16+

Сдача маленьких бесславных обелисков

30/08/2010

Сдача маленьких бесславных обелисков

Тот ужасный факт, что в 1970-х Сергей Довлатов работал в многотиражке «Знамя прогресса», вполне компенсировался тем, что по цехам его ходить никто не просил и беседовать с передовиками не посылал. Довлатов был корифеем рубрики «Пьянству – бой!», которая до его прихода в редакцию освещалась слабо и некомпетентно, а с появлением Сергея и его приятеля Сабило, которому тоже захотелось быть корреспондентом многотиражки ЛОМО, расцвела как ни у кого


  Первая же Сережина публикация на эту тему произвела в парткоме фурор. Тем рабочим, которые неосторожно выпили на рабочем месте, на профсоюзных разборках читали цитаты из Довлатова. Цитаты из произведений Сабило на эту же тему никого не впечатляли.

Довлатов всегда так хорошо выглядел и так был импозантен во французской куртке Фернана Леже, что в комитете ВЛКСМ говорили пьяным комсомольцам: «Посмотри на Довлатова, и ты будешь таким, если бросишь пить». Многие старались.

У нас с Довлатовым было много общих друзей, которые жили в тех местах, где было много пунктов приема посуды. Но на Чайковского, где жил друг Саша Севастьянов, таких пунктов не было. И поэтому в Друскеникский переулок с сумками ходил Сергей, он мог унести больше всех посуды. Я с ним ходила просто за компанию.

И однажды вечером 24 апреля 1972 года мы встретили в этом приемном пункте слесаря из 52-го цеха ЛОМО, он тоже пришел сдавать посуду, но позже нас. Довлатова он узнал сразу – ему его, видимо, на территории показывали (тот, который про «пьянство – вред» пишет), пролез к нам, сумку поставил и говорит: у меня тут немного, можно к вам? Мы-то кивнули, но народ немедленно отреагировал насчет «без очереди», и мужик из 52-го цеха объясняться начал, что, мол, товарища встретил, понимать надо. Но народ все равно не угомонился и зашумел, что все мы тут товарищи, а пункт закроют скоро и многие не успеют сдать посуду, так что ты, мужик, вали в конец.

И тут Сережа заговорил своим душевным баритоном (те, кто слышал его на «Свободе», когда Довлатов уже жил в Америке, поймут): «Не надо шуметь, мы здесь, безусловно, все товарищи. По несчастью». Так красиво изложил, что все в этом пункте приема посуды ненадолго притихли.

А почему я день запомнила, так ведь это был наш редакционный праздник – день рождения нашей машинистки Люси, редакцию поздравили, как всегда, старшие партийные товарищи и особенно отметили, как они говорили, «отчерк «Обвал начинается с трещины», написанный золотым пером непьющего человека». Почитайте его – может, тоже пить не будете.

Ирина ЧУДИ

  P.S.:   Относительно набора шуток «Институт кривых зеркал» и реплики «Вы не вейтесь, черны кудри!». Для многотиражки ЛОМО требовался юмор исключительно на оптико-механические темы. Юмор этот очень трудный. И только у Довлатова он хоть как-то получался. Когда Довлатов ушел из редакции «Знамени прогресса», юмор из газеты ушел вместе с ним.    


  Обвал начинается с трещины

О пьяницах пишут много, вдохновенно и с негодованием. Тема этого заслуживает. Разрушенные семьи, загубленные таланты, искалеченные души и тела – вот плачевные результаты пьянства.
У нас ведется антиалкогольная пропаганда, принимаются карательные меры, функционируют с полной нагрузкой вытрезвители, но ощутимых результатов нет. По-прежнему пьют в подворотнях, оставляя на память о себе маленькие бесславные обелиски в виде пустых бутылок, по-прежнему жены с замиранием сердца готовятся к празднику – ведь это законный повод для пьянства, по-прежнему около «автопоилок» собираются толпы людей с опухшими лицами и в одежде, напоминающей экипировку репинских бурлаков.

