16+

Четыре вида пафоса на примере отставки Миронова

19/05/2011

ГЛЕБ СТАШКОВ

Уже давно наблюдаю за нашей политикой исключительно с эстетической точки зрения. У меня властью, как и с оппозицией, разногласия – главным образом – стилистические. Я видел множество политиков. Властных – по телевизору, оппозиционных – в жизни.


              Всех их объединяет полнейшее отсутствие эстетического вкуса. Их речь шаблонна, шутки – глупы, образы – примитивны. Зато атрофированный за ненадобностью мозг производит пафос просто-таки в промышленных масштабах.

Заксобрание Петербурга отозвало Сергея Миронова из Совета Федерации. Событие, если вдуматься, выеденного яйца не стоит. 

Миронов перешел в жесткую и, по его собственным словам, принципиальную оппозицию к «Единой России». Которая вместе с сателлитами и перебежчиками имеет большинство в Заксобрании. Естественно, «ЕР» хочет поменять представителя в СФ. Это такая же естественная процедура, как смена правительства после выборов. Получили английские консерваторы большинство и назначили своего премьера. И никто не кричит, что «агрессивно-послушное большинство» начало «охоту на ведьм» и изгнало Гордона Брауна за «инакомыслие» (цитаты из сегодняшнего спича экс-спикера СФ). Ненормальной ситуация как раз была до сегодняшнего дня. Когда ЗакС в СФ представлял не лидер большинства, а человек, на которого 10 лет назад указал тогдашний президент.

Но пафоса в наши уши влили больше, чем в День Победы.

Политический пафос давно уже требует вдумчивого политического анализа. Итак, четыре вида пафоса на примере отставки Миронова. Политико-эстетический трактат.

1.    Пафос из любви к начальству.

Низший вид пафоса. Почти что даже не пафос. Поскольку выставляет идиотами и пафосующего, и пафосуемого. Впрочем, как правило, они и без того ими являются. 

Пафосом из любви к начальству отметился руководитель фракции «Единая Россия» в Заксобрании г-н Макаров. Можно сказать, продемонстрировал образец жанра, заявив, что время губернаторства Матвиенко будут вспоминать как «золотой век Петербурга». 

В книге «Дни» депутат дум столетней давности Шульгин передает рассказ одного журналиста о встрече с Распутиным:

– Говорили речи. Все, конечно, в честь его. Он ничего, слушал. Только раз, когда мой патрон начал говорить, что вот земля русская была темна и беспросветна, а, наконец, взошло солнце – Григорий Ефимович, – он его вдруг остановил: «Ври, брат, ври, да не слишком»...

Депутата Макарова никто не остановил. Да и кто его мог остановить? Спикер Тюльпанов? Он, думаю, в этот момент кусал локти:

– Эк ведь, как сказал... речистый, сукин сын... мне б так научиться...

2. Пафос из любви к себе.

Это уже пафос достаточно высокого уровня. Потому что всегда исходит из самого сердца.

Даем слово виновнику торжества. «Сегодня вы запретите мне быть в Совете Федерации, а завтра и послезавтра нельзя будет учить людей, лечить, работать водителем маршрутки без вашего билета».

Сергей Михайлович, водителем маршрутки можно работать даже без регистрации. Клянусь, мы, городская общественность, не позволим лечить вас врачам с членским билетом «Единой России».

3.    Пафос из оправдания.

Очень высокий уровень пафоса. Не помню, кто сказал: «Сильнее всего мы ненавидим тех, кого несправедливо обидели». Пафоснее всего мы становимся, когда совершаем подлость.

Помню, какие возвышенные речи толкал мне лидер питерских «яблочников», когда эта славная партия поддержала Матвиенко на губернаторских выборах 2003 года. Сегодня ожидал подобных речей от восьми членов фракции «Справедливая Россия», решивших поддержать отзыв Миронова. Не дождался. Этим – всё божья роса.

4. Пафос сам по себе.

Наивысший вид пафоса. Правда, он диалектически сходится с низшим видом в запредельном идиотизме.

Смещенный с поста лидера фракции эсер Нилов развлекал публику чтением  Высоцкого. Метал, так сказать, бисер...

На нас глядят в бинокли, в трубы сотни глаз -
И видят нас от дыма злых и серых, -
Но никогда им не увидеть нас
Прикованными к веслам на галерах!
Неравный бой – корабль кренится наш, -
Спасите наши души человечьи!


Что я могу сказать? Одни и те же слова могут пробирать до слез, когда их произносят перед эшафотом, и вызывать хохот, когда их изрекают, восседая на унитазе.

Последняя фраза – это пятый вид пафоса. Пафос из желания поставить точку.               

Я – в ЖЖ

ранее:

Как я превратился в му...ка
Убийство бен Ладена – очередное поражение американцев
Про доморощенных футболистов…
Как в магазине меня настигла Божья кара…
Медведь, Зайка и Леопард – это маргиналы
Как я в аптеке поймал шпиона
Зачем Кудрин совершил двусмысленный, но геройский поступок
Может ли Россия пойти по пути Египта?








Lentainform