16+

«В автобусе тишина. По проходу пробирается человек…»

07/10/2011

ИРИНА БОНДАРЕНКО

Пустыня Мохави, по которой мы подбирались к Гранд-Каньону, расцветкой напоминает пятнистого жирафа - такого веселого желто-зеленого парнокопытного. Похожего на весенний луг, а не на пустыню. Эта обманчивая зелень при ближайшем рассмотрении оказывается настолько сухими колючими кустиками, что кажется, процессы жизнедеятельности происходят в них вообще без участия Н2О.


                   Природа щедро орошает их один раз в год – в сезон дождей. За это они весь год радуют глаз путника. А путников в нашем автобусе собралось немало.

Компания подобралась славная. Здесь были бывшие туристы-походники из Москвы, которые всю жизнь ходили по горам и, ночуя в палатках на хибинских перевалах, давно грезили о Гранд-Каньоне. Были девчонки, проработавшие лето официантками в нью-йоркских кафешках по студенческой визе и на заработанные доллары поехавшие посмотреть Америку. Была жительница Бостона, которая просила меня съесть в «Севере» за нее пирожное «картошка». Были израильские бизнесмены грузинского происхождения, жители Краснодара, Эйлата, Атланты, Петербурга, Самары и Нью-Йорка. А также две подруги – Лора и Розалия.

«Розалия, – спросила подруга подругу, когда мы подъехали к цели нашего путешествия. – Ты пойдешь смотреть Гранд-Каньон?» Поразмыслив, рассудительная Розалия ответила так: «Я же таки могу в него упасть! И мне нужны такие стрессы?!»

Да свалиться в Гранд-Каньон – это стресс, но и не свалиться в него это тоже стресс Он огромен, величествен и безмолвен. Его нельзя охватить глазами и мозгами. Его масштаб несоизмерим с человеческой системой мер и весов. Когда ты на Гранд-Каньоне, то начинаешь мыслить парсеками. Молчаливые кондоры с лысыми головами парят на переднем плане бесконечных многослойных декораций уходящего вдаль мегаспектакля. Не могу поверить, что кто-то часто ездит на Гранд-Каньон – нельзя любить часто выходить в открытый космос.

В автобусе тишина. По проходу пробирается человек. Он сидит где то сзади, и я его еще не знаю. Берет у гида микрофон, и автобус вдруг захлестывает глубокий низкий голос: «Утро туманное, утро седое, вспомнишь ли лица, давно позабытые... Первая встреча, последняя встреча...».
Плакали все, и Розалия тоже.

Ребята, если поедете на Гранд-Каньон, позаботьтесь, чтобы в группе был народный артист. Очень помогает. Разгоняет парсеки и успокаивает растревоженную вечностью душу.                            

ранее:


«В Нью-Йорке есть все, кроме ароматной антоновки»
Как я писала жалобу на стюардессу
Быть малограмотным больше не стыдно
Лучший мужчина – молчаливый
Как я проходила границу с Эстонией по новым правилам
«У меня во дворе уже десять лет ищут клад»








Lentainform