16+

«Тот маховик, который запустила Валентина Матвиенко, еще вращается»

18/07/2012

«Тот маховик, который запустила Валентина Матвиенко, еще вращается»

Уже полгода бывший спикер петербургского ЗакСа Вадим Тюльпанов заседает в Совете Федерации и даже успел возглавить там Комитет по регламенту и организации парламентской деятельности. Online812 поинтересовался у Вадима Альбертовича, как ему живется на новом месте и что он думает про старое.


              - Как вам в Совете Федерации?
– Пообвыкся уже, полгода прошло. Я же теперь назначен, вернее, избран, руководителем Комитета по регламенту. Если раньше было свободное время, то теперь его практически нет. В Москве живу больше, чем здесь. Недавно с коллегами ездил во главе российской  делегации поздравлять с юбилеем президента Туркменистана. Поездка была высокого государственного уровня, к нам было очень уважительное отношение, президент Бердымухамедов принял нашу делегацию первой. Я думал, будет официальная сухая встреча, но она получилась очень открытой.

- Семью перевезли уже в Москву?
– Еще нет. Дочка учится здесь в университете на журфаке, сын во второй класс пойдет – их придется как-то переводить. Пока мы этим еще не занимались.

- Вам служебную квартиру дали?
– Да, на улице Кутузова. Неплохое место, по Кутузовскому проспекту ответвление за триумфальной аркой, если ехать в сторону МКАДа, после этого направо. До Совета Федерации минут 20.

- Это если с мигалкой?
– Нет, мигалки у меня нет.

- Все сенаторы в одном доме живут?
– Нет, но служебные квартиры дают в этом доме. В частности, там Людмила Борисовна Нарусова живет, я ее часто встречаю.

- Вскоре после назначения вы в интервью рассказывали, что вам снится, как вы заседания в ЗакСе ведете. Теперь уже прошла ностальгия?
– Постепенно проходит. Здесь заседания уже не снятся. Теперь снятся в Совете Федерации. Первое время в Мариинский дворец было не очень комфортно заходить, теперь нормально. «Ностальгия» неправильное слово. Была привычка – ломать любую привычку человеку тяжело. Но человек ко всему приспосабливается. Я и раньше ни о чем не жалел, но теперь считаю, что судьба расставляет все по своим местам.

- Сейчас в Совете Федерации появилась фронда: Нарусова, мама Ильи Пономарева. Это почему?
– Я бы не сказал, что фронда. У нас каждый сенатор имеет право на собственную точку зрения. Есть такой член Совета Федерации Вячеслав Новиков от Красноярского края, вот он по каждому вопросу шпильки вставляет. Просто пресса не всегда бывает, особенно во второй половине заседания.

- Вам старые опытные сенаторы не рассказывали, с кем лучше работать – с Матвиенко или с Мироновым?
– Все говорят, что с Валентиной Ивановной работать стало интереснее. Миронов, когда вел заседание, мог одновременно какие-то документы читать, а Валентина Ивановна полностью посвящена рассматриваемому вопросу. В Совет Федерации на каждое заседание приходят заместители министров, чтобы отвечать на вопросы по поводу своих законов. И до сих пор они в некоторых случаях приходят неподготовленными. Валентина Ивановна если видит, что человек не компетентен, сразу прерывает и говорит: «В следующий раз придете неподготовленными, мы ваш закон не пропустим». Люди багровеют, краснеют – неудобно же, когда тебе выволочку устраивают. Такое происходит почти на каждом заседании

- И что – они потом приходят подготовленными?
– Постепенно, я думаю, приучатся к тому, чтобы приходить подготовленными. Это же не так, что выступил, что-то пробормотал, а сенаторы все равно проголосуют. Они слушают внимательно, вопросы задают.

- Все равно не бывает случаев, чтобы проваливали правительственные законопроекты.
– Такое нечасто, но случается. Например, на последнем заседании сенаторы отклонили уже принятый Думой законопроект, касающийся миграционных вопросов. Там момент с разграничением полномочий между разными госорганами был недостаточно согласован, и это практически невозможно было скорректировать поправками. Но, как правило, если Совет Федерации с чем-то не согласен, то еще на этапе рассмотрения закона в Думе создается согласительная комиссия, куда в обязательном порядке входят сенаторы.

- Вы всех своих коллег по именам знаете?
– Как председатель Комитета по регламенту я обязан всех знать, но пока еще не выучил. В Сенате заседают 166 человек, сейчас – 162, потому что существует четыре вакантных места. Пока новый закон о формировании Совета Федерации не вступил в силу, губернаторы, к сожалению, часто меняют своих представителей. Вот недавно Починка отозвали и еще нескольких человек. После 1 января состав стабилизируется, сенатора до истечения срока его полномочий отозвать будет нельзя.

- Так в чем суть нового закона?
– От Законодательного собрания будут избираться так же, как сейчас. А губернатор, когда идет на выборы, выдвигает трех кандидатов в сенаторы и, в случае своего избрания, назначает одного из них. Отозвать сенатора до истечения срока его полномочий будет нельзя.

- А зачем три? Это паровозы какие-то получаются. Хочет губернатор – назначит, например, Василия Захарьящева – пусть его и выдвигает. А то будет, как обычно: мои кандидаты – Гергиев, Пиотровский и Захарьящев.
– Это связано с тем, что Захарьящеву, которого вы привели в качестве примера, могут предложить другую должность – замминистра сельского хозяйства, допустим. И тогда губернатор обращается к другому из списка.

