16+

Lentainform

«На Невском, 68 могут инсценировать обрушение фасада»

11/01/2011

ЮЛИЯ МИНУТИНА

В городе продолжается борьба за сохранение фасада Литературного дома на Невском, 68. Первая встреча с застройщиком произошла 8 января, когда Вера Дементьева выехала на объект и приостановила ведение работ, поскольку КГИОП не согласовывал снос фасада. Тогда же выяснилось, что Стройнадзор выдал разрешение 30 декабря, а работы начались 5 или 6 января. Это вызывает определенное беспокойство. То, что снос производится в таком авральном режиме в праздники (в прошлом году уже был аналогичный случай с домом Рогова), может являться признаком того, что на объекте не все в порядке.


        10 января работы были приостановлены во второй раз. Я побывала на объекте, но в самый разгар событий не присутствовала, потому что в это время работала. Утром был сбор граждан, никаких плакатов там не было, поскольку это превратилось бы в митинг, который не был согласован, на это требуется время. Тем не менее, застройщик был вынужден пойти на переговоры. На стройплощадку приезжала милиция и была достигнута договоренность о паузе в работе до 14.00 следующего дня, поскольку намечается встреча с представителем КГИОП (по всей видимости, это будет Вера Дементьева), Стройнадзором, вице-губернатором и градозащитниками.

Второй сбор «Живого города» на Невском был вечером. Я приехала около 5 часов, и на тот момент, несмотря на договоренность, работы на фасаде продолжались – снималась лепнина. Мы прошли на стройплощадку и поговорили с прорабом и другими представителями застройщика, которые вели себя весьма сомнительно. Они, естественно, не называли никаких фамилий. Прораб представился следующим образом: «Зовут меня так-то, но фамилии у меня нет». Наши оппоненты предпринимали попытки перевести разговор из конструктивного русла в перепалки, задавали вопрос, сколько нам заплатили. Говорили, что не обязаны нам отвечать, хотя этот процесс могут контролировать горожане, и он должен быть открыт для каждого. При этом строители уверяли, что согласно договоренности никакие работы на фасаде не ведутся. Но при этом стоило выйти со стройплощадки и перейти на другую сторону Невского, как можно было увидеть, что процесс идет в полный рост. Такое поведение просто неприятно, если говорить о честности и открытости.

Когда мы уже уехали, звонили градозащитники, которые там остались и сообщили, что работы продолжились, но уже не сверху, а внизу фасадной стены. Я сама не видела, мне сложно комментировать, но сам факт вызывает беспокойство. Понятно, что когда ведутся работы на первом этаже, и в фасадной стене прорубается какое-то окно, это навлекает на мысль о возможной инсценировке обрушения, чтобы сказать: «Мы же говорили, что дом такой аварийный, и как только начали работать, он сразу упал». Никаких доказательств нет, но судя по тому рвению, с которым проводятся работы внизу, возникают и такие предположения. К сожалению, наши застройщики поднаторели за эти годы в вопросах инсценировки самообрушения зданий. Сейчас мы теряемся в догадках, что там происходит и ждем возвращения с отдыха Валентины Матвиенко.

Около десяти часов вечера мне стало известно, что представительница «Живого города» и двое приехавших из Москвы участников «Архнадзора» находятся в отделении милиции. Насколько я знаю, они следили за происходящим неподалеку от стройплощадки. Что конкретно послужило поводом для задержания, я сказать не могу – пока нет никаких подробностей, но точно знаю, что Невский они не преграждали, забор не ломали. Коллеги смогли написать только то, что им не сообщили, в какое отделение их отвезли и сколько там продержат. Обидно, мы не смогли добиться того, чтобы сотрудники милиции выехали на незаконные работы, но на то, чтобы задержать активистов, у них ресурсов хватило.

Ситуация с Литературным домом – достаточно показательный пример, решение по которому может стать уроком всем застройщикам. На нем отрабатываются определенные механизмы игр с законом о границах зон охраны объектов культурного наследия, и понятно, что если эта брешь будет пробита и станет расширяться, то появится много зданий – кандидатов на аналогичную участь. То есть решение может как вдохновить застройщиков на дальнейшее игнорирование закона, так и стать уроком для потенциальных нарушителей. Мы убеждены, что в случае с Невским, 68 законодательство нарушается, потому что в той зоне, где расположено это здание снос допустим только при условии необратимой аварийности. В тех экспертизах, которые есть у застройщика, ни слова не сказано о том, что здание нельзя вывести из аварийности. За этим скрывается целый комплекс проблем. В частности, у нас в законе очень широко может трактоваться понятие реконструкции, вплоть до того, что можно оставить только фундамент дома. Судя по имеющемуся проекту, на этом месте подразумевается новое строительство с возможным воссозданием фасада, но это не имеет никакого отношения к историческому зданию. Понятно, что фасад дома советских времен, тем не менее, Невский проспект – это композиционно завершенная панорама, дворовый фасад остался оригинальным. В конце концов, это здание – мемориал, потому что оно было восстановлено после блокады одним из первых. Это было важно для ленинградцев, и сейчас вот так отмахнуться от того, что было сделано – преступление, особенно накануне праздников, посвященных блокаде.

Если говорить о памятнике, то им является дом на Фонтанке, 40 –угловое здание с другой стороны, примыкающее к строению, судьба которого решается в настоящее время. Дом находится вблизи от двух памятников – рядом с ним еще и Дом журналиста. Но здесь речь идет о другом. Наоборот, если бы Литературный дом сам был памятником, то Закон Санкт-Петербурга №820-7 «О границах зон охраны объектов культурного наследия», по которому его можно сохранить, на него бы не действовал, поскольку он распространяется на так называемую фоновую застройку.

Сегодня я буду присутствовать на встрече с застройщиком. Мы не слишком уповаем на переговорный процесс – инвестор ООО «Автокомбалт» очень заинтересован в том, чтобы проект осуществлялся. Если мы не достигнем положительных результатов, то не остановимся, и будем обращаться в суд. Формально мы можем оспаривать только решение Стройнадзора на строительство. Если здание будет утеряно, может быть запущен процесс изъятия дома у собственника (у нас уже есть такой опыт с домом Рогова). Если мы говорим о том, что такие методы ведения работ должны пресекаться, то должно быть наказание, сопоставимое с нанесением ущерба облику города.            

ранее:

«Я предварительно согласилась, и меня предварительно берут на работу»
«Я себя чувствую, как курица гриль, на которую все смотрят»
«Хвалить на каждом углу губернатора не собираемся»
«Современная архитектура Хельсинки – не для Петербурга»
Французам абсолютно все равно, что будет с Башней Мира
Ответ Путина Басилашвили меня огорчил