16+

«Если у ментов переворачивают машины – это уже не менты»

27/09/2010

ГЛЕБ СТАШКОВ

Никогда не знаешь, в каком месте жизнь даст трещину. В студенческие годы выпивал я как-то на чердаке истфака. На Менделеевской линии. А внизу прогуливалась английская королева. С первым в ее жизни официальным дружественным визитом на берега Невы. Мы с приятелем подбегали к выбитому окну, плевали и отбегали в глубь чердака.


                По всем законам жанра, я должен был попасть в руки милиции. Или даже агентов МИ-6. Или вообще меня должен был пристрелить на месте какой-нибудь Джеймс Бонд.

А я попал в милицию через несколько часов на станции метро «Приморская». Потому что в моем приятеле проснулся антисемитизм, и он докопался к первому попавшемуся прохожему. Докопался он, а попал я. Ниточка судьбы порвалась в самом неожиданном месте.

Так же и с вертикалью власти. Где она должна треснуть? Некоторые наивные люди верят, что ее разобьет вдребезги волна народного гнева. Даже не обсуждаем. Волна народного гнева у нас может разбить разве что витрины с подорожавшей гречкой.

Еще более наивные люди думают, что удар по вертикали нанесет оппозиция. Совсем глупо. Не того пошиба у нас оппозиция. Здесь нужен задор. Здоровый пофигизм. И нездоровый максимализм. А наш оппозиционер-революционер – это обыватель со сбоем в карьере. Для него перспектива приземлить зад (как правило, не худой) в бархатном депутатском кресле всегда перевесит мечты о бархатной революции. За 13 лет пребывания в партии «Яблоко» я вдоволь насмотрелся на таких революционеров, не боящихся каждый вечер выпускать джина из бутылки. С тоником.

Менее наивные люди видят трещины во властном дуумвирате. Но тут и вовсе не разберешь, что к чему. То ли пошла трещина, от которой рухнет здание. То ли трещинка в мраморе,  с помощью которой искусный изготовитель подделок придает скульптуре античный вид.

Властная пирамида дает трещину в том месте, о котором я никак не думал. В фундаменте, на котором держится взмывшая до небес властная вертикаль. Опора строения – милиция – трещит.

Я, конечно, не о коррупции. Ментов-взяточников совершенно напрасно называют оборотнями. Никем они не оборачиваются. Брать взятки – их естественное состояние. Их сущность. Скорее уж оборотень – это милиционер, который иногда пытается быть честным.

Черт с ней, с коррупцией. Но – милиция стала посмешищем. И пребывала в этом качестве всю прошлую неделю. Стало известно, что кто-то избил прапорщика Бойко, который называл оппозиционеров хорьками и обходился с ними соответственно. Арт-группа «Война», летом нарисовавшая член на Литейном мосту, провела новый перформанс – перевернула ментовские машины. 

Замглавы МВД Суходольский признал рост агрессии и, как он выражается, дерзости в отношении сотрудников милиции. Тот же Суходольский отметил и рост массовых драк, с которыми органы правопорядка не в силах справиться. «Не исключаю, – говорит замглавы, – что криминалитет использует эту ситуацию в своих целях, сохраняя линию на подрыв авторитета милиции».

Чудесная версия. Если первый зам. министра строил такие же в бытность начальником отдела по борьбе с преступлениями в сфере интеллектуальной собственности (а он им был еще недавно, каких-то 8 лет назад), то неудивительно, что преступления у нас раскрываются только в сериалах на НТВ. Какой авторитет? О чем вы, генерал-полковник? Вы когда-нибудь с людьми общались?

Некие эксперты, возможно, из тех же органов, уверяют, что единственный способ решить проблемы – переименовать милицию в полицию и провести сокращение на 20%. Была чудо-версия, теперь – чудо-рецепт. Человеку говорят: у тебя рак. Единственное, что тебя может спасти, – назвать его онкологией и сократить твои расходы на 20%. Мужайся.
Милиция не может быть смешной. Тем более – жалкой и беззащитной. Если у ментов переворачивают машины, если они боятся чьей-то агрессии – это уже не менты. Это бакланы.

Не буду называть наше государство полицейским, но как только полиция/милиция перестает приводить обывателя в трепет, государство российское рушится. В конце 1916 года министром внутренних дел назначили чувачка по фамилии Протопопов. Он был сумасшедшим. На встречу с тогдашней оппозицией явился в жандармском мундире. Как если бы я, отправляясь в гальюн, нацепил бейджик «Глеб Сташков. Лауреат премии «Золотое перо»». Над Протопоповым ржали. Через пару месяцев грянула революция.

В 1991-м министром внутренних дел был человек по фамилии Пуго. Внешне он походил на вурдалака. Но его никто не боялся. Над ним смеялись. Сочиняли каламбуры: «Забил заряд я в пушку пуго». Во время путча он застрелился, а Советский Союз – распался.
Смешная милиция делает смешной власть. Даже если власть говорит разумные вещи. Покосившийся фундамент перекашивает все строение. Неделя милицейского позора завершилась выступлением президента Медведева. Он предложил, чтобы менты носили жетоны, а задержанные имели право на телефонный звонок. Как в Америке.
Абсолютно правильно. Но здесь и сейчас – на редкость смешно.                           

ранее:

Как я стал абсолютно толерантным человеком
Как я был купчинским гопником
Гречка – символ закрытости и национальной исключительности
«Зенит» – русский дрим-тим. А Губочана заменить некем…
Несколько мыслей в защиту жары
Что кроме милиции надо еще переименовать
Анонсы нового телесезона наводят на интересные мысли








Lentainform