16+

Где и как в Петербурге готовят будущих чиновников

20/09/2010

Где и как в Петербурге готовят будущих чиновников

В этом году у петербургских абитуриентов одной из самых популярных специальностей стало «государственное и муниципальное управление». Конкурс в ряде вузов превышал 200 человек на место. И это не предел. В августе фонд «Общественное мнение» опросил молодежь и выяснил, что 42 процента потенциальных абитуриентов хотели бы связать свою жизнь с госслужбой.


              В Петербурге 9 высших учебных заведений предоставляют возможность обучения по специальности «государственное и муниципальное управление». Вероятно,  их число будет расти – вузы постараются отреагировать на запросы абитуриентов. В том году конкурс на эту специальность составил в СПб университете сервиса и экономики 238 человек на одно бюджетное место, в ИНЖЭКОНе -  114 человек на место.

В некоторых петербургских вузах есть бюджетный набор на популярную специальность. В некоторых – нет. Обычно стоимость коммерческого обучения выше в вузах, которые имеют бюджетный прием. Так, в областном университете имени Пушкина и Университете кино и телевидения (бюджетного набора на эти специальности нет), а стоимость обучения назначена соответственно – 63 и 74 тысячи рублей в год. В Инженерно-экономическом университете, где имеются бюджетные места, семестр стоит 43 тысячи, в Политехническом – 44 тысячи. В РГПУ и Университете сервиса и экономики для бюджетников запрограммировано по пять мест (все они заняты льготниками), а обучение оценивается в 56 и 50 тысяч рублей семестр.

Как надо готовить будущих чиновников – об этом Online812» рассказал декан факультета государственного и муниципального управления Северо-Западной академии госслужбы Николай ТАРАСОВ.

– Если наши студенты, а потом – госслужащие ездят на стажировки в западные страны, мы можем ожидать, что система управления претерпит какие-то изменения, заимствованные за рубежом?
– Не уверен, что все заимствования осуществимы в России. Сейчас все хвалят Китай, в котором  наблюдается небывалый экономический рост. На самом-то деле в Китае есть свободные экономические зоны, в которых действительно все быстро развивается и богатеет, но в них живет 150 миллионов человек, 10 процентов населения. Остальные китайцы живут в бараках. Я был в этой стране два раза и видел их повсюду. Впрочем, если 1 процент китайцев переедет в свободную зону, ВВП в этот год автоматически вырастет на 10 процентов. За счет этого можно наращивать показатели. А еще там недавно 300 миллионов человек просто пропало. Они ушли из деревень, но ни в одном городе так и не зарегистрировались. Они готовы работать на любых условиях. Это мощнейший человеческий резерв для роста ВВП. В России такая свободная рабочая сила просто отсутствует.

- Академия госслужбы уже 20 лет обучает будущих чиновников. Тяжело ли выдерживать конкуренцию с другими вузами, которые также ввели у себя эту специальность?
– Тяжело было в 90-х годах, когда вузу пришлось завоевывать популярность буквально с нуля. В 1989 году была ликвидирована Ленинградская высшая партийная школа, а на ее материально-технической базе создан Политологический институт. Затем в 1991 году его преобразовали в Северо-Западный кадровый центр при Главном управлении по подготовке кадров для государственной службы при Правительстве РСФСР. С этого момента и отсчитывается история Северо-Западной академии государственной службы, правда, в академию она была переименована только в 1995 году. Тогда же, в 91-м, в академию начали набирать выпускников школ, а не только партийных деятелей. Три года назад мы перешли в ведение федерального агентства по образованию, а теперь – Минобрнауки. Сейчас в стране действуют несколько академий, подобных нашей, в разных округах. Самой престижной считается столичная – Российская академия госслужбы. Но она меньше ориентирована на прием детей. Кроме того,  стоимость обучения во многих вузах недоступна для масс.

– А у вас, значит, доступна?

– С самого начала мы сделали ставку именно на средний класс. Сейчас семестр обучения стоит 50 тысяч рублей. В этом году коммерческий набор составил 80 человек, бюджетный – 120.