Что же делать? Борьба с алкоголизмом ведется широким фронтом. Мы повышаем культуру, ограничиваем продажу спиртного, убедительно рекламируем кисломолочные продукты. Но…

Мне кажется, есть в этом деле существенный изъян. Как правило, мы обрушиваем свое негодование на тех, кто уже «переступил черту», на хронических алкоголиков, прочно зарекомендовавших себя в этом качестве. Алкоголизм – это болезнь, позорная, жалкая, но все-таки болезнь, которую надо лечить, подкрепляя клинические меры всеми прочими. Но алкоголиков в общей массе пьющих не так уж много, и «делают погоду» не они. Существует огромный контингент людей, выпивающих, как им кажется, в меру. В одиночестве они не напиваются, кроме того, им нужен повод. Красная цифра в календаре – повод, получка и аванс – без всякого сомнения, солнышко выглянуло из-за тучи – и это дело следует отметить!!!

Умеренно пьющие не тащат на базар тюлевые гардины, не терроризируют коммунальных соседей, а наутро после пьянки, поеживаясь, идут на работу, а не к пивному ларьку. Казалось бы, придраться не к чему, взрослые люди, сами себе хозяева. И тем не менее…

В редакцию регулярно поступают сведения из районного вытрезвителя. Записываю фамилию (называть ее нет смысла, случай весьма характерный и касается многих). Беру авторучку и блокнот. Принимаю меры физической и моральной самозащиты, ведь меня ожидает встреча с пропойцей, разнузданным типом, утратившим человеческий облик…

Передо мной красивый парень, спокойный, улыбающийся. «Да, выпиваю, но немного, с друзьями, по праздникам. В вытрезвителе и в самом деле побывал. Не повезло. Перебрал. «Перевыполнил норму». Потянуло на люди, а тут, как назло, милиционер. Я к нему не приставал, он первый начал. Больше не повторится».

Мой подопечный не алкоголик. И даже не пьяница. Он – умеренно пьющий. Работает хорошо, пользуется авторитетом.

У врачей-психиатров есть такой афоризм: «Самый неизлечимый пьяница – это обаятельный пьяница». И действительно, если человек удручен своим пороком, если он с тоской и болью думает о том, что его ожидает, тут есть надежда. Он пойдет на все, чтобы излечиться, поможет врачам и, может быть, еще станет человеком. А мой подопечный?

Он не совсем понимает, зачем я явился. Из-за чего весь сыр-бор? Ну, попал в вытрезвитель раз в жизни, заплатил штраф, никого не зарезал, ничего не украл. Стоит ли беспокоиться?

Стоит. Я беседую с мастером, расспрашиваю друзей моего нового знакомого. И тут выясняется, что все не так уж безобидно выглядит, как можно было подумать. Года полтора назад мой подопечный «умеренно» выпил и… вывалился из окна. Парашюта под рукой не оказалось, «ангельские крылышки» еще не окрепли, и в результате – тяжелые травмы, длительное лечение, ощутимые по сей день последствия. Казалось бы, единственным пострадавшим был он сам. Не совсем так. Пострадало еще и производство.
Как-то раз мне довелось услышать любопытный разговор в кафе. У окна сидели двое. Один настоятельно предлагал выпить. Другой отказывался.

– Ты что же, совсем не пьешь?

– Совсем. Видишь ли, выпивка – это…

– Яд, ты хочешь сказать?

– Почему яд? Для одного яд, а другой только здоровее становится. Выпивка – это ложь.
Водка – это ложь! Очень точно сказано. У выпившего человека не только ослабевает координация, но искажаются оценки. Он переоценивает самого себя, свои силы. Все замечали, с каким апломбом, с какой развязностью держится пьяный. Я говорю не о тех, что валяются под забором, а как раз об умеренно пьющих. Выпивший человек считает себя обладателем пронзительного взгляда, афористической речи, элегантной походки. Окружающие видят, как мало все это соответствует действительности.

