16+

Как отечественное ТВ пережило антилужковскую оттепель

04/10/2010

МИХАИЛ ЗОЛОТОНОСОВ

Корона и Кепка были главными персонажами всей отчетной теленедели, поскольку произошло то событие, которого с интересом ждали с 10 сентября, когда на НТВ в первый раз вышел первый фильм о Лужкове. На фоне надоевшей однообразной говорильни и борьбы правой и левой рук вдруг появилась интрига – настоящая, а не выдуманная, борьба – тоже настоящая. И вот 27 сентября она разрешилась.


       Самое интересное – телереакции на это событие. Первый канал и «Россия» представили смещение мэра Москвы как очередное торжество демократии, поскольку президент действовал строго по закону, в связи с чем Путин не замедлил напомнить с гордостью, что это он и ввел такой закон: чирк авторучкой – и мэра уже нет. В глазах Путина при этом загорелся огонек: чувствовалось, что гораздо больше результата его занимает сам процесс управления страной и легкость самовластия, которой он и добивался. Чтобы по-царски можно было снимать и назначать, сажать в тюрьму или давать дышать, потому что свобода – это не ваша заслуга, а наша недоработка. Это был один из редких моментов истины, когда из-под маски мелькнуло подлинное лицо, оживленное азартом самодержца.

А пока на главных каналах еще гордились торжеством демократии, пока ТВЦ боялось дать в эфир передачи в защиту Кепки, на РЕН ТВ Михаил Осокин уже показывал нарезку из мнений: говорящие головы рассуждали о том, что «Интеко» быстро распилят, из чего следовало, что одной из целей всей операции «Кепка» это и  было. Действительно, давненько на Москве не было передела собственности, любимой русской охоты… 

Понятно, что разоблачения, начатые 10 сентября, кончатся, поскольку архитектура Москвы никого наверху не волнует. Хотя спасибо и на том, что ТВ использовало кратковременную (18 дней) «оттепель» и показало, что хозяйственник сотворил с Москвой. В последний раз это показали 26 сентября, в воскресенье, на канале «Россия» – фильм «Москва, которую мы потеряли» (предыдущий раз это кино показывали 12 сентября на канале «Россия 24»). За 15 лет снесено более 1000 исторических зданий, исторический центр утратил подлинность, стиль и обаяние старины, система московских высоток уничтожена беспорядочно наставленными ящиками до неба, испортившими все перспективы, под видом реставрации – бесконечные сносы, лживые объявления об аварийности либо пожары и спецтехнологии: снять накануне зимы крышу – и через год здание валится и «законно» сносится. А на старом месте строят новодел из бетона, обшивая его украшениями из папье-маше, потом же заявляют, что отреставрировали здание XVIII века. И вешают охранную доску! И этими подделками заполнена Москва. А прокуратура не принимает 90% обращений. А ведомство по охране памятников подчинено тому, кто возглавляет строительную мафию, – В. Ресину. Как резюмировал кто-то из «Архнадзора», все сделано так, как если бы вурдалак возглавлял станцию переливания крови.

Если Лужков – это скандал № 1, то церемония присуждения премии «ТЭФИ» в Петербурге – это скандал № 2. Он состоит из двух частей: во-первых, по инициативе президента Академии российского телевидения М. Швыдкого на церемонии не было оглашено, что премия за личный вклад присуждена Манане Асламазян – потому что она в немилости у высшего руководства, а Швыдкой не может Его Величество расстраивать; во-вторых, Пятый канал показал, как от премии «ТЭФИ» отказался представитель Олега Дормана, режиссера фильма «Подстрочник».

Обе эти истории подробно описаны, поэтому я хочу заострить внимание на собственно телевизионном эффекте – крупном плане испуганного Михаила Швыдкого в тот момент, когда прямо на сцене пожилой продюсер фильма, на вид совсем неопасный, спокойно и буднично зачитал письмо, из которого следовало, что Дорман от премии отказался.

Все случилось для Швыдкого неожиданно: с одной стороны, и в своей «Культурной революции», и вообще он привык и приспособился, что ТВ – это такая пустая болтовня; с другой стороны, он готовился к рутинному вручению и рассыпаемым благодарностям, тем более что Олег Дорман – это сын Вениамина Дормана (1927 – 1988), автора киносаги о резиденте, любимого фильма поколений советских чекистов. И вдруг… К тому же и мы отвыкли от прямых эфиров, от неожиданностей, и по всем нынешним телеправилам эта спонтанная сцена не должна была попасть в эфир. Но на Пятом канале этот эпизод не вырезали, а включили в версию для трансляции. Возможно, это был демарш против Швыдкого, возможно, в обстановке перманентных разоблачений лужковщины и батуринщины телевизионщики решили, что хватит врать…

И в итоге камера показала, как лицо и лысый череп Швыдкого покрылись крупными каплями пота, скорее всего, холодного, как капли эти, пройдя сквозь грим, набухли и заблестели, а некоторые, самые тяжелые, стали скользить к подбородку, как глаза Швыдкого забегали, лицо из обычно грустного стало отчаянно грустным, а пальцы слегка задрожали и чтобы за что-то ухватиться, ухватились за микрофон. Сам же Швыдкой, пока его организм жил своей, отдельной, жизнью, физиологически реагируя на афронт от неблагодарного Олега Дормана, на ходу придумывал ответный текст, чтобы не выглядеть совсем уж глупо. В итоге текст сам собой сложился как одобрение аплодисментов, которыми зал приветствовал отказ от премии, а Швыдкой больше всего напоминал кролика в тот момент, когда он стоит перед удавом и уже представляет себя закуской… Чиновник всегда чиновник, он боится всего неожиданного, а тут самый большой криминал: не обеспечил управляемость, значит, плохой руководитель.

Критический настрой, внушенный антилужковской оттепелью, оказался столь сильным, что отчетная неделя закончилась и вовсе неожиданно ударно: в передаче «Судите сами» Максим Шевченко разгромил проект закона о полиции, продвигаемый президентом. «Появление полицейского в России равняется черепице, упавшей на голову…» – написал Герцен во втором томе «Былого и дум». Шевченко доказал, что это же можно сказать о придуманном президентом законе. Впрочем, в России все что угодно равняется этой самой черепице. Тут надо иметь крепкую голову.           

ранее:

Приятно, когда мочат того, кто вчера был неприкасаем
«Картина маслом», напугавшая даже писателя Ыкова
Зачем наше ТВ усилило летом «развлекательную составляющую»
Как ТВ породило и погубило осьминога Пауля
ТВ проявило беспощадность к продуктам питания
ТВ нашло настоящего русского в лице Вассермана
«Школа это инкубатор, где просто держат детей»
«Идеология Михалкова – это любовь к Путину в порядке госзаказа»








Lentainform