- И какой проходной ЕГЭ-балл был в этом году?
– Не менее 200, по трем экзаменам. Но сложность ведь в том, что поступает много льготников, а также – абитуриентов из регионов, по специальным направлениям. Из 120 поступивших – 50 поступили в рамках целевой контрактной подготовки по региональным спискам, около 30 были льготниками по состоянию здоровья, остальные поступали сами. Кстати, в прошлом году, когда у нас впервые шел набор по ЕГЭ, состав поступивших был примерно таким же. И вопреки мрачным прогнозам, обе сессии прошли успешно, без массовых отчислений. Все-таки к нам приходят целеустремленные ребята. Да и преподаватели наши – специалисты самого высокого уровня и ответственность свою понимают. Действительно, самое простое решение – поставить студенту двойку и отчислить. Но можно ведь и научить, поддержать в первую сессию, а дальше он раскрутится сам. Хотя система ЕГЭ принесла свои сложности. Когда поступает много льготников, идет большой отсев на первой волне поступления и, конечно, многие пугаются и уходят в другие вузы, где они пробились в первую волну. Нетрудно догадаться, что это были самые способные абитуриенты.

– Какие амбиции у нынешних абитуриентов? Они отличаются от тех, что были у учащихся Высшей партийной школы?

– Конечно. Современный студент на вопрос о планах отвечает или «хочу стать президентом», или «мне папа сказал, что надо в этот вуз идти». Ехать, например, поднимать село никто не хочет. Слушатели высшей партийной школы, как и современные слушатели академии, повышающие квалификацию, – это  люди с опытом, у них самих можно  многому научиться. Впрочем, наши студенты уже с 4-го курса проходят практику в администрации города, представительстве президента в СЗФО, в Законодательных собраниях и т.д., не говоря уж о муниципальных образованиях. Плюс, конечно, коммерческие структуры, в основном те, что сотрудничают с городскими комитетами. Все наши выпускники трудоустраиваются по специальности – находят себя если не в госструктурах, то в бизнесе. Некоторые возвращаются в академию преподавать. У нас всегда был сильный преподавательский состав. Из Высшей партийной школы при ее преобразовании сохранились в академии прекрасные высококвалифицированные, широко мыслящие специалисты с незашоренным взглядом. Это Вадим Чубинский-Надеждин, Юрий Баскин, Анатолий Сибирев, Михаил Сычев, Геннадий Елфимов, Герман Филиппов и другие. Набор новых преподавателей осуществлялся по жесткому конкурсному отбору на основе конкуренции.

- То есть проблем с преобразованием ВПШ в академию не возникло?
– Я бы так не сказал. Дело в том, что Высшая партийная школа размещалась в Таврическом дворце, где сейчас находится Межпарламентская ассамблея стран СНГ. Такое место – это уже трепет души, оно само гарантировало вузу какой-то авторитет. А потом мы переехали на Васильевский остров, где надо было по-настоящему завоевывать авторитет, без всякой пыли в глаза. А как завоевывать? Только качеством обучения. Кстати, нынешнее здание мы тоже получили не сразу, приходилось переезжать с места на место, ютиться в очень странных зданиях. Скажем, было одно помещение в Александровском саду у Петропавловки, до этого занимаемое травматологическим институтом им. Вредена. Приходилось читать лекции в бывших операционных. А в нашем здании на Среднем проспекте раньше размещалось общежитие Института им. Бонч-Бруевича.

