16+

Пером и шваброй

24/03/2010

ЕВГЕНИЙ ВЫШЕНКОВ

Представим себе странное. Мол в Санкт-Петербурге бродит порой господин Читатель. Да не простой, а тот, кто может еще быть и зрителем и слушателем. Добавим еще и не мыслимое. Мол господин этот как-то невзначай наткнулся на сообщения о внутринародном конкурсе журналистов «Золотое перо». И захотел этот чудак поинтересоваться, а его ли любимые авторы выиграют состязание. Постарался он подсобить своим. И таким образом начал интернетить. Чтоб со всей четвертой властью посоучаствовать.


         За тем и зашел он на сайт самого конкурса, где прочитал, что конкурс «вышел на финишную прямую», что номинанты по всем позициям выложены, а каждый свободный человек может оставить личное мнение. Но свое он не оставил, по причине скуки. И причем смертной. Не напомнил ему форум тот гайд-парк, где он никогда не был. Только лишь кое-где на «заборе» он различал нацарапанные тусклые отзывы, типа «побольше бы оперативности». Согласившись в который раз, что «англичане ружья кирпичом не чистят», почуял в себе неосознанную ассоциацию – захотелось крикнуть по маяковски: «Побольше ситчику моим комсомолкам!». Но вовремя Читатель захлопнул рот и не стал регистрироваться, указывая свои мобильные и служебные телефоны, подкрепленные ФИО. И не лени потакая, а исключительно опасаясь обвинения его в правом уклоне.

Расстроившись, что не смел в дискуссиях, Читатель покинул Золотой портал, да наткнулся на интригу. Оживился. Ведь журналистское сообщество бурлило возбуждением сбоку. Добежав до эпицентра этого «бока», Читатель нырнул с разбегу в спор на единственном сайте медиасообщества (согласно ремарке там же). А оказался в гнетущей атмосфере настоящего журналистского расследования. Там представители интеллектуально-информационной элиты культурной столицы России вели беседу о Жириновском. Растерявшись, Читатель все же не поленился выяснить, что это именно тот, у кого папа юрист и предположил, что Вольфыча номинировали. Читатель наш не промах и знает – порой происходят чудеса. Например, в 1987 году главу из набоковской «Защиты Лужина» напечатали ведь в вестнике «Шахматы в СССР».

Но вскоре он все понял второй раз. Не в глаголе дело. А в том, что кто-то то ли пошутил, (мол лидер обещал каждому мужику по бутылке водки, а в кризис маловато будет), то ли опять же -  маловато будет, и кто-то женского рода обиделась, что каждой бабе по мужику. Короче, понеслось. И жюри разбушевалось. Даже из статей, посвященных обсуждению возможного появления в уездном конкурсе «N» личности Жириновского это было слышно. Члены жюри неприступно спорили, давали отдельно взятым СМИ комментарии. Сошлись сурьезно, утратив чувство юмора. Потом утратив вообще.

Испугавшись за градус накипи, когда самый отъявленный энциклопедист угрозил выйти из Союза пишущих правду, Читатель растолкал былые перья. Он решил воззвать.
Судыри вы мои! – дергал за рукава Читатель элиту: «Да у Жириновского две руки и две ноги, а у капитана Копейкина в половину этого нет!»
Не мешай, мальчик. – и Читателя выставили прямо на обледенелый Невский.
Ушибленные собой! Шваброй пишите! – в отместку крикнул Читатель. Но его не услышали.

И действительно, ну мешает Читатель осуществлять подготовку к изнурительной боеготовности перед самим праздником в гостинице «Прибалтийская», внутри которой будут накрыты столы-самобранки. Да с водочкой. Под которую и оппозиция тяпнет, да зажмурится: «Что вы себе думаете – они арестовывать разучились?!». И центристы закусят, не смотря на эстетическую неприязнь. Да и консерваторы дотерпят до горячего, потому как так заведено дедами их.

И лишь двое останутся не при интересе. Это развлекатели прессы – Читатель, да Жириновский. Как тот десерт, что уже не лезет.                       

ранее:

Раз Пушкин не писал «Муму», то памятник Дантесу – почему?











Lentainform