16+

Какие улицы в Петербурге обязательно надо переименовать

22/03/2012

ГЛЕБ СТАШКОВ

Честно говоря, я с детства был уверен, что моим именем когда-нибудь назовут улицу. Я и сейчас в этом уверен. На город я не наработал, а на улицу, мне кажется, вполне. Ничем я, по правде сказать, не хуже критика Белинского. Не говоря уж о никому не ведомом Шкапине.


                    Но в детстве факт будущего наименования в мою честь улицы вызывал во мне чувство душевного подъема. И даже подвигал на кое-какие свершения. Которые, как правило, заканчивались приводами в детскую комнату милиции и исключением из рядов пионерской организации.

С годами я стал мудрее. И разочаровался. Оказывается, народ ни черта не знает своих героев. Причем именно у нас, в так называемой культурной столице.

В городе Йошкар-Оле мне нужно было на улицу Йывана Кырля. Я спросил, кто это такой. Если бы я спросил, кто такой Ленин, мне бы спокойно объяснили. Марийцы вообще невозмутимый народ. Но тут их прорвало.

– Ты правда не знаешь, кто такой Йыван Кырля?
– Нет, – сказал я. И вдобавок глуповато хихикнул.
– И ты не знаешь? – спросили моего напарника.

Напарник был человек военный, прямой, поэтому сказал что-то грубое и даже оскорбительное. По типу того, что он и город Йошкар-Олу с удовольствием не знал бы. 

– Йыван Кырля играл Мустафу в фильме «Путевка в жизнь», – гордо заявили марийцы.

Я смотрел фильм «Путевка в жизнь». И помню Мустафу, который пел песенку «Мустафа дорогу строил, Мустафа по ней ходил». О чем и сообщил марийцам, слегка их успокоив.

Напарник на меня обиделся. И выговаривал, что я, дескать, не смотрел никакого фильма, а просто подобострастничал перед аборигенами. Что строжайше запрещено правилами работы выездных предвыборных штабов.

А марийцы, наоборот, прониклись ко мне доверием и, уняв национальную гордость, признались, что Йыван Кырля – единственный известный мариец.

Позже – уже из интернета – я узнал, что в Йошкар-Оле развернулись нешуточные дискуссии по поводу улицы Йывана Кырля. Кырля, мол, неправильно, надо Кырли. Потому что Кырля склоняется.

Вот это я понимаю. Вот это слава и уважение.

Когда я работал в Луге, каждый день ходил по улице Тоси Петровой. И тоже спросил, кто это такая. И на меня посмотрели так же презрительно, как когда-то в Йошкар-Оле.

– Откуда мы знаем? – сказали лужане. – Тося и Тося.

Потому что Луга гораздо ближе к Питеру, чем Йошкар-Ола. А в Питере вообще никто ничего не знает. Одна знакомая девушка жила на улице Белы Куна и не знала, чем он знаменит. А Бела Кун, между прочим, знаменитый палач и убийца.

А теперь скажите – нужна ли мне улица журналиста Сташкова, если даже про танкиста Хрустицкого и пограничника Гарькавого никто ничего не может сказать?

Пора уже объяснить, к чему я затеял этот разговор. Вице-губернатор Кичеджи решил открыть общественную дискуссию. Надо ли возвращать ряду исторических объектов исторические названия. Ну там Советские сделать Рождественскими, Восстания – Знаменской, Белинского – Симеоновской и т.д.

Тема дискуссии показалась мне странной. По Довлатову – все равно что спорить, нужно ли воровать в гостях серебряные ложки.

Естественно, нужно возвращать. Тем более что в списке исключенных ни одного приличного человека – Ленин, Куйбышев, Чапаев, Котовский, Белинский, Добролюбов и прочие Шкапины.   

Разве что Тургенев. Но, как сообщает Топонимическая комиссия, площадь Тургенева не имеет даже адресных знаков. Оскорбительно называть именем классика такую убогую площадь.

Но я бы еще по Купчину пошерстил. Не нравятся мне две улицы. Белы Куна, про которого я уже говорил. И Олеко Дундича.

Ну кто такой Олеко Дундич?

«По одной версии, сербский, по другой версии – хорватский революционер, – говорит Википедия. И продолжает: – В биографии Дундича есть много неясного, так нельзя определенно утверждать время и место его рождения, настоящей ли является фамилия Дундич и имя Олеко, а также национальность и вероисповедание».

А чего тогда можно-то утверждать? Разберитесь сначала, а потом уже улицы называйте. Тем более купчинские старухи упорно величают сербо-хорватского революционера Олегом Дундичем.

У нас в Купчине есть улица чешского писателя Ярослава Гашека. И чешского писателя Фучика. Но почему-то нет улицы еще одного писателя. Не вполне чешского, но из Праги. Франца Кафки.

Улица Кафки... По-моему, звучит. И главное – можно назвать любую улицу в Купчине. У нас куда ни плюнь – везде Кафка. И в Петербурге тоже. И в России. Да и в мире, если уж по-честному.                          

ранее:

«И с чего это Путин взял, что чудо-богатыри мечтали умереть?»
Почему в России обязательно надо ввести школьную форму
198 американских способов сделать нашу революцию
Зачем Станислав Говорухин назвал интеллигенцию нехорошим словом
Президент Медведев и глава МИД Лавров обсуждают мировые новости...
«Новая снегоуборочная техника не в силах помешать морозам рвать трубы»








Lentainform