16+

Мини-город в Александровском парке: кич или искусство?

18/03/2010

Мини-город в Александровском парке: кич или искусство?

Крайне опасная штука готовится в Александровском парке. Там собираются соорудить архитектурно-познавательный центр «Мини-город» - макет центра Петербурга плюс скульптуры выдающихся зодчих плюс лабиринт, в центре которого будет сидеть Святой Петр. Проект разработан архитектурной мастерской Трофимовых. Заказчик – «Газпром». Алексею Миллеру приглянулись работы скульптора Александра Таратынова. И теперь его поделками хотят занять половину парка.


ТАРАТЫНОВЩИНА КАК НОВАЯ УГРОЗА

Правда ландшафтная секция Союза архитекторов СПб проект рассмотрела и не одобрила, но эта резолюция официально не значит ничего. Если учесть, что «Газпром» застроил гигантским зданием катка (с фитнес-центром и рестораном) часть Таврического сада, понятно, что готовящаяся акция в Александровском парке – это продолжение линии захвата территорий садов в центре города, которым в Петербурге занимается «Газпром». И есть основания предполагать, что акция будет удачной.

Впервые сведения об этом проекте были обнародованы в мае 2007 г. Вдруг выяснилось, что архитектурная мастерская Трофимовых уже больше года работает над проектом паркового ансамбля. Самое удивительное, что речь не шла о каком-то новом парке – имелся в виду Александровский парк.

«ОАО «Газпром» выступил в качестве заказчика проекта. На днях экспертный совет газовой корпорации утвердил в качестве рабочего проекта эскиз, представленный разработчиками. В качестве экспертов, помимо представителей заказчика, выступили представители органов по охране памятников, главный архитектор и главный художник, а также губернатор Санкт-Петербурга», сообщало агентство АСН-инфо. ««Валентина Матвиенко, безусловно, в курсе проекта и принимает активное участие в его продвижении», – заверил С. Трофимов. В настоящий момент рассматривается вопрос о выкупе земельного участка. Его площадь составит примерно 12 га».

«В центре парка разместится скульптурная композиция «Зодчие», объединяющая памятники великим архитекторам Петербурга. А рядом в масштабе 1:50 будет построен исторический центр города. «По улицам этого города можно будет ходить, а дома можно будет трогать руками», – пояснил Трофимов-младший. 

По словам С. Трофимова, «Зодчих» для Петербурга создаст известный скульптор Александр Таратынов, живущий в Голландии. Одна из самых известных его работ – скульптурная композиция по картине Рембрандта «Ночной дозор» – сегодня входит в состав экспозиции Музея Рембрандта. «Алексей Миллер, глава ОАО «Газпром», будучи на экскурсии в музее, познакомился с Таратыновым и предложил ему сделать что-нибудь интересное для России», – рассказал С. Трофимов».

Чем все это плохо? Во-первых, сейчас говорят о 1,6 га, но, как видно из объяснений Трофимова, чтобы все это разместить, нужно 12 га, а это почти половина Александровского парка, который представляет собой единый объект культурного наследия регионального значения. Единый – значит неделимый. Во-вторых, в 2010 г. речь идет уже про закрытый и охраняемый «мини-город», на территории которого создадут некие аттракционы – модели исторических зданий в масштабе 1:50. В-третьих, сюда же приплетены дети – они смогут ощупывать модели. Кстати, Исаакиевский собор в масштабе 1:50 должен иметь высоту более 2 м, так что вряд ли детям удастся его ощупать. Но дети в любом случае приплетены хитро – это напоминает ту маскировку, которую придумал Остап Бендер: «Союз меча и орала» под видом помощи бедным беспризорным. Наконец, в-четвертых, собственно Александр Таратынов и его творчество.

Назвать этого скульптора известным – значит допустить очень сильное преувеличение. Немного известным он стал в 2006 году, когда к 400-летию со дня рождения Рембрандта вместе с Михаилом Дроновым изготовил и установил на одной из центральных площадей Амстердама – Rembrandtplein скульптурный аттракцион – фигуры персонажей картины «Ночной дозор», висящей в амстердамском Rijksmuseum. Не сразу, а постепенно число трехмерных персонажей, расставленных на площади, достигло 22. Это муляжи, каждый на своей подставке, соответствующие картине-оригиналу, они были поставлены так, что между ними можно ходить. Забавно? Наверное.

