16+

Дорога императорских резиденций застраивается коттеджами

24/03/2011

Дорога императорских резиденций застраивается коттеджами

В этом году надо будет отмечать 300-летие Петергофской дороги – уникальной ландшафтно-архитектурной системы императорских резиденций, частных усадеб, садов и парков, сочетание построек разных стилей и эпох. Но с дорогой есть проблемы…


                   Эту территорию надо бы охранять от посторонних вмешательств, расширять границы заповедника, а утраченные объекты и ландшафты восстанавливать и реставрировать, однако эта территория рассматривается заинтересованными лицами как лакомый ресурс для коттеджного строительства.

По замыслу Петра I, гигантский ансамбль Петергофской дороги должен был затмить дорогу из Парижа в Версаль. Каждый участок включал усадебный дом на горке, ниже сады, еще ниже выпасы и сенокосы и, наконец, прибрежная часть. Два участка этого мегаансамбля были отведены под императорскую резиденцию Петергоф и под дворцовый комплекс Меншикова в Ораниенбауме.

Историческая Петергофская дорога начиналась от Фонтанки, проходила через Нарвскую заставу и далее шла вдоль южного берега Финского залива на 40 км до Красной Горки. За 300 лет линия дороги не изменилась: в черте Петербурга она соответствует магистрали Старо-Петергофский пр. – пр. Стачек – Петергофское шоссе.

О том, как складывалась дальнейшая судьба ансамбля Петергофской дороги и что мы имеем сегодня в итоге, мне подробно рассказала Татьяна Прохорова, которая долгие годы была районным архитектором Петродворцового района, а теперь возглавляет ВООПИиК Петергофа.

После революции 1917-го усадьбы превратились в санатории и детские колонии, а ландшафты деградировали. Дворцы в Петергофе и Ломоносове сохранялись, туда экскурсии водили. Полностью утрачен был облик дороги от Нарвской заставы до Автова – здесь до войны, в 1930-е гг., активно строили. Потом была война, многие усадебные постройки были полностью уничтожены, и лишь малая часть потом восстановлена.

Только в 1960-е годы был принят Генеральный план, включавший восстановление дворцов, музеев, усадеб и ландшафтов. ГИОП утвердил границы зон охраны, которые включали и зоны охраняемого ландшафта (строить можно, но не нарушая целостности ландшафта). Несмотря на все катастрофы, Петергофская дорога сохранила основные элементы: дворцы, парки, усадьбы и исторические трассы. 

В 1960-е – 1980-е велось восстановление, причем на свободных участках не было нового строительства, а в генпланах предусматривались границы памятников и их зон охраны.

В 1980-е гг. удалось обеспечить финансированием археологические исследования по объектам Стрельны, Петергофа и Ораниенбаума, которые проводились под руководством В. Коренцвита. Были обнаружены остатки около 50 объектов: катальных гор, крепости Петерштадт, трех фонтанов в Нижнем саду Ораниенбаума, дворца «Мон кураж» и др. На основании этих исследований были подготовлены проекты реставрации и восстановления. Реализовать это удалось лишь частично.

В 1980-е – начале 1990-х годов еще удалось помешать реализации градостроительных ошибок:

1) реализовать проект прокладки асфальтированной трассы шириной 100 м от нового комплекса университета до побережья Финского залива с вырубкой части двух исторических парков – Сергиевки и Собственной дачи (автор проекта Игорь Фомин);

2) проложить КАД через пруды фонтанной системы около Бельведера – трассу сдвинули на 5 км южнее;

3) полностью снести Свято-Троицкое кладбище ради расширения очистных сооружений (подробнее – здесь);

4) построить новый административный центр Петергофа с высотными зданиями западнее Большого дворца, в квартале «За гербом». (Кстати, в 1996 г. проект благоустройства и застройки квартала «За гербом» с сохранением исторической планировки и характера застройки был разработан архитекторами Борисовыми и утвержден главным архитектором СПб О. Харченко, но о нем постарались забыть.)

К этим четырем положительным пунктам нужно добавить закрытие свинофермы в дер. Низино, которая работала без очистных сооружений и интенсивно загрязняла воду, поступавшую в фонтанный комплекс. А также отмену «битумного проекта» 1998 г.: в Ломоносове, на западном берегу Морского канала, в непосредственной близости от Меншиковского дворца, т.е. на территории памятника федерального значения, шведская фирма уже получила пятно застройки для строительства морского терминала. Шведы хотели завозить сюда на специальных баржах с башнями-термосами высотой 25 м горячий битум, а в Ломоносове этот битум перегружали бы на автотранспорт и везли дальше, в том числе по самому городу Ломоносову. Тогда этот проект удалось остановить благодаря усилиям ВООПИиК и экологов.

