16+

Лучше пластилиновый Путин, чем железный Феликс

29/12/2010

ГЛЕБ СТАШКОВ

Федя из «Паровоза» сказал, что больше не будет лепить к моим текстам человечков, похожих на Путина. Дескать, пластилиновая фигурка искрошилась, измялась. Несколько раз премьер падал мордой в салат. Точнее – не мордой, а всем телом. И нового политического года популярный персонаж не переживет.


                  Мы с ужасом поняли, что попали в уайльдовскую историю. «Протрет Дориана Грея». Сам Путин цветет и пахнет. Молод и подтянут. Ни добрые, ни злые (каковых, безусловно, нет, что бы ни плели клеветники) дела не отражаются на его челе. А портрет меняется. Не в лучшую сторону. Демифологизируя прототипа.

Легче всего было бы смять премьер-министра и вылепить из него, скажем, Деда Мороза. Но мы, чай, люди образованные, знаем, чем закончилось для Дориана Грея уничтожение портрета. Поэтому пластилиновый герой будет помещен в морозильную камеру, она – в холодильник, холодильник – в квартиру Ф. А. Шумилова, квартира – в многоквартирный дом и т.д. В общем – как до Кощея. Не доберетесь. До 2012-го даже и не мечтайте. Судьбы страны теперь в наших руках.

– Напиши, как Федя лепил Путина, – сказал мне редактор.
Отличная тема. Почему бы нет. Пишу же я про то, зачем Медведев снял Лужкова. Зачем Михалков написал манифест. Почему молебен патриарха не помог нашим олимпийцам.
Смущает только одно обстоятельство. Не люблю темы-междусобойчики.
– Нам это совершенно не интересно, – говорят читатели. – Мы каждую неделю читаем, и каждую неделю нам совершенно не интересно. Девятый год читаем, и девятый год не интересно. 

Иногда читатели пишут в интернете: «Выганити наканец этово е...ного п...раса». Это, скажу вам, скотство. Я же не прошу выгнать вас с работы. Хотя вы в рабочее время читаете всякую лабуду.

К тому же никогда не знаешь, что заинтересует читателя. Послание президента Федеральному собранию или «Почему вредно пользоваться унитазом». Обычно – второе, но бывают исключения.

Блогеры, например, обожают жанр «простая человеческая история». Скажем, такая: «Ехал сегодня в маршрутке и увидел бабушку с авоськой. Что бы это значило?»  Или такая: «Вчера захожу в трамвай, контролер спрашивает 19 рублей. Я заплатил и поехал дальше. А с вами такое случалось?» Меня восхищает слово «вчера». То есть человек сутки обдумывал, выстраивал сюжет, обрисовывал характеры и только потом решился выложить свой маленький шедевр на суд общественности». Зато комментариев такие истории собирают не меньше сотни:  
– плюс 1
– отстой
– улыбнуло
– пипец, камрад
– какой номер трамвая и как звали кондуктора?
– да кто ты такой, клоп вонючий?
– приходи завтра на Манежную площадь
– я живу в Питере
– пипец, камрад 

Так вот. Я тоже хочу рассказать историю. Давным-давно мы с Федей из «Паровоза» учились в одном классе. Сочиняли стихи, пьески и даже хотели издавать литературный журнал. Журнал не выгорел по причине моего упрямства. Я настаивал на названии «Прыщ». Федю устраивало любое название, кроме «Прыща». Мы разошлись. Как Станиславский и Немирович-Данченко. Но разошлись, не успев создать Художественного театра.

А потом влезла литераторша. Она сказала:
– У вас, Глеб, есть в голове кое-какие мысли. Не глубокие, но есть. Но вы пишете, как Акакий Акакиевич.
– Это из Гоголя? – спросил я, желая блеснуть познаниями в литературе и, возможно, выпросить четверочку.
– Вы пишете даже хуже Акакия Акакиевича, – продолжала литераторша. – Вы никогда не сможете писать так легко и изящно, как ваш друг Федя.
Я затаил обиду. Десять лет я учился писать легко и изящно. Федя давно переквалифицировался в фотографа и инфографика, а я все упражнялся. Я научился писать короткими предложениями. В. Одно. Слово. Теперь я самодовольно улыбаюсь, когда мне говорят:

– Прикольно написал, дэбил. Жаль только, что у тебя в голове ни одной мысли. Ты вообще когда-нибудь о чем-нибудь думаешь?
Думаю. Я думаю, что никогда бы не стал журналистом, если б знал, каково это – придумать тему.
– Про что будет текст? – спрашивает меня Федя из «Паровоза».
– Про взятки.
– Хорошо, я сделаю Путина, а вокруг него кучу баксов.
– Боюсь, нас закроют.
– Хорошо, я сделаю Путина в наручниках.
– Боюсь, закрытием дело не ограничится.
И так – каждый раз.

А теперь – признание. Самые лучшие тексты получаются, когда тема придумывается в последний момент. От безысходности. Когда ты ничего по теме не знаешь и понятия не имеешь, о чем писать.
– На этой неделе ничего не случилось, – сообщает мне редактор.
– А на прошлой Муамар Каддафи предложил ликвидировать Швейцарию.
– Замечательная тема. Пиши.
– О чем.
– Ты же профессионал.

Я написал сказку. Они имела успех. Ее даже опубликовали на сайте «Промышленность и металлоконструкции Петербурга». В разделе «Новости региона». Надеюсь, металлоконструкторам понравилось.
Может, мой друг Федя обидится, но и он делает лучшую инфографику, когда в последний момент. Когда непонятно, о чем.

Только в пограничной между жизнью и смертью ситуации – согласно учению французских экзистенциалистов – человек в полной мере проявляет себя.
Желаю вам в новом году не оказываться в пограничных ситуациях. Никак себя не проявлять. Расписывать свою жизнь на неделю вперед. А муки творчества оставьте нам. В конце концов, мы за это деньги пока получаем.                        

ранее:

Должна ли интеллигенция брить свои бороденки?
«Они все, оказывается, буйнопомешанные»
«Читать между строк умею. Видеть между кадрами – пока не очень»
«Нам дали чемпионат мира по футболу. Не распирает меня гордость, хоть убей»
Почему честным людям так плохо живется
7 праздников, которые необходимы Петербургу
Манифест Михалкова. Что ни мысль, то свежачок











Lentainform