Можно обсуждать, является ли это кичем или нет (на мой взгляд, да), но главное заключено в том, что голландцы не продавали никому кусок центральной площади, на которой были поставлены эти 22 фигуры, и вообще установили их временно: сам Таратынов на своем сайте, в своих интервью и рекламных материалах об этом нигде и никогда не сообщал, но в 2008 году все фигуры были с площади в Амстердаме увезены в Нью-Йорк. Для показа там. А площадь Rembrandtplein от изделий г-на Таратынова, великого скульптора XX – XXI вв., очистилась. Иными словами, нет уже этой «уникальной скульптурной композиции» в Амстердаме – как сказано в англоязычной Википедии, «figures were moved», , т.е. были увезены.

Постояли в честь 400-летия Рембрандта три года – и хватит. А это весьма существенная деталь. Я все думал: неужели голландцы такие идиоты… Оказалось, нет. Понятно же, что такая скульптура, изготавливаемая, скорее всего, с помощью компьютерных технологий, не является искусством. Это примитивное ремесленничество. В рекламных целях к юбилею, для забавы зевак такое можно поставить, но на ограниченный срок. Поставили – сняли.

По этому принципу будут сделаны модели зданий в масштабе 1:50 и статуи архитекторов – якобы 9 муляжей, наверное, высотой около 200 см, возможно даже из бронзы. И между ними можно будет ходить и трогать их, тереть, гладить, трепать за бороду, фотографироваться, залезать на них и к ним между ног. Забавно? Возможно, но только если это временно. Но у нас же все делают навсегда, и в этом заключено главное наше отличие от Запада. 

Кстати, Таратынов на своем сайте активно рекламирует якобы придуманную им 3D-живопись. У него в прейскуранте есть все: от Дюрера и Брейгеля до Климта. Конечно, придумали это до него, и как род ремесленничества, как разновидность масскульта, который устанавливается временно, это еще может рассматриваться, но не более того. Творчества-то нет, креатива. Немного это напоминает новую моду – раскрашивать старые черно-белые фильмы. Кто-то сделал, а кто-то примазывается. Конечно, дружба с самим А. Миллером-Газоносцем – это сильный ход, но таланта, как известно, не добавляет.
В свое время Церетели вынашивал безумные проекты установить к 300-летию 74 статуи царей и приближенных к ним лиц, а также Петра, влезающего в окно в Европу. Сначала это ехало в Купчино, потом в Парк 300-летия, потом Бог спас, и все испарилось.
Таратынов же собирается реализовать нечто подобное. Но муляжеподобные статуи, которые ставят группами, чтобы их щупали и фотографировались в обнимку с ними, – это и есть кич в самом своем классическом, т.е. убогом варианте. На сезон – два такой аттракцион можно было бы поставить – в том же Купчине, например, почему бы и нет. Но навсегда?! Да еще рядом с Петропавловской крепостью!..

КУДА СМОТРИТ ГЛАВНЫЙ ХУДОЖНИК?

Нельзя сказать, что когда главным художником Петербурга был Иван Уралов (с апреля 1995 г. до января 2005 г.), в городе проводилась какая-то художественная политика. Осмысленной и последовательной политики при Уралове не было, различные группы влияния продавливали то, что хотели, особенно к 300-летию, но у Уралова хотя бы иногда обнаруживались какие-то вкусовые пристрастия, порой странные (я имею в виду, например, утвержденное им дикое оформление Сенной площади), но в целом понятные и разумные, очень редко – художественные идеи.

Затем с января 2005 до начала апреля 2006 г. главного художника в Петербурге не было вообще, обязанности исполнял Сергей Петченко, который возглавлял управление эстетики городской среды Комитета по градостроительству, наконец, 6 апреля 2006 г. появился главный художник Георгий Шереметьев, который до этого работал в строительной компании «Прагма», и тут выявилось, что у Шереметьева не обнаруживаются и вкусовые пристрастия.

