16+

Финские соцслужбы хотят отобрать у русской мамы неродившегося ребенка

07/03/2012

Финские соцслужбы хотят отобрать у русской мамы неродившегося ребенка

27-летняя беременная Анна Оксанен взывает о помощи из психиатрической больницы города Хельсинки. Молодая незамужняя женщина уверяет, что финские органы опеки собираются отобрать у нее еще не родившегося ребенка! Что это — больная фантазия или реальная угроза.


               — Я никакая не сумасшедшая, — уверяет девушка Анна Оксанен. — У меня сложная беременность, до седьмого месяца мучил жуткий токсикоз. Я была настолько истощена физически и морально, что, когда начались еще и неприятности на работе, впала в депрессию.

Анна работает стоматологом в одной из клиник Хельсинки. По ее словам, после того как она известила работодателя о своей беременности, тот не продлил с ней трудовой контракт.
— Я обратилась в психиатрическую клинику за помощью. Ничего странного в этом нет. Финны часто страдают депрессиями и без опаски ложатся в специализированные больницы, — говорит Анна Оксанен. — Я пошла к врачу больше для того, чтобы уйти на больничный и спокойно отлежаться дома. Но врач предложил мне лечь в больницу. Я даже этому тогда обрадовалась, думая, что здесь мне будет легче справляться с токсикозом.

Но добровольная госпитализация девушки обернулась трехмесячным заточением в больничной палате. Анна уверяет, что ее держат там насильно, под круглосуточной охраной.
— Я устала, — жалуется она по телефону. — Ко мне в палату постоянно заходят другие пациенты, несут какой-то бред. Я лежу в отделении для иностранцев, здесь много русских, даже дипломатические сотрудники попадаются. У некоторых навязчивая идея, что их преследует КГБ, что они политические беженцы... Мне приходится все это слушать.

Сотрудники финских органов опеки, по словам девушки, уже не раз наведывались в клинику с расспросами.
— Я им все о себе рассказала. Мама вышла замуж за финна, когда мне было шесть лет. С тех пор я живу в Хельсинки. Окончила университет в Швеции, работаю врачом-стоматологом, у меня двойное гражданство — российское и финское, — говорит Анна. — Я сначала даже толком не понимала, чего они от меня хотят.

Но планы органов опеки скоро прояснились.
— Я узнала, что после родов меня поместят в другую психиатрическую лечебницу, больше пригодную для проживания с новорожденным, — рассказывает Анна. — Там они посмотрят, какая из меня мать, и примут окончательное решение — оставлять ребенка или нет. Но я понимаю, что они ищут любой законный способ, чтобы забрать его у меня!
Так что, судя по всему, соцработники все-таки планируют изъять ребенка у матери, после того как он родится.

— Они даже связались с биологическим отцом моего малыша, чтобы тот был готов в любой момент оформить опеку на себя, — возмущается девушка. — Я была знакома с этим мужчиной всего месяц и в дальнейшем никаких отношений с ним не поддерживала. Я разговаривала недавно с ним по телефону — он очень удивлен сложившейся ситуацией, сказал мне, что ни в коем случае не заберет ребенка, потому что считает меня совершенно здоровой.

Ребенок родится со дня на день. Родственники Анны Оксанен вместо того, чтобы радоваться грядущему событию, нанимают адвокатов.
— Мою дочь держат в самом буйном отделении города Хельсинки, — говорит мама Ани. — Они, видимо, ждут ее срыва, чтобы объявить дочь сумасшедшей. К Ане приставили медсестру, которая ее караулит. Ее даже гулять не пускают. Она находится на принудительном лечении по той причине, что якобы кидается на окна и двери, угрожает покончить жизнь самоубийством. Но это ложь! Ане постоянно угрожают, что у нее заберут ребенка.                 

Ирина НИКОЛАЕВА, фото alimero.ru











Lentainform