периодически делает то, на что его вынуждают обстоятельства. Из чего не следует, что это правильно и так должно быть. Например, у нас что ни пустырь – то несанкционированная свалка, и из бюджета выделяются огромные деньги на их ликвидацию. Это безобразие. Найти ключ к решению этой проблемы тоже задача управления.

- Ну, вот у нас сейчас по городу стоит некоторое количество контейнеров для раздельного сбора мусора.  Даже если предположить, что граждане законопослушно сортируют мусор – что с ним бывает потом?

- Селективный сбор мусора нельзя рассматривать с начала – здесь нужно подходить с конца, с переработки. Так вот – невозможно внедрять эту систему и ставить баки для разного типа отходов, если нет мусоросортировочных комплексов, где в конечном итоге формируются товарные массы сырья. У нас есть пока только один, как я сказал, но он еще не начал работать. Поэтому сейчас этот мусор идет таким же путем, как и несортированный.

- Мусоросортировочный комплекс во Фрунзенском районе построен с участием бюджета?

- Там нет ни копейки бюджетных денег. Это риск инвесторов, которые взялись за такое правильное дело. Они, кстати, в мусоре не работают и зарабатывают деньги в другой сфере.

- И как он будет работать, если селективный сбор не налажен?

- Вот это – задача, которую мы сейчас должны решать.

- Так что же - инвесторы вложили деньги в еще не существующую систему?

- Вам это кажется фантастикой? Тем не менее это так. Люди поверили мне, поверили правительству. Сейчас мы ищем пути решения.

- Ну даже если вы наладите схему селективного сбора мусора – вам еще много лет придется призывать граждан к сознательности.

- Не согласен. Как человек в прошлом военный, я терпеть не могу рассуждения о том, что мы хуже немцев или англичан. У нас дисциплинированные люди – им надо сделать грамотное предложение. Не просто закупить и расставить баки, а показать жителям реальную выгоду от раздельного сбора мусора. В том числе и путем тарифов, покупки у населения отходов. Необходим закон о возвратной таре и упаковке, который уже лет 5 лежит в Госдуме, – в стоимость товара должна входить стоимость его утилизации.

- Сколько всего нужно для города таких мусоросортировочных комплексов?

- Мощность одного комплекса целесообразна около 100 тысяч тонн. А город производит около 3 миллионов тонн. Но этот комплекс – не просто некая сортировка, куда непонятно кто непонятно что свозит. Это база для управляющей компании, выполняющей весь цикл работы с мусором.

 Антон МУХИН

 

Точка зрения

«Сколько город производит отходов, никто знать не хочет»

 Василий Быков, директор ЗАО «Петроакт», эксперт по обращению с отходами:

 - На вопрос, что ценного можно найти в мусоре и сколько это ценное стоит, ответить невозможно. Если в отходах вторсырье, которое можно оттуда вынуть и сдать, то оно долго в баке не пролежит – его обязательно кто-нибудь умный и ловкий вытащит. Это и происходит на всем пути перемещения бытовых отходов. На контейнерной площадке их сортируют бомжи и дворники, забирают, что поценнее, потом их сортируют на станциях перегруза и сортировки перевозчики и забирают, что осталось, а все остальное благополучно добирается до полигона или на заводы МПБО. На этой конечной стадии ничего ценного там практически уже нет. Каких-нибудь 4 – 5 лет назад вторсырья было примерно 11 – 15%, но сейчас, после организации первичной сортировки на станциях перегруза, его остается 1 – 2%.

Сколько вторсырья на контейнерной площадке – никто не считал. Мы несколько лет предлагали Жилищному комитету провести эксперимент и определить, сколько и каких отходов образуется у двери домохозяйств в Петербурге, но никого было не уговорить. Только сейчас, с приходом Всеволода Хмырова в Управление по работе с отходами ситуация, похоже, меняется. Конечно, понятно, что сегодня никому не нужны точные цифры, сколько город производит отходов и сколько в них вторсырья. Это вопросы экономические и крайне неудобные. Если бытовой мусор постоянно смешивается с коммерческим (поскольку у них разная цена), то точная цифра образования бытового мусора в год раскрыла бы все карты. Если мы точно будем знать, сколько вторсырья присутствует в городских отходах, значит, мы сможем понять и реальный объем этого рынка, но это тоже никому не нужно. Года два назад в Смольном заговорили о вторсырье в городском мусоре и даже называли цифры от 36 до 60%, но если это признать, то выйдет, что мусор – это достаточно дорогой ресурс, и все, кто что-то оттуда вытаскивает, должны за него платить. А это никому не нужно. Поэтому все разговоры со временем и стихли. 





3D графика на заказ

установка натяжных потолков в москве








Lentainform