Зафиксировано, правда, что 5 июля 2007 г. он тщетно возражал против установки огромных макетов шаровых мин, входящих в проект памятника «Подводный удар», открытый 25 июля 2008 г. около южной проходной «Адмиралтейских верфей» (на самом деле это не памятник, а нагромождение металлолома, порожденное чьей-то больной фантазией – видимо, скульптора А. Дёмы), но затем Шереметьев целиком сосредоточился на наружной рекламе, правда, без заметного позитивного результата.
В начале сентября 2009-го Шереметьева то ли уволили, то ли он ушел по собственному желанию (перешел в Росохранкультуру), осознав бессмысленность пребывания на декоративной во всех смыслах должности, и с этого времени главного художника в Петербурге нет вообще.

Более того, есть слух, что упразднена и сама должность, хотя документальных подтверждений я не нашел.

РЕЗУЛЬТАТ ЧИСТОЙ СЛУЧАЙНОСТИ

Если с этой точки зрения (точки зрения художественной политики) взглянуть на памятники и декоративную скульптуру, установленную в 2009 году в Петербурге, то сразу станет очевидно, что весь список – результат чистой случайности. В основном сами скульпторы ставили по собственной инициативе, в двух случаях (памятник узникам фашистских концлагерей и памятник А. Карпинскому) инициативу проявили «группы граждан», и так сложился весь список. В 2009 году он сложился более или менее удачно, памятник узникам в Красном Селе получился интересным, как и фонтан «Крылатый морской конь» Каминкеров, а вот памятник Есенину работы А. Чаркина оказался пластически неудачным, и выразительный памятник Шостаковичу К. Гарапача загублен местом установки. В целом же, в масштабах всего года, получилось не так страшно, как могло бы быть, без каких-то особо скандальных результатов.

Однако подчеркну: процессом никто не управлял, список-2009 – результат полной случайности и отсутствия какой-то осмысленной художественной политики, в которой Петербург на самом деле нуждается и в историческом центре, и вне его. Как показали памятники Есенину и Шостаковичу, ставить «монументалку» в новостройках не менее сложно, чем в центре, это искусство, ныне утраченное, не заменить волюнтаристскими решениями. Найти площадку, которая не стоит на тепловых и газовых трубах, – это еще не всё. Но думать о таких тонкостях просто некому. Разрозненные желания решают всё.
Я уже приводил пример с украшением клуба «Талион» на наб. Мойки. Теперь там стоят уже 8 львов.  Может быть, будет еще 8 – никто не знает, потому что львы ставятся самовольно. Захотел А. Ебралидзе памятник Багратиону – будет Багратион. Или не будет – как захочет.

Удалось (не сейчас, а еще в 2003 году) скульптору В. Горевому протолкнуть к 300-летию Царского Села памятник Я. Захаржевскому, А. Ахматовой (стилизованный мольберт с барельефным портретом) и Екатерине II – и это поставят.
Правда, сам Горевой приготовил не только эти объекты, но еще и 4 ангелов – каждый, между прочим, высотой 4 м.  Куда пойдут эти четыре самозародившихся ангела – неизвестно, но и остальные объекты никто нигде не обсуждал: нужны они или нет.
Зачем, например, в городе Пушкине, где и так избыток лепнины, статуй и памятников, еще натуралистически вылепленный памятник генералу Захаржевскому? Что он добавит, кроме строчки в список работ Горевого?

А зачем памятник Екатерине II, который есть копия того, который Горевому удалось поставить в г. Новоржеве? Это даже не оригинальная работа, это уже вообще mauvais tone, так делает только Церетели – например, его Петр I, с затяжным скандалом внедренный в Петербург в 2005 – 2006 гг., является серийно изготавливаемым объектом – точно такой же стоит в Москве в ряду других статуй, предлагаемых к «продаже по образцам», на тротуаре возле дома-музея «Творческая мастерская художника Зураба Церетели» на Б. Грузинской улице. 

Но опытный Горевой как раз и добился главного – чтобы все это оборудование никто всерьез не обсуждал. Ведь не назовешь же серьезным обсуждение памятника Захаржевскому Общественным советом летом 2004 г.

