16+

Реформу МВД усилили Грефом

27/10/2010

Реформу МВД усилили Грефом

Председателя правления Сбербанка России Германа Грефа оторвали от финансов. Прошлый понедельник он посвятил обмену мнениями по реформе МВД с петербургскими экспертами в формате видеорежима. Греф был собран, искреннен и подтвердил, что сопротивляемость системы чудовищная, а конкретных предложений мало. По информации, заслуживающей доверия, Германа Грефа попросили озаботиться реформой самые высшие силы.


                В головном петербургском офисе Сбербанка было вежливо, скромно и тихо. В зале видеоконференций Петербург представляли трое – декан Европейского университета Вадим Волков, его коллега-социолог из Иркутска Кирилл Титаев и журналист Евгений Вышенков, но в качестве ветерана уголовного розыска. В 15 часов должен был появиться Герман Греф. И не один.

С его стороны Петербург поприветствовали Николай Коварский, являющийся консультантом Аркадия Дворковича, как помощника президента, и руководитель правозащитного центра «Агора» Павел Чиков.  

На экране возник файл – «Реформа МВД.doc». Затем тема презентации Европейского университета – «Четыре проблемы и восемь мер по ее решению». Два к одному – обнадеживало.

Консультант Коварский начал по-московскому – добродушно и раскованно: «Привет, Северо-Запад. Вы запад». Кратко напомнил о себе: «Работаем при Дворковиче в вольном стиле, два года, создаем реФормулу для МВД».

С его точки зрения, проблема назрела, так как образовавшийся средний класс предъявляет новые требования к работе системы. И привел пример с юристом Магнитским, рассказав, что представители пенитенциарной системы были неподдельно удивлены шумом после его смерти, ведь и до этого арестанты умирали как мухи. Он успел поделиться впечатлениями от встреч с сотрудниками центрального аппарата МВД, которые «могут раскрыть любое преступление, другое дело надо ли им это, ведь многие приезжали на доверительный разговор при «поршах» и в часах, не слишком дорогих по московским меркам – тысяч за 200 – 300 рублей».

Так что, по Коварскому, деление общества на власть и всех остальных в прошлом. Власть теряет контроль полицейских функций, ибо они легко покупаются. Даже указания администрации президента искажаются внизу.

- Знаем, – раздался глухой голос. Это был голос Грефа. Его самого на экране видно не стало.

 Затем, как положено, Коварский коснулся Грузии. О том, как там упразднили КГБ, а воры и несогласные чекисты выехали в Россию. На экране появились тезисы Коварского. Главный – «Деполитизация МВД».

Тут появился Греф. Молча.

Возник новый пункт обсуждения – «Следственный комитет – сужение роли до расследования преступлений спецсубъектов». То есть элиты. Заявленная ставка «два к одному» показалась химерой.

Пришла пора Вадима Волкова.

- Так жить нельзя, а как хотим – непонятно, – начал он. – Как в Европе? Кто будет реформировать? Само МВД и себя же?

Вскоре он защитил свое исследование графиками, в которых и неискушенному явилась контрпродуктивность наших органов. (К тексту представлен график – см. его.)

С целями реформы по Волкову также происходит неясность. Статистика насилия над населением, предоставленная им, никого не удивила. Предложенное Волковым упразднение ОБЭПов вызвало сомнение. Зато довод о замене «палочной» статистики на замеры уровня преступности снизу путем опроса населения на местах прибавил реальности. Что  касается гигантского штабного аппарата, занимающегося производством бумаг, возражений и быть не могло.

- Подождите немного, – вновь произнес Греф.

Далее в Петербурге было слышно, но неразборчиво.

Греф: «В контакте состоите?»

Коварский: «Аркадия просил…»

Греф: «Булавин знает?»

Вступил Павел Чиков: «По сути, этот закон (закон о полиции. – Ред.) не нужен. Важнее закон о СК, который вырвет следствие из МВД. Закон о полиции – популистский, предвыборный шаг».

- Можно на процесс воздействовать? – риторически спросил Греф и вздохнул: «Это не предложения, это методика подхода. Кто будет против того, что вы говорите? В МВД об этом все знают. Что там, дураки? Но ведь очень много специфики. И Чекалин, и Васильев знают».

- Он никого не избивал, мягкий, но беспомощный, – послышалось из Москвы. Кто это говорил и про кого, было непонятно. Скорее всего, о статс-секретаре министра Владимире Васильеве.

Возникла пауза усталости. Ей воспользовался Евгений Вышенков. Он предложил, пока отрабатываются «присадки», заняться основным злом – наркоторговлей: «…80 процентов продаж наркотиков контролируется офицерами Госнаркоконтроля и уголовного розыска. В Петербурге уже несколько лет действует и не тужит так называемая «Корпорация», состоящая примерно из 300 оперативников, объединенных в мутную сеть и давно ставших «акционерами предприятия». Это практически новая субкультура со своим сленгом, прозвищами, стереотипом поведения. Наркодилеры все более отжимаются из города, если не подчиняются. Это не проблема, а бедствие. На местах генералам легко объявить эту информацию следствием отдельно вспыхнувшего безумия».

- В случае необходимости можно подтвердить все изложенное данными, полученными как из открытых косвенных источников, так и оперативными материалами. Ведь, как ни странно, некоторые члены «Корпорации» готовы говорить, если увидят непоказную волю, – закончил Вышенков.   

- Это важно… интересно. Если пропишите, я расскажу, – ответил Греф. – Я больше разбираюсь в таможне. Когда пытался что-то изменить, столкнулся с чудовищным сопротивлением системы.

Через несколько секунд после произнесенных им слов женский голос объявил, что Герман Оскарович вынужден срочно выехать к премьеру.

Иркутский социолог Кирилл Титаев продолжил уже без Грефа, убежая, что бессмысленно говорить о реформах, пока не будет установлена элементарная управляемость на местах.

Неожиданно предложили выразить мнение ректору Академии народного хозяйства Владимиру Мау, которого до этого не было ни слышно, ни видно.

- Не хочу. Я не вижу, как это все делать без электорального процесса, – отмеживался он и нервно спросил: – Кто придумал переименование в полицию? Фарс.

Главный экономист Сбербанка России Ксения Юдаева окончила разговор: «Может, что-то сформулировать вам? Прислать».

Чувства неудовлетворенности и усталости не стало. На столе остались фирменные блокноты. А на них девиз «Всегда рядом».                      

Егор ИВАНОВ











Lentainform