16+

«Виновата ли мировая закулиса в том, что в наших дворах разбросан мусор?»

20/12/2011

«Виновата ли мировая закулиса в том, что в наших дворах разбросан мусор?»

9 декабря режиссер Алексей Герман-мл. обратился к губернатору Петербурга с открытым письмом «Мы не быдло». О том, что послужило главным поводом для появления письма – прошедшие выборы или назначение председателем Комитета по культуре Дмитрия Месхиева и как развиваются события дальше, мы спросили у его автора – Алексея ГЕРМАНА.


                     - Вы получили ответ от губернатора?
– Нет, конечно. Я и не рассчитывал на ответ. Какой тут может быть ответ?

- А зачем тогда писали?
– Я просто посчитал, что должен высказать «так нельзя»: нельзя воровать голоса, нельзя без конца обманывать, нельзя всех держать за быдло.  Накопилось.  Не знаю. Я ведь не лучше или хуже, чем большое количество людей, для которых выборы стали индикатором тотального нездоровья.

Для меня в жизни и всей страны, и нашего города есть много необъяснимого. Я не понимаю мотивы, я не понимаю логики наших чиновников. Ну, очевидно же, что в цифровую эпоху кто-нибудь  снимет, как тырят голоса, и выложит в интернет.

Очевидно, что отсутствие на протяжении последних лет реальной политики, привело к полной деградации правящего класса. Он не способен адекватно реагировать не только на тактические вызовы, но и на стратегические. Если что-то не получается, то, конечно, во всем только виновата коварная мировая закулиса. При этом я не сомневаюсь, что и у американцев, наверное, есть свои интересы. Но виноваты ли они, что в наших дворах разбросан мусор? Есть ли здесь рука ЦРУ? След Кондализы Райс? 

-  В своем открытом письме вы выступили против назначения режиссера Дмитрия Месхиева на пост главы Комитета по культуре. Но он же творческий человек, какие тут претензии?
– Если бы не одно «но». Месхиев был художественным руководителем «Киностудии RWS – Санкт-Петербург», которая в свою очередь принадлежит АФК «Система», которая, как известно, не так давно попыталась фактически осуществить захват «Ленфильма». Думаю, по определению он, прежде всего, будет лоббировать интересы АФК «Система». Еще недавно губернатор обещал помочь «Ленфильму», не дать  его  поглотить  студии «RWS». А в итоге? Предложения по выходу из кризиса «Ленфильма» заматываются. К тому же объясните мне, пожалуйста, почему это назначение происходило в глубокой тайне?

- Разве была тайна – Месхиев был в опубликованном списке претендентов.
– Насколько я знаю, некоторые из этих претендентов и не знали, что они в этом почетном списке. Мне говорят: «99,9 процента поддержали кандидатуру Дмитрия Месхиева». Я спрашиваю: «А можно узнать поконкретнее, кто такие эти 99,9%?» – «Народ», – отвечают.

- Вы сами-то хотели бы стать главой петербургской культуры?
– Поймите меня правильно – мне абсолютно все равно, кто будет во главе Комитета по культуре нашего города, я от него никак не завишу, возглавлять не хочу, был там два раза в жизни.

- В Петербург приезжал директор Венецианского кинофестиваля Марко Мюллер, встречался с городскими властями города. Разве это не хороший знак?
– Марко Мюллер живо интересуется тем, что происходит в Петербурге, и на этой встрече высказывал свои мысли о том, как его можно превратить в кинематографическую столицу. Но тут сталкивается европейская логика, направленная на эффективность, и логика русского чиновника. Представьте себе: перед вами сидит крупнейший мировой фестивальный менеджер со стажем более тридцати лет (для сравнения: это все равно что перед вами глава корпорации «Boeing»), человек, который лично знает Джорджа Клуни, Мадонну, может позвонить Тарантино, Брюсу Уиллису. Он рассказывает: «Я очень люблю ваш прекрасный и великий город, я вижу, в нем громадный потенциал – сюда будут приезжать звезды. О Петербурге как о Каннах или Венеции заговорят во всем мире». Он говорит, что можно пригласить спонсоров с мировым именем. И что в результате? Ему предлагают: давайте приурочивать фестиваль к какому-то событию, вот у нас в этот срок как раз должны приехать условно 500 представителей регионов по такому-то поводу. Можно так делать крупное мировое событие? Нет, конечно. Это как согласиться на сборку большого самолета, но с условием, что он будет на конной тяге по причине того, что лошади уже оплачены. Новоиспеченный председатель Комитета по культуре говорит: «Марко, предоставьте нам бумажки, мы их рассмотрим»…