Вот 30 октября 2009 г. международная конференция, приуроченная к 250-летию А. Воронихина, решает, что надо в 2011 или в 2014 г. поставить в Казанском сквере – вместо фонтана Тома де Томона – бюст Воронихина. Это ритуал: если собираются поклонники, значит, будут требовать установки памятника. При этом сами же констатируют: в 1920 г. проходил конкурс проектов памятника Воронихину в Казанском сквере, но «строгие судьи во главе с Александром Бенуа и Владимиром Курбатовым не нашли проекта, достойного такого места».

Можно не сомневаться – сейчас без труда найдут – самый заурядный бюст, скорее всего, без портретного сходства. Потому что, во-первых, мало кто помнит облик, во-вторых, нет уже строгих судей, в-третьих, нет единой концепции, отвечающей на вопросы: нужны нам эти бесконечные унылые бюсты или нет? что такое памятник или статуя в среде Петербурга в XXI веке?

ОТ САХАРОВА К ШАЛАМОВУ

С этих же позиций художественной политики пронализирую планы на 2010 год в монументально-декоративной сфере. Скажем, в декабре 2009-го Градостроительный совет СПб согласовал мемориальную доску Мстиславу Ростроповичу (наб. Кутузова, 16). Прекрасное решение, но если бы оно было результатом комплексного подхода городских художественных инстанций, а не инициативы поклонников Ростроповича, то вопрос стоял бы шире.

У нас в памятниках и мемориальных досках одновременно представлены четыре политические линии: коммунистическая героико-патриотическая символика, ретромонархическая (до 1917 г.), антикоммунистическая и постсоветская-демократическая. Эти политические линии, с одной стороны, соответствуют политическим запросам «групп граждан», с другой стороны, реальным формам актуализации исторического материала. Задача тех, кто по идее должен был бы управлять процессом, – сбалансировать эти линии и при этом следить за тем, чтобы город не заполнялся совсем уж одиозными мемориальными знаками (вроде доски Г. В. Романову, которую очередная группа активистов предлагала установить в августе 2009 г.) или эстетическими пустышками, т.е. лишенными художественного значения 3D-знаками. В 2009 г. к таковым, безусловно, относятся памятники Менделееву, Есенину, Конфуцию, митрополиту Вениамину, а из тех, что находятся в процессе подготовки, – памятники В. Цою и «Детям войны» для пл. Мужества. Мужественнее было бы от таких 3D-знаков просто отказываться.

Понятно, что та же мемориальная доска Ростроповичу – это доска не просто музыканту, но и знаменитому диссиденту. И продолжение той линии, которую обозначает единственный в своем роде объект – памятник академику Сахарову. Другие линии в Петербурге представлены, эта почти нет. Правда, во дворе филологического факультета в 2010 году готовится установка бюста Варлама Шаламова работы Григория Ястребенецкого. Это развитие той же политической линии. Хотя формируется она чисто случайно. Тема психологического скульптурного портрета – узник ГУЛАГа, погруженный под конец жизни в тяжелые воспоминания. Не герой – жертва коммунистического режима. На самом деле Шаламова одолевала жажда мщения («Клянусь до самой смерти мстить этим подлым сукам, чью гнусную науку я до конца постиг. Я вражескою кровью свои омою руки, когда наступит этот благословенный миг. Публично, по-славянски из черепа напьюсь я, из вражеского черепа, как делал Святослав. Устроить эту тризну в былом славянском вкусе дороже всех загробных, любых посмертных слав»), но в портрете работы Ястребенецкого этого нет. Ястребенецкий – классик и следует завету Лессинга: избегать в скульптуре кратковременных и агрессивных эмоций.

Кстати, надо было бы в развитие этой темы подумать об установке мемориальной доски Солженицыну на фасаде здания Российской национальной библиотеки. Ведь именно здесь, в спецхране Публичной библиотеки, в знаменитой комнате 84, Александр Исаевич работал над «Архипелагом ГУЛАГ», собирая материалы по эмигрантским и другим запрещенным  в советское время изданиям. Мне об этом рассказывали в конце 1980-х гг. старые сотрудники спецхрана, которые еще помнили Солженицына-читателя. 