- Сейчас премудростям государственного управления обучают даже непрофильные вузы. А в чем их отличие от вашего? Если у нас для всех действует государственный образовательный стандарт, который четко диктует перечень дисциплин и количество лекционных часов по каждой из них.
– Действительно, стандарту приходится подчиняться, и не всегда это благотворно влияет на потребности рынка. Мы сделали ставку на усиление преподавания по следующим направлениям: политика, право, экономика, управление, иностранный язык в специальном лингвистическом центре и информационные технологии. В любом вузе экономистов учат финансам, а юристов – праву. На нашем факультете студентов учат и тому и другому, хотя и у нас есть свои экономический и юридический факультеты. Вообще первое высшее образование в СЗАГС – это хороший толчок для самоопределения и как следствие – получения второго высшего. Если молодой человек с дипломом менеджера по специальности «государственное и муниципальное управление» находит работу в юридической службе какой-нибудь компании, он, по сути, может работать юристом, но без права подписи. И тут же сам принимает для себя решение: получить уже высшее юридическое образование, тем более что те дисциплины, которые он уже сдал, ему перезачтут. Если таких амбиций нет, можно работать в любой государственной или коммерческой структуре, потому что наш выпускник – не просто хорошо подготовленный менеджер, но специально обученный для работы в госструктуре, а не в чистом поле. Да, мы подчиняемся Госстандарту, но региональный или вузовский компонент – можем наполнять сами и наполняем именно теми дисциплинами, которые необходимы современному менеджеру и которые у нас обеспечены сильным преподавательским составом. Например, административное право необходимо чиновникам, гражданское и арбитражное – бизнесменам, они изучаются углубленно. В то время как другой вуз, желающий открыть набор на  специальность ГиМУ, пригласит, скорее всего, юриста из другого института, который прочитает стандартный курс правоведения – и все. Без всякой привязки к основной специальности, это будут знания-обломки. В качестве примера: одна из наших выпускниц работала в пресс-службе Октябрьской железной дороги. Сами знаете, как много в городе факультетов, выпускающих PR-специалистов. Но руководство предпочло выпускницу по специальности ГиМУ, как обладательницу специальных знаний в области экономики, управления и права.

– Насколько быстро ваш факультет реагирует на изменения законодательства – скажем, в отношении местного самоуправления?

– Преподаватели реагируют, конечно, быстро, а у студентов возникают сложности. Бывает, приносит такой студент реферат, явно скачанный в интернете и описывающий другие законы и другое политическое устройство: то, что перестало действовать еще год назад. Опыт муниципальных образований мы изучали задолго до 1997 года, когда они появились у нас – на примере Германии, Финляндии, Франции и Норвегии. Так что своих студентов мы хорошо подготовили по этому вопросу еще до того как эти реформы прошли – и немудрено, что многие из них стали главами муниципалитетов. Хотя сам я считаю, что закон об МСУ, как бы хорошо он ни был подготовлен, по-настоящему работать не будет. И дело тут не только в деньгах, то есть в том, что муниципальная власть финансируется неэффективно, за счет тех налогов, которые собрать невозможно.

- А в чем?
– В том, что мы хотим сами, быстро и сразу построить систему управления, которая в европейских странах вырастала на протяжении веков. Заметьте, росла сама, а не строилась по приказу свыше. Там же сначала научились выбирать именно местную власть – на уровне районов,  как бы они ни назывались. Потом – мэра и президента. У нас сейчас муниципальные образования финансируются сверху, а там – снизу. Зато главы районов – лица, которые действительно решают важные вопросы, назначались и назначаются.

– Можно легко подсчитать, насколько эффективно работают детские врачи – есть специальные показатели. А какие подсчеты существуют для оценки работы госслужащего?

– У нас много студентов интересуется этой темой – оценкой эффективности. Для этого используются, с одной стороны, опросы населения, с другой – повышение качества жизни, выраженное в цифрах. Здесь учитывается продолжительность жизни, уровень образования, безработицу, безопасность в городе и так далее – всего не меньше дюжины параметров. В каждом регионе сравниваются нынешние показатели с прошлогодними или более ранними. Но сами по себе критерии качества очень условные. Например, невская вода европейским стандартам не соответствует. Я не имею в виду качество ее очистки, а исключительно – химический состав. Вода в Неве мягкая, она содержит мало солей кальция и магния, которые портят вкус, оставляют налет на чайнике и не дают мылу мылиться. Получается, что она, наоборот, слишком хороша для этого стандарта.

- Ну а «скорая помощь», которая едет к больному час или два – это соответствует евростандарту?
– У нас приезжает дольше, зато это бригада с врачом, а не фельдшером. Нельзя все зажимать в узкие рамки стандартов.

