16+

Журналист Елена Масюк - о своем квартирном конфликте с федеральным чиновником

27/06/2011

Журналист Елена Масюк - о своем квартирном конфликте с федеральным чиновником

Эта история личная, оттого особо болезненная, но вместе с тем стандартная для новой, вставшей с колен России, когда закон бывает двух видов – один для простого люда, другой – для чиновников.


                    Началом этой чиновничьей саги можно считать 1 февраля 2000 г., когда одним из первых своих указов тогда еще и.о. Президента РФ Владимир Путин назначил Костикова Игоря Владимировича Председателем Федеральной Комиссии по ценным бумагам России (ФКЦБ). До этого, как и принято среди присутствующих в нынешней власти, Костиков работал в мэрии Санкт-Петербурга, был зам. председателя комитета финансов. Новоявленному федеральному чиновнику категории «А» нужно было обустраиваться в первопрестольной.

К тому времени у г-на Костикова в столице была лишь комнатка в коммунальной квартире. Ну, тут он быстренько эту квартиру расселил и стал обладателем большой трехкомнатной квартиры в переулке Арбата. Но что такое 94 кв.м для уровня такого начальника! Он купил еще две соседские квартиры. Но и того стало мало. С помощью специальной конторы «Ликом-Центр», через которую правительство Москвы продает чердачные помещения в историческом центре столицы, он прикупил себе еще и чердак по цене 2. 525 руб. за кв. м. Очень выгодное инвестирование произвел начальник ценных бумаг Костиков! Теперь у него было три квартиры плюс чердак.

Надо же было с этим богатством что-то делать. Что, что? Конечно, срочно объединять в трехуровневую квартиру! И в старом многоквартирном доме без всяких разрешений на перепланировку начались строительные работы.

Еще Костикову очень хотелось заполучить и мою квартиру. К моему несчастью, Костиков стал моим очень близким соседом – он был и через стенку, и над головой. Всюду Костиков. А мои квадратные метры нужны были чиновнику категории «А», чтобы его трехэтажное строение было ровным четырехугольником. Без моей квартиры апартаменты были с выщипанным углом. Квартиру свою я продавать отказалась. Тогда его представитель сказал мне: «Вы все равно здесь жить не сможете. Никуда не денетесь, продадите».

Итак, Костиков начал крушить межэтажные перекрытия, несущие стены и стал возводить свой 320 –метровый пент-хаус с видом на старую Москву и камином.

Почти 23 тонны металла, согласно проекту МосжилНИИпроекта, были подняты на шестой, седьмой этажи и чердак, т.е. на самый верх дома 1927 г.постройки.

Моя квартира моментально стала разрушаться. Произошел отрыв стен от перекрытий, возникла реальная опасность выпадения внешней стены дома. И это не говоря о многочисленных трещинах, протечках и перекосах. Ни ДЭЗ, ни Управа, ни Мосжилинспекция, ни милиция на мои заявления о недопустимости проведения подобных работ не реагировали. Все было схвачено.

Я подала на Костикова в суд. 8 лет моей жизни ушло на это судебное разбирательство. Три раза менялся судья. 10 томов дела. За эти годы Костиков не получал судебные повестки, ни разу не был в суде. Когда этим гражданским делом заинтересовалась российская пресса, в суд пришло письмо от представителя чиновника категории «А». «Дальнейшее освещение данного конфликта в СМИ приведет к нанесению значительного морального вреда Костикову И.В. как частному лицу, ущерба его деловой репутации, а также будет направлено на подрыв авторитета государственной власти в целом», – писал его адвокат и требовал рассмотрения дела в закрытом режиме. Суд чиновнику в этом отказал.

За эти годы были проведены многочисленные строительные экспертизы. Вина Костикова полностью доказана. Моя квартира признана опасной для проживания. Установлены многочисленные нарушения. Например, Костиков незаконно соорудил две восьмиметровые застекленные лоджии. Теперь выйдя на эти лоджии можно спокойно смотреть мне в окна.

Еще он установил промышленный кондиционер на крыше, шум и вибрация от которого превосходит все допустимые пределы, а над моей кухней соорудил санузел.

По решению суда Костиков И.В. должен снести незаконно построенные сооружения и возместить мне материальный ущерб. Мосгорсуд, так же как и Верховный, оставил решение Пресненского суда без изменений. Судебными приставами было возбуждено исполнительное производство. Костиков, так же как и в суд, к судебным приставам не является, двери своих апартаментов не открывает. В марте приставы ограничили ему выезд из страны.

Все эти месяцы судебным приставам не удавалось лично увидеть экс-министра, но на днях они узнали, что он приглашен на один из телевизионных канал в качестве эксперта по финансовым вопросам. Туда-то они и приехали к нему на встречу. Свидание было недолгим. «Не буду ничего подписывать», – бросил бывший чиновник и спрятался за темными стеклами дорого Фольксвагена. Сановный водитель поехал на перегородивших дорогу приставов, но затормозил в последнюю минуту.

Экс-руководитель ФКЦБ общался с приставами через специально обученного переводчика – своего водителя. В открытую щелочку окна он то угрожал, то говорил, что его хозяин сейчас выйдет, но только, если приставы прекратят съемку, или что сейчас сюда приедет съемочная группа самого криминального канала России, ну и т.д.

Бывший чиновник из машины так и не вышел. Судебные приставы, стоя перед чуть приоткрытым окном черного автомобиля, зачитали должнику Костикову исполнительный лист, что «именем Российской Федерации» он должен исполнить решение суда.                     

echo.msk.ru











Lentainform