А к списку ошибок следует добавить историю, относящуюся к 1960-м годам, когда по проекту все того же Игоря Фомина строили здания университета. Тогда, готовя площадку под строительство, осушили территорию, которая питала водную систему усадьбы Сергиевка – уничтожили пруды, болотца и дренажем (трубы диаметром 150 см) вывели в залив. В результате Сергиевка – памятник федерального значения и памятник природы – сейчас догнивает, здесь находятся остатки Биологического института университета, и есть опасения, что как только разрушение достигнет критической черты, все продадут на снос под новое жилое строительство.

Другой аналогичный пример ожидания конца – Собственная дача (так назвала ее императрица Елизавета). Парк не восстанавливался 100 лет, никому не передан, 200-летние дубы умирают, дворец пустует, хотя уже отдан Комитету по загсам под Дворец бракосочетания, но работы не начинаются, здание не отапливается, крыша прохудилась, охраны фактически нет…

Но вернемся в 1990-е годы. В 1993-м была создана программа разработки генплана развития и ландшафтной реабилитации для ГМЗ «Ораниенбаум» как музейно-туристического комплекса. Она была принята КГИОПом, однако практического значения уже не имела, так как, с одной стороны, границы зон охраны была расширены до исторических, но, с другой стороны, не были утверждены потом в составе генплана. Поскольку требовался вывод с территории и из исторических зданий воинских частей и других организаций, посеянных тут в советское время, а также ликвидация диссонирующих строений, в которых эти организации располагались. Их место должны были занять туристические городки, гармонично вписанные в пейзаж. Но тогда все осталось на уровне программ и намерений, что характерно для эпохи А. Собчака.

Однако отсутствие средств и неоформленность «строительной мафии» предохраняли всю территорию от новостроек, возводимых с нарушением законов и вопреки всем эстетическим нормам.

Беда пришла в середине 1990-х гг. В период с 1994 по 1996-й в генплане уже выделялись участки под застройку, т.е. фактически охранная зона стала превращаться в зону регулируемой застройки, доступную тем, у кого были средства преодолеть потенциальный барьер.

Процесс начался в 1994-м, а в 2006-м КГИОП согласился с сокращением зон охраны или превращением их в зону регулируемой застройки, что было юридически закреплено в генплане 2006 г. От КГИОПа эту работу курировал А. Комлев. В  итоге в 2006 году началось интенсивное строительство коттеджных, гостиничных, жилых комплексов. Планируется строительство промышленных предприятий вблизи парков и дачных поселков, например, завод по переработке мусора в Мартышкине, который находится в 2 км от парка Сергиевка. Между прочим, компания Neste еще в 2002 г. на прибрежной территории памятника федерального значения – усадьбы адмирала С. К. Грейга (парк XVIII в., дом, первоначально построенный Д. Трезини в 1720-е гг.) возвела памятник антикультуры начала XXI в. – бензиновый терминал. Петергофская дорога и так забита тяжелым транспортом, а шведы добавили сюда бензовозов.

Наиболее вопиющие примеры уничтожения культурного наследия:

1) ковровая застройка усадеб Знаменка, Михайловка, Шуваловка; уплотнение застройки Стрельны – территории вокруг Константиновского дворца, зоны, которая свободна от действия российских законов по охране культурного наследия;

2) коттеджный городок по восточной межевой канаве усадьбы «Собственная дача»;

3) коттеджный городок по западной границе усадьбы Знаменка;

4) строительство универмагов «Лента» и «Карусель» на бывшей территории монастыря Свято-Тороицкой пустыни с южной стороны;

5) строительство нового здания очистных сооружений на территории бывшей усадьбы герцога П. Г. Ольденбургского, вследствие чего закрылся вид на море с Ораниенбаумского спуска. Здание можно было сдвинуть и вправо, и влево, но архитекторы оказались безмозглыми.

Таким образом, архитектурно-ландшафтный ансамбль «Петергофская дорога» продолжает разрушаться ускоренными темпами. Главная проблема – не создан единый проект грамотного использования всех объектов Петергофской дороги на основе восстановления зон охраны, в том числе охранных зон конкретных памятников, которые также ликвидированы. После этого надо приступить к восстановлению усадеб, поскольку одним Большим дворцом культурное наследие не ограничивается.

Впрочем, что говорить о таких глобальных проблемах, если не могут решить задачи даже совсем локальные. Во-первых, не увенчались успехом попытки восстановления верстовых столбов. Даже столбов! Во-вторых, на Петергофской дороге очень интенсивное движение, сильная вибрация и усиленное загрязнение воздуха, поэтому разрушаются три чудом уцелевших подлинных верстовых столба, сделанные из гранита и мрамора. Блоки от вибрации расходятся, связующий материал вымыт, туда попадает вода, зимой замерзает, отчего блоки расходятся еще сильнее… Но к реставрации не приступали.

Потому что от Петергофа ждут другого – чтобы опустела территория вокруг Большого дворца и появилась возможность беспрепятственно строить коттеджи и терминалы.                         

Михаил ЗОЛОТОНОСОВ









Lentainform