16+

«Один мужчина прочитал мне протестный стих о «Стокманне»

03/05/2010

ЮЛИЯ МИНУТИНА

«Живой город» провел пикет и сбор подписей против нарушения высотного регламента и прав жителей соседних домов при строительстве делового центра компании «Стокманн». Нас приятно удивило то, что, несмотря на дождь, подписаться под нашими требованиями пришло много людей. Я очень благодарна всем тем, кто не остался равнодушным и поучаствовал в акции! После праздников мы отправим наше общее письмо Валентине Матвиенко, Вере Дементьевой и Юрию Митюреву в КГА.


     Мероприятие было нашим откликом на многочисленные письма и звонки в «Живой город». Пикет проводился на Пушкинской улице, чтобы пришедшие лишний раз могли убедиться, что объект виден даже в отдалении от площади. Я понимаю, что на данный момент уже невозможно требовать воссоздания первоначального вида этого места, но еще можно побороться за сохранение панорамы. Многим кажется, что это невозможно. Однако стоит задуматься над тем, что все чиновники, по определению, должны выполнять свою работу по поручению общества, выражать его интересы. Если горожане против этой стройки, а я уверена, что это большой процент петербуржцев, то они должны, наконец, прислушаться. В конце- концов, существует же прецедент со зданием Биржи.

Акция продолжалась полтора часа,  думали, что если из-за дождя придет мало людей, и мы уйдем пораньше. Нет, люди приходили постоянно. Сперва пожилые – они очень активные горожане.
Если молодежь чаще находила объявление в интернете, то людей старшего возраста мы оповещали, расклеив объявления на прилегающих к Стокманну домах. На наш пикет приходили жители, которые жаловались на застройщика. Из-за вибрации их дома «поползли» и находятся в опасности. Жильцов утомил постоянный шум, они не раз слышали, как на стройке работают по ночам, вызывали милицию. Застройщик утверждает, что принимает во внимание все жалобы петербуржцев, но на деле оказалось, что это не совсем так. Люди рассказывали, что перед зимой финны установили им новые пластиковые окна – чтобы в квартирах было потише. Так вот, эти окна не закрывались, из них дуло всю зиму, а вы вспомните, какой холодной она была!

Вообще жители соседних домов все это время тоже активно борются с застройкой. У них на руках огромные тома переписки с чиновниками. Это такой невидимый фронт работ, который, тем не менее, очень важен. Приходила одна женщина средних лет – она говорила, что ей высота дома без разницы, что нужно бороться за то, чтобы их жилье восстановили. Это ее право, она заботится о своих интересах. Другой мужчина неожиданно предложил прочитать свои стихи о «Стокманне». Сперва я, как организатор, внутренне напряглась. Подумала, что там может быть что-то нецензурное. Но нет – стихи, и правда, оказались очень хорошими! Это было очень трогательно. Тихий протест, все очень корректно, но вместе с тем осознаешь, как это важно для человека, раз эта тема его вдохновила на творчество.

К окончанию рабочего дня стали приходить люди средних лет и молодежь, были и студенты. Мы стояли под зонтами, некоторые бегали погреться в соседнее кафе. В такой погоде для нас ничего необычного нет – мы люди привычные. Когда дужурили у дома Рогова, в минус 25, было тяжелее. Больше переживали, что намокнут подписные листы, но потом наловчились – один человек держал над ними зонт, а другой подписывался. Некоторые люди просто ставили подпись и уходили, а кто-то задерживался, узнавал подробности, спрашивал, чем он может помочь.

Мы собрали порядка 200 подписей, и продолжим акцию до 10 мая в интернете. Я думаю, что мы сможем собрать несколько тысяч подписей. Возможно, обратимся и к известным горожанам. Для чиновников не так важно, сколько известных людей подписалось, на них влияет общее количество. Участие в акции таких людей как Олег Басилашвили и Александр Сокуров – это стимул для рядовых граждан: раз подписался известный человек, значит это действительно важно. Это авторитет, ему можно доверять. Олег Басилашвили имеет очень активную гражданскую позицию. Он проявляет огромное мужество, в открытую идя на конфликт с властями, ради интересов общества. Это гражданский подвиг. Возможно, для чиновников было бы значимо, если бы подписался, например, Евгений Плющенко. Когда мы боролись против катка на Дворцовой площади, мы к нему обращались, как к депутату и петербуржцу. Но получили очень поверхностный ответ, у него все-таки немного другие интересы…

Еще одна новость – недавно мы, наконец, встретились с представителями «Стокманна». Это произошло после того, как мы отправили письмо в главный офис компании в Финляндию. Финны перенаправили наше обращение обратно в Петербург, и «Живой город» пригласили в местное отделение. На встречу меня и еще одного активиста «Живого города» позвали по телефону, и мы договорились на удобное для всех время – здесь препятствия не было. Офис «Стокманна» находится на Невском, прямо рядом со стройкой. Там довольно большое помещение, с лабиринтом коридоров. Все очень по-европейски. В петербургском отделении работает много людей – и финны, и русские. Они бесконечно курсируют по комнатам и коридорам, поэтому мы долго искали помещение, где можно спокойно поговорить.

Нас встретила юрист Марина – молодая приятная женщина, вежливая и вместе с тем очень жесткая. Конечно, чувствовалось, что нас пригласили по требованию «сверху». Даже забавно – мы писали письмо в Финляндию по-английски, и петербургское отделение нам тоже ответило по-английски. Ко встрече они явно подготовились – собрали и показали нам все бумаги (копии, кстати, не выдали). У них все так гладко и красиво, они много говорят, отстаивая свою позицию. Однако когда задаешь неудобный для них вопрос – чувствуется недовольство, скрытая агрессия, попытка уйти в сторону. Мы, конечно, понимаем, что большинство претензий относятся не к застройщику, а к городу, но, тем не менее, конструктивного диалога так и не получилось. Представители компании утверждают, что все делается по закону, и для пользы горожан. Мы в этом сомневаемся, и далеко не все ответы нас удовлетворили. Прямой контакт с застройщиком не заставил нас отказаться от требования снижения высоты здания, но теперь нам понятно, что мы можем общаться, задавать свои вопросы. От беседы, конечно, толку мало, но тот факт, что мы добились диалога, очень положителено.               

ранее:

С чего началось движение «Живой город»











Lentainform