- Россия взяла курс на модернизацию. Методы реализации  «четырех И» и других нацпроектов изучаются в академии? Потребует ли это введения дополнительных дисциплин, чтобы студенты изучали, скажем, основы молекулярной физики?
– Не потребует. Мы все-таки обучаем менеджеров, которые сами определяют для себя, в какой области они хотели бы применить свои знания. Скажем, Анатолий Чубайс не имел отношения к электроэнергетике и тем более – к нанотехнологиям, он не инженер, а экономист. Но при этом талантливый управленец, способный руководить процессами даже на неизведанном поле. Поскольку у нас сейчас нет распределения, какое было в советские времена, трудно представить, чтобы академии спустили приказ: подготовить 100 менеджеров с сельскохозяйственным уклоном для реализации аграрного нацпроекта. Обычно мы сами определяем, какие дисциплины следует ввести. Сейчас вот ясно ощущается, как необходим спецкурс по управлению коммунальным хозяйством. Еще был провал по части экологии, но его мы уже восполнили и теперь читаем и такой цикл.

- Коммунальное хозяйство – это трубы и кабели?
– Это дороги, леса, реки и т.п. Как правильно ими распоряжаться. Как ни странно звучит, задача госслужащего именно в том, чтобы корректировать ошибки рыночного механизма распределения и потребления ограниченных ресурсов, чтобы, осваивая пространство, не причинять вреда третьим лицам. Рыночная экономика – самая благоприятная среда для потребления всех ресурсов, потому и надо следить, чтобы не освоили все разом, а оставили что-нибудь потомкам.

- И тут в дело вступает страшное слово «откат».
– Всем студентам говорю: рассуждая о коррупции, не забудьте принять во внимание все социальные и экономические законы, по которым живет народ. Тогда и станет очевидно, что коррупционером чиновника часто делают обстоятельства и среди таковых – не только маленькая зарплата, но другие объективные факторы. Да, во-первых, настоящих коррупционеров у нас единицы – если, конечно, не считать таковыми всех, кто получает подарки от населения в виде конфет и алкоголя. Во-вторых, иногда брать взятки легче, чем вникать в ситуацию при выборе поставщика услуг или товаров. Как ни странно, такой способ ведения дел – самый дешевый и для участников рынка, и для чиновника, ибо экономит время.

- На примере поясните.
– Представьте, что вы – чиновник, вам приносят на выбор десять проектов, скажем, по ремонту виадука. Какой выбрать, если вы ничего не понимаете в свойствах асфальтовых смол и теплоизоляционных материалов и не знаете, как проводить дренаж почвы и какие нужны звукозащитные экраны? Кто-то обещает короткие сроки, но он явно сделает плохой дренаж. А кто-то обещает сделать быстро и качественно, но рисует очень крупную смету.

- Пригласить консультанта, который понимает.
– Консультанту надо платить деньги, а эта статья в бюджете не предусмотрена. Но вот представьте, что в десятке фирм находится одна, пользующаяся безусловным уважением ученых, причем настоящих, а не из какой-нибудь липовой академии. Вы выясняете, что и  как. Ах вот почему: оказывается, фирма N дает ученым гранты, в том числе – на разработку асфальтового покрытия нового типа, устойчивого к нашим погодным колебаниям. Вы соображаете, что хороший ученый-естественник не будет продавать свое честное имя, даже за грант, и понимаете, что этот подрядчик действительно имеет в своем распоряжении некие уникальные технологии. Потом вы читаете статьи в газетах, где подробно рассказывается об успехах фирмы N или М. Потом в дело вступают профсоюзы, которые уверяют вас, что именно компания обеспечивает своим работникам наилучшие условия. И уже очевидно, что все общество голосует за нее – фирму N, если ты примешь другое решение, тебя не поймут. Насколько дорогим окажется для фирмы N этот путь? Безусловно, это гораздо дороже, чем договориться с чиновником об откате. Зато сколько общественных институтов поддерживаются и развиваются. Деньги идут не чиновнику, они идут в общество. В развитых странах все так и происходит. Все фирмы, а не только N помогают ученым, поддерживают прессу и считаются с профсоюзами.

