16+

«Есть опасения, что на улице Цоя будут собираться толпы поклонников с пивом»

06/06/2012

АЛЕКСЕЙ ЕРОФЕЕВ

Вопрос о появлении в Петербурге улицы Виктора Цоя снова стал актуальным. На днях свое одобрение высказал губернатор города Георгий Полтавченко. Мы в топонимической комиссии вот-вот рассмотрим этот вопрос. Я думаю, что отказа ждать не приходится.


                   Слухи о том, что ради Виктора Цоя будет переименована одна из городских улиц, не имеют под собой оснований. Безусловно, этого не случится. По этому вопросу ответ у нас однозначный — в Петербурге мы улицы не переименовываем. Мы только даем новые имена безымянным проездами или новым улицам, которые пробиваются где-то на окраинах.

Было такое предложение, я уже не помню от кого, переименовать Бассейную в улицу Цоя. Это сразу отпадает. А что касается небольшого проезда в районе «Камчатки» на Петроградской стороне, который располагается параллельно Любанскому переулку, то это неплохой вариант. Я не могу сказать, представляет он сейчас собой проезд или перегорожен чем-то — давно там не был. Тем не менее, это место связано с музыкантом.

Еще есть вариант около Российской национальной библиотеки на Московском проспекте. Когда было построено новое здание библиотеки между Бассейной и домами по Московскому образовался проезд. Там есть путаница с номерами — библиотека числится по Московскому проспекту, а дома по Бассейной. Если его признают проездом, то это место можно назвать переулком или улицей Виктора Цоя, поскольку домик с башенкой, в котором он жил, находится неподалеку — в сотне метров от этого проезда. Родился он тоже, кстати, недалеко от парка Победы — роддом на Кузнецовской был. Есть еще вариант назвать в его честь сквер на Зверинской улице.

Эти варианты мы будем обсуждать на бюро топонимической комиссии 7 июня, которая, скорее всего, примет положительное решение. Я не думаю, что нам будет отказано, поскольку это вопрос не о переименовании, а присвоении имени. Но что окончатльный адрес мы узнаем только осенью, когда соберется топонимическая комиссия. Губернатор считает, что это вопрос интересный, и надо над ним подумать, но на ускорение процесса это никак не влияет.

В свое время мы принимали нечто вроде моратория, которым запрещали называть улицы именами недавно умерших людей. Но делали это для того, чтобы к нам не совались с политиками, потому что очень часто улицы превращают в разменную монету. Какой-нибудь политик умер, давайте назовем его именем сквер или улицу. Но мы ведь совершенно не представляем, как его оценят через 15-20 лет.

С людьми искусства — другое дело. Зачем нам ждать с улицами Товстоногова или Аникушина?Понятно, что это были люди порядочные и классики при жизни. Какие тут могут быть вопросы, ведь они — наша гордость. А с политиками бывает так: дает распоряжение президент назвать в честь какого-нибудь политика улицу или сквер в Петербурге, и уже под это приходится искать местечко. Так что получается, что этот мораторий и не действует.

А после смерти Цоя уже 22 года прошло, но новые поколения слушают его с трепетом и по сей день. Понятно, что творчество его оказалось не сиюминутным. Что касается меня, то раньше я не был поклонником Виктора. И только спустя 5-7 лет после его смерти вдруг понял, какой величины эта фигура. Так что я ничего не имею против улицы его имени. Хотя мне симпатичней как раз сквер на Зверинской улице. Там можно и памятник поставить, и культурологические акции проводить.

Конечно, опасения, что на этой улице будут собираться толпы поклонников с пивом, имеют под собой основание. Опасность такая всегда есть, а уж что твориться на кладбищах... Вы вспомните, что с Высоцким было, когда десятки любителей его творчества вытаптывали соседние могилы. Это же тоже дикость. Но тут вопрос общей культуры, которую нужно у нас воспитывать. Я вообще сторонник того, чтобы напитки с градусом нельзя было пить на улице. Хочешь пить — зайди в бар.

Что касается увековечивания памяти еще одного знаменитого петербуржца — недавно умершего Эдуарда Хиля, то об улице его имени говорить рано. Он был уважаемым человеком, я с ним встречался пару раз. И действительно, от него шла такая хорошая энергия. То, что говорят о нем жители Толстовского дома — абсолютная правда. Совершенно нормальный был человек, не распальцованный. И пусть в башкирском поселке, в котором он прожил какое-то время, в его честь уже назвали улицу. Конечно, там им гордятся, а у нас сколько было ученых, поэтов, музыкантов — я боюсь у нас даже домов не хватит, если им имена присваивать.

Так что давайте немного подождем. Хиль останется в наших сердцах как прекрасный певец и хороший человек, как целая эпоха в советской эстраде. А что касается мемориальной доски, то этим занимается другая комиссия — музей городской скульптуры. И почему бы не отметить на Толстовском доме, что там несколько десятилетий жил Эдуард Хиль и его семья.

Прокомментирую напоследок еще одно событие, касающееся топонимической комиссии. Недавно Георгий Полтавченко ввел на три года мораторий на переименование улиц в Петербурге. Я считаю, что это честный шаг, который внесет какую-то ясность в вопрос. Поскольку в последнее время много спорных ситуаций, и опять же, все чаще вмешивается политика в дело исторических переименований.

То и дело с разных сторон раздаются вопли, что большевики — кровопийцы, и кровавых деспотов надо изъять с карты города, переименовав практически весь Веселый поселок. Так что мораторий вносит некоторый конструктив. Нельзя так делать, дабы не разжигать гражданскую войну в обществе. Все эти названия — своего рода памятник эпохе. А из откровенных злодеев у нас пожалуй один Бела Кун.

Так что теперь есть время спокойно обождать и подвести итоги. Может взять старый список и посмотреть, а стоит ли всем этим улицам возвращать прежние имена? Я, например, совершенно не сторонник возвращения Знаменской площади. Улица — да, площадь — нет. Потому что метро начиналось с площади Восстания. А иметь на Знаменской площади метро «Площадь Восстания», согласитесь, не очень хорошо. Эту путаницу вносить совершенно необязательно. Да и если разобраться, название площади Восстания относятся не к октябрю, а к февралю-марту, тогда там были все эти демонстрации.

Надо уделить время и на то, чтобы заняться просветительской работой, дабы люди понимали, что это не политика. Если, например, речь идет о том, чтобы Советские улицы переименовать в Рождественские, то это ни в коем случае не уничтожает советскую историю, в которой помимо плохого было очень много хорошего. Это просто возвращение исторического названия. А «советских» улиц останется еще три десятка в разных районах города, включая пригороды.                       

ранее:

Можно ли переименовать улицу Белы Куна в Международную?
«Матвиенко, в отличие от Яковлева, в топонимику не вмешивалась»
«В названии Набережная Европы нарушена топонимическая логика»
«Переживать, что проснетесь на другой улице, не надо»
«Многие уверены, что название «Газпром-арена» уже утверждено. Но это не так»
«На Счастливой улице никакого счастья нет»








Lentainform