- А как надо говорить?
– Нужно другие слова говорить человеку, который уважаем во всем мире. Он ведь не на работу к нам приехал наниматься. Приехал поговорить, осмотреться, посоветовать. Он должен был услышать такие слова: «Уважаемый Марко, мы были бы счастливы подумать о концепции фестиваля вместе с вами». Простые слова, но неужели их так трудно произнести? Неужели трудно дать ему понять, что он желанный гость? А не эти «мы рассмотрим ваши бумажки»… Это вопрос подхода.

- В своем открытом письме, вы написали «я  человек аполитичный, но для меня… существует та грань, где мое самоуважение…». Это вы про выборы?
– Да, нынешние выборы стали рубежом, многие мои товарищи, которые два месяца занимались своим делом, ни о чем другом не помышляли: «Да ладно, как есть, так и есть, лишь бы нам не мешали с налогами разбираться». И вот у этих людей возникло ощущение, извините за пафос: «Так больше нельзя». Возникло реальное ощущение отсутствия перспектив.

Все это следствие того, что власть наша находится в состоянии абсолютной закапсулированности и уже давно не способна коммуницировать с обществом. Система с каждым годом становится се более неработоспособной, хуже того – анекдотичной по своей сути. Мы наблюдаем фактическую бесконтрольность, безответственность, бесконечное перетасовывание одних и тех же чиновников, и главное, восприятие этого как нормы. Конечно, это ведет к озлоблению всех слоев общества – даже более не менее успешных, состоятельных. Если называть вещи своими именами, мы сейчас с вами наблюдаем зачатки бунта среднего класса.

- А молодежь зачем на митинги ходила?
– Ну, что касается совсем молодых, думаю, во многом здесь и влияние моды. Не только поэтому, но в том числе. Но в принципе кардинальные изменения в обществе действительно происходят. Хотя бы потому, что мое поколение взрослеет, становится более социально и политически активным. Когда-то  мы еще верили, что есть грань в пренебрежении норм. Но выборы превратили всю нашу жизнь в абсолютный фарс. Мы стали персонажами какой-то комической литературы. Недавно передо мной стоял работник прокуратуры, весь в золоте, и жаловался на коррупцию. Ну не абсурд ли? А Чуров?

Россия сейчас напоминает паровоз, который в XXI веке едет на паровом двигателе. Паровой двигатель, конечно, совершенствуется, к нему покупаются какие-то японские, китайские комплектующие. Но и все. Что же с этим паровозом делать дальше, никто не знает. Разогнать его посильнее – он развалится на части, пустить помедленнее – так и вовсе остановится. Что же делать? Я подозреваю, что решения развития нашей страны не существует ни у кого из тех, кто сегодня находится у власти. К тому же управленческий класс, который сформировался за последние 12 лет, недееспособен – он не может наладить какую-либо работу. Другое дело, что нормальные люди все-таки есть, но их единицы.  Мы долгое время боролись за изменение федерального законодательства в области налогов  по отношению к моей отрасли. За изменение одного несправедливого  и абсурдного налога. Носили письма министрам, вице-премьерам, дошли до Путина. Помогли и Кудрин, и Жуков. В итоге налог отменили. Но вот вопрос: а сколько еще таких «налогов» в других отраслях, а возможностей исправить ситуацию нет? Тысячи и тысячи.

- Если ваше поколение 35 – 40-летних стало активным, то, может, отсюда появится новый лидер?
– Не знаю. На самом деле надо начинать с себя – говорить о том, что происходит в своей сфере, в своем районе. Я занимался этим некоторое время назад – говорил о том, что происходит в кино, о нечестных экспертизах, о захвате «Ленфильма».

- Вам хорошо – вы имеете некоторую защиту, имя, «послужной список».
– Я знаю немало людей, у которых есть все эти возможности, и чей тыл покруче моего, и они ничего не говорят. Но знаю и противоположные примеры.  И их много больше. Я не склонен  себя преувеличивать. 