- Почему в России реформы идут так долго?
– Любая реформа будет идти бесконечно, потому что реформа – это хлеб для чиновника. Если она вдруг закончится – прервется источник финансирования. Это вам не Олимпиада и не 300-летие города, план которых включает в себя организацию комитета по проведению, а последний пункт плана – это ликвидация комитета. С другой стороны, для всех менеджеров существует такая дисциплина – управление проектами. Если изучать государственное управление с точки зрения менеджмента, студенты хотя бы получат представление о том, как сделать его наиболее эффективным.

Комментарий

«Правильно, что в эту профессию идут люди, не обремененные опытом»

Официально факультет региональной экономики и управления Инженерно-экономического университета (ИНЖЭКОН) открыл прием на специальность «государственное и муниципальное управление» в 1993 году, однако ИНЖЭКОН ведет отсчет своих лет с момента возникновения 104 года назад Санкт-Петербургских высших коммерческих курсов М. В. Побединского; в документах учебного плана курсов 1911 – 1912 гг. среди перечня специальных предметов указывается преподавание Административного Права со специальным курсом Местного Управления. Иными словами, научная школа изучения и преподавания «госуправления» складывалась здесь более века. Сейчас этот вуз сделал ставку на преподавательский состав. Здесь читают лекции ныне действующие и экс-чиновники городской администрации: вице-губернаторы и главы комитетов.  В их числе – Олег Виролайнен (бывший глава КБДХ), председатель жилищного комитета Смольного Юнис Лукманов, представитель аппарата полпреда Екатерина Дурова и др.

– Наш университет, как и другие, действует в рамках государственного образовательного стандарта, – пояснил декан факультета РЭУ, д.э.н. Игорь ФЕДОСЕЕВ. – Для того чтобы отличаться – в лучшую сторону – от других вузов, требуется решить три главных задачи: чему учить, кто будет учить и как учить. Вот мы и сделали ставку на актуализацию читаемого материала, хорошую связь с органами власти, современное техническое обеспечение учебного процесса. Действительно, здание, где располагается факультет, оборудовано всем необходимым для проведения занятий на высоком качественном уровне – мультимедийными аудиториями, аудиториями для проведения деловых игр, компьютерными классами с доступом в интернет, всегда открыт читальный зал библиотеки, существует электронная база учебников, конспектов лекций. Добавить к этому очень сильную научную школу и кадровый состав: 46 преподавателей факультета, то есть 80 процентов, имеют ученую степень, 13 из них – доктора наук.

- Многие петербургские вузы открыли набор на эту специальность. Если госстандарт диктует набор дисциплин, то какая разница, где учиться?
– Есть вузы, где те или иные специальности появились недавно, даже кафедры образовались случайно, скажем, под какой-то спецпроект. Образовательные программы не полностью обеспечены учебно-методически – не разработаны или не достаточно апробированы курсы лекций, материал дается по учебникам сторонних авторов, изданным 5 – 10 лет назад, предметы ведут люди далекие от проблем и реалий государственного и муниципального управления. Про наших выпускников я могу определенно сказать, что они четче представляют свой будущий функционал на рабочем месте. За плечами у них – основательная подготовка по ряду прикладных дисциплин, навыки практической работы в реальных комитетах и службах (в рамках прохождения практик), а не только теоретические знания о методах управления вообще. Выпускник ИНЖЭКОНа лучше знает законодательное поле, кадровый менеджмент, обладает навыками статистических исследований, территориального проектирования и землепользования, может разбираться в сметах, проектировании и экономике отдельных отраслей. Эти знания окажутся не лишними, например, при проведении тендера, оценке эффективности проектов, разработке стратегии развития региона.

- А как вы относитесь к тому, что раньше такой профессии обучали уже взрослых людей, имеющих к тому же руководящий опыт, а сейчас в нее приходят вчерашние школьники?
– Я считаю, это правильно, что в такую профессию люди идут не обремененные опытом. Это как, например, в строительстве: после окончания вуза молодой человек работает бригадиром на стройке, потом прорабом, а с опытом поднимается до начальника участка, управляющего проектом, руководителя организации. Так же с управлением – пускай выпускники начинают с низовых должностей в отделах, комитетах и эволюционно проходят по всей иерархии власти.
В этом году вузы столкнулись с еще одной проблемой. Бюджетный набор на эту специальность в ИНЖЭКОНе небольшой – 20 мест (коммерческий – в пять раз больше), и почти все бюджетные места в этом году укомплектованы инвалидами, имеющими льготы при поступлении.

