16+

Чем надо заниматься в самых длинных в мире очередях

14/07/2010

ГЛЕБ СТАШКОВ

Никогда не был в Швеции, но заочно ее ненавижу. Все-то у них самое лучшее. Самый высокий уровень жизни. Самый низкий уровень коррупции. Самая демократическая система выборов. А еще оказалось, что у них – самые короткие в Европе очереди. А самые длинные... Ну, сами, наверное, догадались. У нас.


       Я понимаю, когда мы лидируем по коррупции. По немиролюбию. По несвободе. Но – очереди? Дефицита нет уже лет двадцать, а очереди остались. Странно.

Я стал разбираться и понял: тут нечего стесняться. Тут нужно гордиться. В очередях – наша жизнь и наш, так сказать, национальный характер. Загадочная славянская душа. Именно в очередях русский человек проявляет себя.

Древний грек проявлял себя в банях и на базаре. Там он трепался, узнавал сплетни, примыкал к той или иной политической партии. А мы – в очередях.

Недавно сидел в поликлинике. Часа полтора. Рядом – женщина. Лет шестидесяти. Собственно, мы с ней – это вся очередь. Тем не менее – часа полтора. Разговорились. Она, естественно:

– Вот при Советском Союзе... Вот при Советском Союзе...
– Да идите вы, – говорю, – на хрен с вашим Советским Союзом.

Не будь очереди, она бы обиделась и отошла. А так – некуда. Она помолчала-помолчала, да вдруг выпалила:

– Обоснуйте.

Я обосновал. По поводу Советского Союза. Она согласилась. Стала демократкой.

Дальше – больше. Я 13 лет состоял в партии «Яблоко». И никого, буквально – никого, не смог сагитировать за либеральную экономику. Даже членов партии, почему-то называющей себя либеральной. А женщине я доказал необходимость отказа от идеи социального государства. От бесплатной медицины. До знакомства со мной она готова была поцеловать Зюганова, а, возможно, и трупик Ленина. После знакомства со мной – она пожала бы руку Чубайсу.

Дайте мне побольше времени, она стала бы адептом неоинстуциональной экономической школы. Но врачиха вдруг смилостивилась:
– Проходите.

Я тоже оказался необделенным в общении. Женщина шепнула мне в ухо:
– Это злая врачиха. Вы уж с ней по-доброму.

То есть с доброй врачихой нужно по-злому. Все правильно.
Подошли к моменту, когда пора делать обобщающие выводы.
В очередях проявляется иррациональность мышления русского человека.

Встанешь в очередь. Постоишь две минуты. Хочешь уйти:
– Больно долго.
– Да бросьте вы. Ну длинная очередь. Но она ж рассосется.

Что значит – рассосется? Как это, предположим, объяснить иностранцу? Suck off?
Или:
– Молодой человек, вы не знаете, какая очередь быстрее движется?

Ни один швед не задаст такой вопрос. Очереди должны двигаться одинаково. Если по-разному и если ты понимаешь, почему они по-разному, – это повод потревожить шведского короля. Чтобы он выдал Нобелевскую премию.  

Но в этой иррациональности – надежда на чудо. Надежда, что жестокость жизни как-то рассосется. Как говорится, в России суровость законов умеряется их неисполнением.

При этом русский человек упрям. Я бы сказал, упорен. Стоишь в «Пятерочке». Крик:
– Свободная касса!
И никто не идет. Все остаются в своей очереди. В этом – скептицизм. Недоверие к власти. Зачаток демократии и гражданского общества. Помноженный на консерватизм. Я в этой очереди стоял и не променяю.

Но главное во всем этом – русский человек всегда думает о вечном. Почему у нас очереди?

Человек стоит 20 минут. Приходит и его черед. Швед сказал бы: мне то-то и то-то. Русский человек говорит:
– Какого бы пива мне взять?
Пауза. В пять минут.
– Может быть, холодненького? – спрашивает продавщица. – У нас все -  холодное.

Здесь нет логики, но об иррациональности уже говорили.
Человек в смятении. Если все  – холодное, то какое же взять? 20 минут. О чем он думал в очереди? Естественно, не о пиве. Русский человек не может думать о такой ерунде. Он думал – в худшем случае – о судьбах Родины. О том, что самодержавие у нас, по Вяземскому, значит, что все само собой держится.

Сказал «А» – говори «Б». Еще цитата: «Где один русский – там гений, где два – спор, где три – скандал». Сказал иностранец. Явно в очереди.

Доказываю. Недавно стою в «Пятерочке». Молодая пара – передо мной. Целуются. Беспрерывно. Видимо, недавно влюбились. Их обслуживают. У них продуктов – тысячи на две. Прилавок ломится.

– Вам маленький пакет или большой? – спрашивает продавщица. Хотя спросить нужно было бы: «Вам восемь пакетов или десять?»
– Большой, – говорит молодой человек. (Один русский – гений.)
– Маленький, – говорит девушка. (Двое русских – спор.) Спор  и есть.
– Может, вы как-нибудь побыстрей решите? – говорю я.

Тут девушка и начинает скандал.
В моем арсенале – куча фраз. Типа – вы не в моем вкусе. Но я говорю:
– Не задерживайте очередь.
И девушка – реально не в моем вкусе – кричит:
– Пакет – большой. А этот (я) – обыватель!
У них, в Швеции, самый высокий процент самоубийств. У них нет очередей.        

ранее:

Что бы мы делали, если бы были шпионами
Как заставить депутатов Госдумы ходить на ее заседания?
Хочется заглянуть в замочную скважину…
Как надо правильно праздновать день Петербурга
Человечество изнежилось и впадает в ничтожество
Зачем Фурсенко написал Кодекс чести футболиста
Наше ТВ по 25 раз повторяет одни и те же шутки
Кто саботирует решения Путина и Медведева и что с этим делать
За два месяца взрастить поколение ублюдков нельзя
5 советов женщинам, как надо и не надо себя вести








Lentainform