- То есть вы призываете народ к активности. А если их в результате с работы попрут, а надо семью кормить...
– Согласен. Поэтому я ни к чему не призываю. А потом кто я такой?  Как следствие – сейчас образованное сословие приходит к мысли: «На хрен все, уедем отсюда. А вы тут сами разваливайте свой паровоз». Оставшиеся будут пытаться что-то делать, но ведь ничего не получится, потому что не будет квалифицированных рабочих, квалифицированных инженеров. Не будет культуры, которая способствует появлению сложного человека (а именно сложный человек придумывает iPhon). Тупым вливанием бабла эту ситуацию не исправить. Государственные инициативы не состоятельны, потому что власть не прислушивается к мнению профессионалов. В результате деградации кадрового резерва в разных областях страны, Россия  погибает. Я согласен, что у государства должна быть современная военная техника, что офицеры должны получать достойные деньги. Но для того, чтобы пугать Запад ракетками, их надо строить. Их должен кто-то строить. А через десять лет кто это будет делать? Я потратил пару лет, говоря, что нам надо создавать равные стартовые условия для молодежи в культуре и науке. Стимулировать развитие следующего поколения. Черт знает сколько раз писал в газетах, что надо сделать и как. Сейчас меня попросили оформить какие-то мысли и отправить определенным чиновникам. Я это все, конечно, сделаю. Но каковы шансы? И верю ли я сам в то, что это в итоге кто-то прочтет? Уже нет.

А по поводу лидера, думаю, он непременно возникнет, во всяком случае, пока в стране есть хотя бы какие-то человеческие ресурсы, пока не окончательно отупели. Возник же Михаил Прохоров.

- Вас Прохоров устраивает?
– Не вижу в нем ничего плохого. Я могу это говорить – я не ангажирован им, хотя мы и представлены.  И при этом прекрасно понимаю, что президентом он не станет, сейчас, по крайней мере – олигарх не может быть любим большинством. За него будет голосовать мелкий бизнес, за него может проголосовать образованное сословие. Но только если люди  поверят, что Прохоров не управляется в ручном режиме мы все знаем откуда.

Анастасия СОРОКИНА

Другой взгляд

Дмитрий Месхиев, председатель Комитета по культуре администрации Петербурга:

- Как проходил диалог с Марко Мюллером? 
– Марко Мюллер 45 минут рассказывал нам свою идею проведения в Петербурге международного кинофестиваля. Он может проходить в сентябре, когда легче организовать сеансы на открытом воздухе (вечером темно, но еще не холодно).  Идея Мюллера предполагает обязательные премьеры европейских и американских фильмов.  Также непременным условием для подобного события является проведение кинорынка.   Но подчеркну, что Мюллер приезжал не как продюсер, а предложил идею. Все затраты на проведение Петербургского кинофестиваля лягут на городской бюджет. Именно поэтому я попросил его  письменно изложить все мысли, и Мюллер охотно согласился.

По просьбе Мюлера вице-губернатор Василий Николаевич Кичеджи показал ему ленинские места в Смольном и подарил часы с российским гербом. Мы расстались,  договорившись продолжить работу по организации Петербургского кинофестиваля. 

- Какой может быть бюджет этого фестиваля?
– Преждевременно называть конкретные цифры, скажу только, что бюджет Венецианского кинофестиваля составляет примерно 10 млн евро.

- Историю с Петербургским кинофорумом можно считать законченной?
– Думаю, что да.

- Вас считают сторонником приватизации «Ленфильма».
– Нет. Мои слова искажают. Я был против продажи активов «Ленфильма», его недвижимого имущества. Моя позиция такова – государство должно помогать, но не содержать кино. Иначе кинопроизводство будет бесконечно залезать в карман налогоплательщика, брать и брать.

Вспомним, что первые отечественные и первые советские киностудии назывались кинофабриками. Это не мешало им создавать великое кино.  В мире придуман механизм для решения  проблемы финансирования киноиндустрии,  который называется государственно-частное партнерство. Киностудии могут если не приносить доход, то хотя бы себя окупать. ГЧП начинает работать в России, но киностудии еще не работают по этой схеме.  «Ленфильм» может стать пилотным проектом.

Как человек, работающий в команде городской администрации,  полагаю,  что  значительная доля «Ленфильма» должна принадлежать Петербургу.                         

В. М., на фото Герман-мл. и Месхиев в 2009 году











Lentainform