ЕРМАК И ДРУГИЕ ГЕРОИ

Как ни странно, но отсутствие продуманности и руководства проявляется даже в той линии, которая связана с темой Великой Отечественной войны. Хорошо известен бюст Героя Советского Союза В. Ермака на пл. Кулибина, открытый 6 мая 1997 г.
Ермак Владимир Иванович (1924 – 1943) был стрелком 14-го отдельного стрелкового батальона (67-я армия Ленинградского фронта). 19 июля 1943 г. во время разведки боем в районе Синявинских высот закрыл телом амбразуру вражеского дота, повторив подвиг А. М. Матросова (1924 – 1943), о котором, кстати, стало известно только 11–12 сент. 1943 г. Звание Героя Советского Союза Ермаку было присвоено к празднику – 21 февраля 1944 г.
Меня давно интересует: почему не были поставлены бюсты другим Героям Советского Союза, например, гвардии красноармейцу А. Г. Корзуну или полковнику В. В. Хрустицкому, герою прорыва блокады, командиру танковой бригады (сгорел в танке), которым звание было присвоено тем же указом президиума Верховного Совета СССР от 21.02.1943, что и Ермаку, и в честь которых в Ленинграде были названы улицы? Неужели сгореть в танке во время прорыва блокады в должности комбрига – мало для бюста? И кто, по какой логике это определял? Скорее всего, никто, сложилось стихийно.
Понятно, что «подвиг Матросова» пользовался в советской пропаганде особым вниманием – не случайно в Ленинграде были поставлены два памятника Матросову – работы Л. Эйдлина и В. Кирхоглани (1951) и работы Л. Торича и Л. Шимаковского (1968), отсюда же и бюст Ермака. Но ведь по прошествии многих лет можно было разобраться с памятниками Героям Советского Союза, тем более что к каждому юбилею Победы стараются выдумать, на что потратить деньги.

В связи с этим не могу не напомнить, что до сих пор не восстановлен бюст генерал-майора Слепцова. Правда, это уже из другого исторического периода. По странному совпадению 9 мая (!) 1916 г. на Лермонтовским пр. были открыты четыре памятника знаменитым выпускникам Школы гвардейских подпрапорщиков: памятник Лермонтову (ск. Б. Микешин) и три бюста работы скульптора В. Лишева: Мусоргского, Семенова-Тян-Шанского и знаменитого в свое время покорителя Чечни и Дагестана генерал-майора Н. П. Слепцова (1815 – 1851), в середине XIX в. считавшегося великим человеком. Памятник Лермонтову так и стоял, бюсты Семенова-Тян-Шанского и Мусоргского снесли, а заново открыли в 1987 и 1989 гг., а про генерала-покорителя забыли. Я думал, что об этом бюсте вспомнят хотя бы в связи с актуализировавшейся темой, однако историческое незнание столь прочно, что не вспоминают до сих пор.

Зато в ЗакСе вдруг вспомнили, что надо продолжить создание Аллеи дважды героев в Парке Победы на Московском пр. И придумали установить бюсты полярника А. Чилингарова и космонавта С. Крикалева, каждый из которых является Героем Советского Союза и Героем России. Аллею, которую надо было законсервировать, решили продолжать – в голове все еще сидят дважды герои, советский героизм и эта Аллея, стилистически напоминающая кладбище. Ибо для воспитания народа по-прежнему требуются примеры героизма. Не на Шаламове же воспитывать нас… Это, кстати, характерное свойство нынешнего момента – мультикультурность, усиливаемая случайностью и полным отсутствием руководства монументально-декоративным процессом. Одновременно могут появиться памятники дважды героям Чилингарову и Крикалеву и советскому антигерою Шаламову.

Естественно, что всё тут же свелось к анекдоту. По логике вещей, оплатить такие бюсты должно было бы государство – в советское время так и было. Однако Вадим Тюльпанов сразу заявил (8 декабря 2009 г.), что бюсты будут установлены за счет спонсоров, а как сказала мне пресс-секретарь Тюльпанова Е. Агамалян, деньги ждут от Ассоциации полярников России и Ассоциации космонавтики, причем президентом Ассоциации полярников является сам Чилингаров, т.е. ему предложено за счет денег возглавляемой им общественной организации оплатить изготовление и установку собственного бюста на сакральной советской Аллее. Пока, правда, о деньгах на эти бюсты не слышно ничего.

Михаил ЗОЛОТОНОСОВ





3D графика на заказ

установка натяжных потолков в москве








Lentainform