16+

Как я спорил с депутатом Натальей Карпович о мужчинах и женщинах

18/03/2010

АНДРЕЙ КОНСТАНТИНОВ

Вспомнилась мне в процессе размышлений своих одна история, косвенно связанная с прошедшим недавно замечательным Женским Днем. А дело было так. Не так давно к нам в АЖУР зашла депутат Государственной Думы Наталья Карпович - первый заместитель председателя Комитета Государственной Думы по вопросам семьи, женщин и детей. Мы хотели познакомиться с Натальей Николаевной и сделать с ней интервью. Предполагалось, что общение должно быть не очень долгим и совершенно бесконфликтным. Предполагалось…


     Но в ходе приятной беседы за чаем Наталья Николаевна вдруг сказала, что сейчас ее комитету удалось серьезно продвинуться вперед по вопросам выравнивания реальных прав женщин относительно прав мужчин.
И черт дернул меня за язык.
– Да что вы, Наталья Николаевна, – сказал я, – по-моему, сейчас закон гораздо больше защищает женщин, нежели мужчин. Особенно в вопросах деторождения. Никакого равенства нет и в помине.
Госпожа депутат насторожилась:
– Что вы имеете в виду?
Я пожал плечами:
– Ну как что? Ведь если мужчина переспит с девушкой, а та потом забеременеет, то она может официально потребовать установления отцовства и взыскивать алименты, даже если ребенок появился в результате случайного секса!
– И что вас тут не устраивает? – искренне удивилась Наталья Николаевна.
– Как что? – так же искренне удивился я. – По-моему, в таком серьезном решении, как рождение ребенка, должны принимать участие обе стороны процесса. И папа и мама. Иначе получается, что решение принять может одна сторона, а ответственность все равно лежит потом на обоих.

Красивое лицо Натальи Николаевны враз посуровело:
– Вот вы как... Но мужчина, ложась с женщиной в постель, должен ответственность чувствовать.
– Э... Э... Тут можно спорить... Мне-то всегда казалось, что при укладывании в постель природа... э... э... предопределила... э... э... доминирование других чувств. И вообще, а если мужчина подписывался только на секс, а его партнерша, так сказать, обманным путем...
– Мы должны стоять на защите интересов именно зарождающейся жизни, на защите ребенка! Женщина должна иметь право рожать, и никто ей не может этого запретить. Нельзя запрещать быть матерью!

Карпович от возмущения даже слегка пристукнула кулаком по столу, и я сразу же вспомнил о ее боксерском прошлом. Вспомнил и попытался зайти с другого конца:
– Хорошо. Допустим. Сейчас у нас девушка одна принимает решение рожать, мужика потом поздравляют с алиментами, и вы говорите, что это равноправие, подтвержденное законом. Верю. А вот если наоборот?
– Как это – наоборот?
– А так! Если девушка, наоборот, хочет сделать аборт, а вот мужчина как раз против! Он хочет ребенка! И по вашей логике, ему нельзя запрещать быть отцом! А она плевать хотела – пошла и, ничего не спрашивая, сделала. А мужчина горюет. И где тут равноправие?

Прекрасные глаза Натальи Николаевны метнули в меня две молнии. Они бы, конечно, испепелили бы меня, будь я человеком. Но я уже был не человеком, судя по выражению лица депутата,  а чудовищем. Поэтому выжил.
– Странная у вас логика, Андрей Дмитриевич, – ледяным тоном произнесла Карпович, – неконструктивная.
И разговор наш как-то сам с собой свернулся. Простились мы довольно холодно. А жаль.
Так вот. Потом я пересказывал эту нашу беседу чуть ли не всем знакомым женского пола. Я, дурак, надеялся найти поддержку. Я думал, что в этом споре все очевидно.
Догадываетесь о результате?
Да. Ни одна моя знакомая меня не поддержала.

Более того. Не раз мне пришлось выслушать, что я, оказывается, достаточно жестокий, раз встаю на сторону всяких уродов. Ту, которая сказала про уродов, я переспросил: не меня ли она имеет в виду?
– Нет, – сказала она. – Не тебя, а тех, кто пытается спорить с депутатом Карпович. Потому что она как раз за справедливость и равноправие. А по твоей логике... так вообще... Так и 8 Марта отменить надо!
Вот тут я сел и онемел. И не только онемел, а еще и... ну, мужики поняли. И много дней потом я пытался понять логику этих странных гневных слов, и у меня ничего не получилось. А потом я оставил попытки осмысления – до меня наконец дошло, что в мире есть непостигаемое.
Так вот я это к чему: официально заявляю, что не хочу отмены праздника 8 Марта. Это великий День. День, когда мы, мужчины, можем лишний раз сказать своим женщинам, что любим их вместе с их логикой и обостренным чувством справедливости.
Вот.                   

ранее:

«Я посмотрел американский патриотический фильм. И загрустил»
«Дэна Брауна прочитаю, если окажусь в КПЗ»
«Я прочитал страшно неполиткорректный роман»
«Никаких офицеров в 1941 году в Красной армии не было»
«Разжалованный» – это живопись и драматургия в одном флаконе
«Чтобы написать о Михалковых, нужна гражданская смелость»
«Читающий человек умеет моделировать собственные фантазии»
«Телефонный справочник – это тоже полезное чтение»











Lentainform