16+

«Я не уверен, не использует ли власть Прохорова в качестве мальчика для битья»

09/06/2011

«Я не уверен, не использует ли власть Прохорова в качестве мальчика для битья»

Нет ничего более идиотического и маргинального, чем дискуссия одного либерала с другим, пишет в свое блоге в ЖЖ главный редактор GQ Николай Усков. - Между тем Гарри Каспаров на днях назвал мою позицию «обыкновенным коллаборационизмом», пнув по ходу дела всех - и Гайдара, и Чубайса, и Евгения Ясина, и Петра Столыпина, и Никиту Белых, и еще кого-то. Не важно.


                     Я не буду спорить с г-ном Каспаровым, не буду оправдываться. Повторяю, такой спор выглядит для меня чем-то курьезным. Просто поделюсь своими представлениями о демократии и правах человека. Чтобы было понятно, о чем речь, процитирую г-на Каспарова:

«...Если старшие товарищи еще пытаются либеральными словесами и заклинаниями как-то прикрывать свою тягу к авторитаризму, то новое поколение сторонников «либеральной» идеи в России не считает нужным прибегать к каким-то формам политической мимикри, Николай Усков, главный редактор русской версии журнала GQ, не смущаясь заявляет, что его не интересует, будут выборы честными или нет, все равно народ скорее выберет фашистскую диктатуру, чем либералов. Главным является правильный результат, которым, судя по восторженным комментариям Ускова, должен стать электоральный триумф Михаила Прохорова. Понятно, что, несмотря на все имеющиеся материальные ресурсы, добиться даже мало-мальски сносного результата на выборах Прохоров и иже с ним смогут только в условиях жестко контролируемой Кремлем политической конкуренции».

Справедливости ради надо отметить, что меня никто не назначал в «товарищи» к отцам русского либерализма 90-х. И мои взгляды совершенно не обязательно характеризуют всех либералов вообще и Прохорова, в частности. Уверен, что очень многие либералы со мной будут не согласны.

Дело в том, что я очень ценю гражданские свободы, но у меня спокойное отношение к демократии как форме правления, я не считаю ее лекарством от всех болезней. Демократия эффективна только в одном случае – когда она является итогом сознательного к ней продвижения. Если демократия нужна только Людмиле Алексеевой, Борису Немцову, Эдуарду Лимонову и Гарри Каспарову (при всем искреннем уважении), а десяткам миллионов нужны исключительно ящик под пивасик, добром дело не кончится. Кончится все диктатурой или параличом власти, как было при коммунистической Думе.

Подавляющее большинство думающих россиян даже не подозревает, что демократия на Западе появилась не в результате Французской революции. Многие у нас все еще мыслят прошлое при помощи общественно-экономических формаций. Рим – это рабы и империя, Средние века – феодализм и монархия, Новое время – капитализм и демократия. Это все вздор. На базовом, низовом уровне демократия существует в Европе со времен Римской империи на юге и варварских племен – на севере, она существовала даже в самые мрачные времена Средневековья. Люди, пользовавшиеся статусом гражданина или свободного соплеменника голосовали и выбирали своих представителей, принимали участие в решение res publica, то есть собственно общих дел. В России под «республикой» традиционно понимают только и исключительно форму правления, но это прежде всего осознание обществом своих интересов и отстаивание их через специально созданные институты. Монархия и res publica – понятия отнюдь не враждебные друг другу. Это понятия разных уровней. Демократия начиналась не с верхов, а с низов – она была способом организации села, общины, города или племени. Впрочем в средние века выборными оставались и высшие должности тогдашней земной иерархии – император и папа. Пусть выбирал их очень узкий элитарный круг могущественных лиц, тем не менее многие современные конституционные нормы оформились благодаря многовековой работе этих институтов, например, голосование двумя третями или независимость и тайна волеизъявления. Речь, господа, идет ни об одном-двух веках. Это более, чем 2000 лет истории.

Многие любят говорить, что США – это новая страна, страна без истории. Неправда. Строили США европейцы, основываясь на своем опыте борьбы за более справедливое мироустройство. Американская демократия – такой же итог развития Западной Европы, как британская конституционная монархия или голландская республика. Собственно, state, как называют государство и американцы и все европейцы, восходит к латинскому status – cословия или сообщества граждан. И тут мы подходим к главному отличию российской политической традиции от европейской. В России слово государство восходит к «государю». Государство – это не общество, не сословия, не res publica, это господин, а «вы все холопы», как говорил Иван Грозный.

Путь России к демократии не прост. Мы это помним из истории. Февральская революция закончилась диктатурой большевиков. Демократические реформы Горбачева спровоцировали ГКЧП, преобразования Ельцина перетекли в суверенную демократию Путина. Страна считает самого страшного своего тирана – Сталина – самым эффективным правителем в истории. Это не случайность, не вина Чубайса, Гайдара или Столыпина, это уже закономерность. Господа, с такой политической родословной требовать демократии – затея опасная, почти безрассудная.

Демократия – даже не программа максимум для России. Я глубоко убежден, что основа демократии – это класс трезвых, уверенных в себе собственников. Чтобы демократия была устойчивой, их должно быть процентов 40. Усилия всех здравомыслящих людей должны быть направлены на выращивание этого класса.

Называйте это коллаборационизмом – как хотите. Я считаю, что следует поддерживать просвещенную власть в любом случае. Но поддержка не должна быть рабской. Иначе власть, даже самая просвещенная, превратиться в скотство. С другой стороны, либералы не должны маргинализироваться и кукситься по углам. Это вообще не очень либеральная позиция – сидеть по углам и ныть. Дайте нам сначала это и то, а потом будем разговаривать. Либерал не дуется, не клянчит, он делает то, что может, трезво оценивая все риски. В этом смысле я рад, что в России есть губернатор Никита Белых, есть Кудрин, есть Дворкович, есть много других достойных либералов во власти и во главе СМИ, вроде Ремчукова. И скоро Михаил Прохоров, возможно, возглавит «Правое дело». Я вовсе не писал «восторженных комментариев» по поводу электоральных перспектив Михаила Прохорова, как предполагает почему-то Каспаров. Напротив, я не уверен, не использует ли власть Прохорова в качестве мальчика для битья. О чем-то таком я, кстати, говорил и с Никитой Белых вскоре после его назначения вятским губернатором. Никита Юрьевич мне ответил. Риск есть. Но я не могу отказаться. Не знаю зачем, но мне дали шанс реализовать то, во что я верю. Отказаться будет не по-мужски.                         

uskov.livejournal.com








Lentainform