16+

«Слышал, что за машиной Марины Малафеевой ехали сотрудники ГИБДД…»

25/03/2011

ВЛАДИМИР ГАРНИН

Здравствуйте, уважаемые читатели Online812! Сегодня я открываю на сайте блог, посвященный автомобильной тематике. Расскажу немного о себе. Как юрист, я специализируюсь на ДТП уже более 20 лет. Начинал в 1986 году с должности инспектора ДПС, потом работал в Петроградском ГИБДД, а после перешел в отдел дознания, где занимался расследованием и оформлением ДТП с тяжкими последствиями и летальными исходами. Там я проработал 5 лет, поэтому знаю эту систему очень хорошо. В 2003 году я ушел в адвокатуру заниматься защитой водителей и пострадавших.


                По долгу адвокатской службы я часто занимаюсь резонансными делами. Не сказать, что сознательно стремлюсь их получить, они сами ко мне приходят – одни клиенты рекомендуют меня другим. Большинство своих дел я стараюсь завершать примирением сторон, потому что в случае преступления по неосторожности (неумышленного) (264 статья) закон позволяет осуществить примирение сторон.

В Петербурге много шума наделали два моих самых громких дела – случай, когда на эвакуаторе увезли автомобиль с ребенком, и автобус, сбивший на Невском проспекте 12 человек. Третье интересное дело было в Выборге, где грузовик с щебнем упал на автобус. В результате пострадало 15 человек, и один скончался. Это была большая работа. Я объяснял потерпевшим, что у водителя грузовика не было злого умысла. Он, безусловно, виноват в том, что нарушил правила дорожного движения, но не в том, что ему могли вменить. В конце концов, потерпевшие поняли, что водитель – не меньшая жертва обстоятельств. В результате он получил 3 года условно.

Желание засудить виновника ДТП – вполне понимаемая человеческая реакция. Если кто-то потерял близкого, ему не объяснить, что водитель попал в сложную ситуацию. Но и участники ДТП не всегда делают все, что от них зависит, чтобы мирно разрешить конфликт. В большинстве случаев я прихожу к потерпевшему в больницу, но водители боятся идти со мной. Думают, что их после этого посчитают виновными.

Часто водители готовы возместить ущерб потерпевшим, а те отказываются. Ничего плохого в этом нет – бывает, что человек по правилам виновен, а по совести нет. Не всегда право состыкуется с жизнью. С человеческой точки зрения необходимо помочь человеку, который попал в беду. Как минимум потому, что страховые компании дают деньги только после решения суда. Получается, что государство, которое лоббировало закон о страховании вреда здоровью, не совсем правильно его отработало. Предполагаю, что изменения в законе о порядке возмещения средств до вынесения постановления, решения дознания ГИБДД и следствия суда облегчат положение потерпевших, и частичная выплата будет производиться сразу.

Вообще у нас суд пытается наказывать водителей как можно жестче. Например, если в случае ДТП был нанесен легкий или средний вред здоровью, водитель попадает под статью Административного кодекса 12.24, в которой предусмотрено лишение прав от года до двух в зависимости от причиненного вреда здоровью, либо штрафные санкции, практически не применяемые на практике. Это все предусмотрено, а не обязательно. Но в действительности у нас почти всех водителей лишают прав.

Это ровно как и практика Главного следственного управления по расследованию ДТП. Меня просто поражает истории, когда в ДТП погибает близкий родственник – муж или жена, и остаются дети. Мы же понимаем, что сиротами их не оставишь. Тем не менее, примириться сторонам следствие не дает возможности, хотя закон это позволяет, внегласно обосновывая тем, что в таком случае не будет показателей в рамках доводки дела до суда. Сейчас уже обсуждается тема принятия закона о невозможности примирения сторон между виновником и потерпевшими по факту гибели. Но ведь это моральное право каждого гражданина оценить, пусть даже в материальном плане, жизнь своего родственника, тем более, если есть дети, сложное материальное положение…

Скажу еще пару слов о последней VIP-аварии с участием Марины Малафеевой. По факту ее гибели было возбуждено уголовное по статье 264 УК РФ (нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств).  Скорее всего, дело будет прекращено и в дальнейшем мало вероятно, что кто-то будет предъявлять гражданские иски.

Пока в ходе следствия выясняются детали – состояние проезжей части, наличие выбоин и т.д. Ответственными могут быть и другие люди, из-за которых возникли обстоятельства, приведшие к ее гибели и травме пассажира. Я посмотрел телевизионные сюжеты, в том числе высказывание пешехода о том, что если бы не было снежной горы, она бы туда не улетела. Это из серии обывательских рассуждений человека, с трудом представляющего правила дорожного движения. ПДД совершенно четко определяют порядок поведения при управлении автомобилем. Водитель обязан вести транспортное средство со скоростью, которая обеспечивает безопасность движения (пункт 10.1 ПДД). Все. Получается, что водитель не обеспечил. Остальное – относительно побочные явления. Извилистая трасса Приморского шоссе здесь не имеет никакого значения. Даже неспециалисту понятно, что скорость здесь была превышена, и винить кого-либо, по меньшей мере, некорректно. И если претензии возникнут к дорожным службам и официальному дилеру, который уже сделал заявление, что если не пристегнуты ремни не срабатывает система безопасности, то доказать их невиновность элементарно – назначив и проведя экспертизу. Вопрос алкоголя в крови Малафеевой здесь также скорее риторический. Пила она, или нет, не важно. Ее уже не вернуть. Мы пытаемся по-человечески оправдать ее действия, но понимаем, что имело место нарушение. Говорят, что Марина состояла в гоночном клубе. У каждого человека может быть хобби. У меня, например, очень интересное, я коллекционирую ретро-автомобили, но я же не езжу со скоростью 20 км/ч.

Я слышал от людей, что за машиной Марины Малафеевой ехали сотрудники ГИБДД, засекшие превышение скорости. Это бывает, и с их стороны никакого нарушения нет – согласно правилам сотрудники милиции имеют право отступать от ПДД при исполнении. Хотя в принципе они могут и необоснованно нарушать ПДД, ссылаясь на возможную служебную необходимость. Крайне редко, но имеют место случаи, когда сотрудники ГИБДД бросаются в погоню – гоняют пьяных, потом те врезаются, и они спокойно разворачиваются и уезжают – «мы здесь не при делах». Понятно, что им это грозит неприятностями – служебные проверки и т.д. На моей практике такое встречалось. Был случай в Выборгском районе. Гаишники гоняли мотоциклиста, но после столкновения уехали в неизвестном направлении, и оформлять происшествие приехал другой экипаж.

Вообще VIP-дела – всегда тяжелые. Например, история с молодым человеком, сбившим пешехода на Невском, и уехавшим. Да, сначала мать жестко высказалась, что он должен отвечать за содеянное, а потом, предполагается, для решения их вопросов был подключен административный ресурс. К ДТП с медийными персонами всегда приковано повышенное внимание в случае, если это становится известным широкой общественности. Кстати, можно сказать, что журналисты помогают адвокатам при расследовании подобных дел, проводя свое независимое расследование и предоставляя нам информацию. Под таким давлением следователи начинают более внимательно относиться к расследованию дела, и устанавливают такие обстоятельства, какие, может, и не хотелось бы.                   











Lentainform