Помимо всего прочего, нельзя забывать и о том, что десятки и сотни тысяч умеренно пьющих людей – это постоянно действующая кузница кадров, пополняющая ряда хронических алкоголиков.
С них-то, умеренно пьющих, и надо начинать антиалкогольную пропаганду.

Все выступления на тему пьянства страдают одним недостатком. Авторы анализируют проблему, приводят статистику, подкрепляют все это цитатами, но… не дают рецептов. Как бросить пить?
Никакие меры, по моему мнению, не дадут результатов, покуда каждый умеренно пьющий сам не примет решения, не убедится в том, что обкрадывает, одурачивает себя.

Сергей Довлатов
«Знамя прогресса». 24 апреля 1972 года


__________________________________________________
 Институт кривых зеркал:

Смеханический факультет

Недавно некоторые студенты факультета проходили производственную практику в одном из ленинградских оптико-механических объединений. На общественных началах они учинили там «День качества». И выпустили «молнию», которая была встречена громом…

На уровень мировых образцов

На днях приборы нашего цеха проверялись экспортной комиссией. Интересно отметить, что все отклонения, обнаруженные комиссией, оказались не только на уровне мировых стандартов, но и значительно превышали их.

С первого предъявления


В понедельник утром с первого предъявления был отобран пропуск у фрезеровщика Егорова.

Без возвратов

Контролер ОТК Мышкина в прошлом году одолжила сборщику Кошкину три рубля…

Новые приборы

Вернулся на доработку опытный образец замочной скважины с оптическим прицелом. Жильцы коммунальной квартиры, в которой он проходил испытания, предложили увеличить угол зрения…

Отдельные отклонения

Третий год поздравляет новобрачных депутат райсовета Нифонтова. «Наш бракодел», – с гордостью говорят о ней товарищи.    

С.Довлатов, 1972 год

__________________________________________________
 Реплика: 

«Вы не вейтесь, черны кудри!»…

Мода – вещь упрямая и своенравная, бороться с ней – напрасный труд. Ее причуда отражаются и в покрое одежды, и в оттенках помады, и в конфигурациях прически.

Лет десять назад парни носили прически «а-ля рецидивист», официальное наименование – «ежик». С тех пор требования моды резко изменились.

Мы думаем так: наша молодежь заслужила право носить такие пиджаки, брюки и прически, какие ей хочется. Сражаться с безвкусицей с помощью крайних мер мы не будем, да оно и нереально. Воспитание вкуса длительный и серьезный процесс. Речь сейчас идет о другом…

В инструкции по технике безопасности (раздел 2, пункт 1) четко сказано: Прежде чем приступить к работе, станочник обязан привести в порядок свою одежду, застегнуть пуговицы и… убрать волосы под косынку.

Составитель инструкции вряд ли мог предвидеть зигзаги моды – он, по всей вероятности, имел в виду женщин-работниц. Им-то и рекомендовались злополучные косынки. Женщины безоговорочно следовали инструкции. Но вот в 64-м цехе появились молодые люди с кудрями до плеч. Мастер Н. Соловьев справедливо решил, что правила инструкции на них распространяются. Были выписаны косынки. Но молодые люди А. Егоров и А. Колюкин, оскорбленные до глубины души в своем мужском достоинстве, демонстративно покинули рабочие места, совершили прогул. Мастеру пришлось подыскать для них работу, совместимую с роскошными прическами. Мы со своей стороны хотим обратиться к каждому из вышеупомянутых красавцев с душераздирающим куплетом из «Калитки»:

Становись же к станку без заминки
И усердно трудись целый день,
Но только не забудь поплотнее косынку
В кружевах на головку надень!

С.Довлатов
«Знамя прогресса». 17 апреля 1972 года















Lentainform