18+

Cовременный кинодетектив мутирует

14/06/2010

В субботу, 5 июня, - единственный вечер, который мне довелось провести у телеэкрана, - на метровых каналах неистовствовал американский боевик с некоторой примесью постсоветского. «Миссия невыполнима» с Томом Крузом – на Первом, «Огненная стена» с Харрисоном Фордом – на «России», «Смертельное оружие» с молодым Мэлом Гибсоном – на НТВ и, наконец, «Ворошиловский стрелок» с Михаилом Ульяновым – на Пятом.

        Пересматривать все это в который раз было приятно – как-никак классика. Кроме относительно недавней «Огненной стены», в которой, кстати, отечественным толмачам не удалось название. В этом фильме у крупного банковского служащего (Х. Форд) берут в заложники жену и детей, требуя от него совершить компьютерное ограбление родного банка. То есть взломать «файрволл» (он же «брандмауэр»), а никак не мифическую «огненную стену».

Компьютерное ограбление – в святая святых родного ЦРУ – совершает и Круз в мнимом союзе с торговцами оружием и наркотиками («Миссия невыполнима»), тогда как молодой Гибсон героически вызволяет взятую в заложники дочь напарника из рук у бывших цэрэушников, ставших торговцами героином... Одним словом, создавалось впечатление, будто весь вечер смотришь один и тот же фильм, в русском варианте которого бравый старик Ульянов расправляется с насильниками над внучкой. У американцев тоже есть такой фильм, как «Ворошиловский стрелок», даже целый ряд таких фильмов, в самом известном из которых – «Время убивать» – белая шваль, которую играет Ульянов, превращается в богатого негра, то есть социальный конфликт подменен расовым, – но его почему-то в ту субботу не показали.

Все эти боевики, включая «Ворошиловского стрелка», породили бесчисленное множество подражаний. Вот вышел только что американский фильм «Лузеры»:  группа головорезов, негласно приписанных к ЦРУ, ликвидирует в Боливии наркобарона, живущего почему-то в окружении двадцати пяти детей. Головорезы спасают детей; более того, погружают их зачем-то в присланный за диверсионной группой в боливийскую глубинку вертолет, а сами остаются на земле – и с ужасом видят, как вертолет сбивают. Убить, конечно, намеревались самих головорезов (и, разумеется, не ЦРУ, а какие-то негодяи, аффилированные с ЦРУ), но теперь они полны решимости отомстить за боливийских детей... Чем дело заканчивается, на всякий случай не рассказываю, но смотреть не советую: дрянь фильмец, и даже фантастически длинноногая темнокожая красотка его не спасает.

Что касается «Ворошиловского стрелка», то тамошняя коллизия многократно повторена в отечественных телесериалах. От себя отмечу, что в фильме Говорухина имеется серьезный изъян: внучка «стрелка» чересчур легко и быстро оправляется от происшедшего с нею, в результате чего создается впечатление, будто групповое насилие для нее не более чем индивидуальная форма сексуальной инициации, а значит, дедушка, в общем-то, понапрасну берется за оружие.

Но все это, повторяю, классика; современный теледетектив мутирует – и у нас, и за рубежом, – а вот отечественное телевидение, даже балуя нас относительными новинками, саму эту мутацию не отслеживает.

В американском кино набирает силу консервативная, чтобы не сказать реакционная тенденция. Таков, скажем, недавний «Остров проклятых»: три четверти экранного времени здесь изобличают «карательную психиатрию», но только затем, чтобы в последней четверти доказать: она единственно возможное (хотя и не радикальное) решение вопроса. Потому что таких мерзавцев, как персонаж в исполнении Леонардо ди Каприо (спьяну убивший жену и детей и вытеснивший это из сознания заведомо либеральным бредом о зверствах в нацистском концлагере), лечить – даже лоботомией – нечего.

Еще показательнее только что вышедшее на экраны «Немыслимое». Хватают террориста, утверждающего, будто он заложил в крупнейшие города США три атомные бомбы, и принимаются допрашивать с пристрастием. То есть пытать. Приглашают, ужасаясь самим себе, главного специалиста по пыткам. Террорист молчит. Приводят его жену – и специалист убивает ее прямо на глазах у террориста. Тот молчит. Приводят детей террориста – и пыточных дел мастер принимается за них. Террорист сдает местоположение всех трех бомб, но специалист продолжает пытать детей. Гуманисты из ЦРУ, ФБР и МО его наконец от детей оттаскивают. Зря оттащили, говорит палач, ведь местоположения четвертой бомбы он нам так и не назвал. Но с чего ты взял, что бомб было четыре? Либеральная еврейка из ФБР уводит детей террориста, явно намереваясь их усыновить, – а в финале фильма взрывается четвертая атомная бомба: террориста, выходит, недораскололи!

В отечественном кино показательны два вышедших одновременно фильма, действие которых разворачивается на метеорологических станциях далеко на Севере. В одном из них – «Прячься!» – преступниками и убийцами оказываются буквально все персонажи, включая, естественно, дознавателей, а выживает в итоге лишь один – тот, который еще ребенком, спрятавшись в стиральную машину, уберегся от киллера, расправившегося с его родителями. Отличный, кстати, фильм; очень рекомендую.

В другом – «Как я провел этим летом» – обитателей метеостанции всего двое: молодой и матерый. Смысл происходящего в фильме после того, как молодой принимает радиограмму о том, что у матерого погибли на «большой земле» жена и сын, и почему-то скрывает это от старшего товарища, зависит от нюанса. Если герои живут друг с другом как муж с женою («Хватит строить из себя целку!» – говорит старший, заталкивая младшего в парную), то перед нами психологическая драма: потеряв жену и сына на материке старший (в исполнении остро модного Пуспекалиса) переносит вину на младшего – и жену, и сына «в одном флаконе». Если же не живут, то перед нами многозначительно-бессмысленное подражание Тарковскому: так сказать, Тарковский на Северах. Смотреть в любом случае не советую.

Так развиваются и трансформируются в современном кино тенденции, несколько устаревший совокупный образ которых предложили нам метровые каналы.               

ранее:

Почему никто не читает «толстые» журналы
Антисемитизм и его брат-двойник
Может ли российский интеллигент сотрудничать с государством?
Почему народ не пошел смотреть «УС-2»
С чем сравнить сорокинскую «Метель»?
Как бы Живой Журнал В. Топорова
Чем «Катынь» Вайды отличается от «Попа» Хотиненко