- Готов ли вуз к этой проблеме?
– В ИНЖЭКОНе уже несколько лет есть опыт обучения инвалидов. Для тех, кто не способен посещать занятия, читаются дистанционные курсы лекций и ведутся практические занятия с использованием видеоконференций.
«Нас это не пугает, – отмечает бывший проректор по учебно-методической работе, а ныне заведующий кафедрой государственного и муниципального управления, заслуженный деятель науки РФ, д.э.н. Дмитрий Шопенко. – Такие ребята более усидчивые, привыкшие к размышлениям и умеющие трудиться, чутче понимающие чужую боль и чужие проблемы, что важно для госслужащих».

По словам Дмитрия Шопенко, основной недостаток «госстандартных» рамок – это заметный крен в управление – то есть замена экономических, математических дисциплин чисто управленческими. «А в результате студент к пятому курсу забывает, что такое фондоотдача или не может решить пример с квадратным уравнением. Надеемся, что полный переход со следующего года на уровневую систему образование с новыми образовательными стандартами разрешит эту проблему».

Справка

Вузы Петербурга, обучающие специальности «государственное и муниципальное управление»

Аграрный университет
Инженерно-экономический университет
Ленинградский государственный университет им. А. С. Пушкина
Политехнический университет
Полярная академия
РГПУ имени Герцена
Северо-Западная академия госслужбы
СПб университет сервиса и экономики
Университет кино и телевидения

Советский опыт

В советское время чиновников готовили специально созданные учебные организации. В 1919 году был образован Коммунистический университет -  первое в СССР учебное заведение, готовившее кадры партийных и советских работников. Родоначальником Коммунистического университета стали курсы агитаторов и инструкторов при ВЦИК, основанные Яковом Свердловым. Курс обучения сначала составлял 6 месяцев, затем был последовательно увеличен до 2,3 и 4 лет. В 1932 году был переименован в Высший Коммунистический сельскохозяйственный университет, затем – в Высшую школу пропагандистов. Большинство региональных коммунистических университетов были закрыты или преобразованы в 30-х годах.

В Петрограде первый Коммунистический университет появился в 1921 году (возник на базе образованного в 1918-м рабоче-крестьянского университета). В 1944-м реорганизован в Высшую партийную школу.
В июне 1956 года вышло постановление ЦК «О мерах по дальнейшему улучшению подготовки руководящих партийных и советских кадров». В нем указывалось на некоторые недостатки в подготовке партийных и советских работников. «В учебных планах школ отводится мало времени на изучение конкретной экономики и организации промышленного и сельскохозяйственного производства. Преподавание партийного строительства, советской экономики, основ агрономической науки зачастую ведется в отрыве от практики работы партийных организаций, передового опыта колхозов, совхозов, МТС и промышленных предприятий… В преподавании не изжиты еще начетничество и догматизм, неглубоко изучаются проблемные вопросы марксизма-ленинизма. Имеются случаи, когда на учебу в школы зачисляются работники, не оправдавшие себя на практической работе».

Далее авторы документа предлагали сократить количество партийных школ и преобразовать трехлетние курсы в четырехлетние – с выдачей диплома о высшем образовании. Абитуриенты должны были сдавать экзамены по истории СССР, русскому языку и основам марксизма-ленинизма. Стипендию студентам определили в 1000 – 1700 рублей.
Прием в школу членов партии (со стажем не менее трех лет) осуществлялся по рекомендации ЦК КП союзных республик, обкомов и крайкомов КПСС. Дополнительным требованием к абитуриентам был опыт партийной, советской, комсомольской, журналистской работы или проявленные организаторские способности в выборных партийных и советских органах.

В 1970-х годах во всех ВПШ был расширен курс дисциплин, и помимо марксистско-ленинской философии, теории и практики партийной и советской работы, в него были включены вопросы управления народным хозяйством, социальная психология и педагогика в партийной работе. Кроме того, глубоко изучался опыт других социалистических стран – членов СЭВ.                     

Нина АСТАФЬЕВА

Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга











Lentainform