- А если Гергиев с Пиотровским отказываются?
– Тогда не будет сенатора. Но я согласен с вами, что во время выборов избиратели будут смотреть не только на кандидата в губернаторы, но и на его будущих сенаторов и тогда раскрученные фигуры могут ему помочь. Однако кандидаты в губернаторы, я полагаю, – люди здравые и понимают, что должны выдвигать тех, с кем потом смогут работать.

- Вот Миронов стал нехорошо себя вести, говорить, что Петербург – коррупционная столица. Лично вы его обвинили в том, что он для города ничего не делает, – и отозвали. А теперь, получается, сенаторы могут говорить, что угодно, и не работать – разве это хорошо?
– Я бы не стал говорить, хорошо это или плохо. Так по закону. Для сенатора это хорошо, он становится более независимым, может говорить, что думает, как и положено сенатору. В то время закон позволял отозвать Сергея Михайловича, и мы это сделали.

- Значит, вы плохо сделали. Не дали возможности сенатору говорить, что он хочет.
– Мы поступили в рамках закона, и я считаю, что поступили правильно, потому что нельзя критиковать регион, от которого ты делегирован. Но если бы это случилось после 1 января 2013 года, мы бы не смогли этого сделать.

- Так, может быть, нужно убрать из закона эту норму, что сенаторов нельзя отзывать?
– Сенатор должен иметь такие же права, как депутат Думы. Депутата Думы нельзя отозвать, а сенатора – легко, особенно губернатору. Условно говоря, с утра встал губернатор, не дозвонился своему сенатору, разозлился и отозвал. В случае с Мироновым у нас все-таки было публичное обсуждение его отставки, на заседание, где принималось это решение, мы позволили прийти всем, даже целому отряду депутатов Госдумы из фракции «Справедливая Россия». Поэтому тут к нам претензий быть не может.

- Я не понимаю: вы отозвали Миронова и говорите, что это хорошо. Теперь не будут отзывать, вы тоже говорите, что хорошо. Как же правильно – с точки зрения государственной логики?
– С точки зрения государственной логики правильно, чтобы сенатор обладал иммунитетом и понимал, что отозвать его очень сложно. Он будет чувствовать себя защищенно.

- Выходит, с Мирновым нехорошо поступили...
– С Мироновым поступили справедливо.

- Сравнивая Валентину Матвиенко и Георгия Полтавченко – кто из них лучший губернатор?
– Пока тот маховик, который запустила Валентина Ивановна, еще вращается. Я желаю Георгию Сергеевичу, чтобы он поддерживал это вращение в том же темпе.

- Георгий Полтавченко сделал ряд достаточно заметных шагов, в частности, остановил  инвестпроекты времен Валентины Матвиенко.
– Каждый проект надо рассматривать по отдельности. Орловский тоннель рано или поздно возродится, потому что он нужен. Ново-Адмиралтейский мост тоже нужен, к нему тоже вернутся. Но до этого администрация должна дойти сама. Я понимаю, – когда новому губернатору предлагают чужие проекты, он испытывает некоторый психологический дискомфорт. Они посчитали, что это дорого, может быть и так, но, по сути, все эти вещи нужны.

- Полтавченко прямо говорит, что город развивался экстенсивно, велось масштабное строительство без обеспечения инфраструктурой. То есть довольно очевидно критикует предыдущие власти.
– Знаете, есть такое выражение – не бойся больших расходов, бойся маленьких доходов. Петербург как город мирового уровня не должен бояться больших расходов. При Валентине Ивановне бюджет вырос в 6 раз. В этом ее очень большая заслуга. Если мы будем концентрироваться только на сокращении расходов, то можем опять превратиться в великий город с областной судьбой.

- При Матвиенко пришел «Газпром» – доходы увеличились. Потом законодательство поменялось, «Газпром» будет платить меньше налогов, доходы сокращаются. Получается, от губернатора это не очень-то и зависит.
– Помимо внешних источников, как «Газпром» и «Лукойл», которые привела Валентина Ивановна, при ней активно развивался малый бизнес, который формирует до 30% доходов бюджета. Раньше этот показатель составлял 10%.

- Вы планируете оставаться председателем петербургского отделения партии?
– У меня теперь в Совете Федерации большая нагрузка, и я буду думать, оставаться, или нет. И, конечно, здесь многое будет зависеть от партийных товарищей.

- Если вы попросите партийных товарищей, они наверняка вам доверят.
– Выборы тайные, бюллетенями. Поэтому не все просто. Вы же знаете, как в политике: одно дело здороваться и пожимать друг другу руки, другое дело – голосовать бюллетенями.

- А кто, если не вы?
– Пока мы этого не обсуждали.

- Вы следите за деятельностью Вячеслава Макарова, которого сами рекомендовали в спикеры?
– Да, я выдвинул его кандидатуру, и большинство депутатов проголосовало за Макарова.

- Довольны своим выбором?
– Вячеслав Серафимович – человек очень порядочный и в отношении меня поступил абсолютно порядочно, все существовавшие между нами договоренности он выполнил. Конечно, нашим парламентом руководить тяжело, но у него все должно получиться.

- Вы принимаете участие в работе ЗакСа, советуете, как голосовать?
– Конечно. Я приезжаю каждую неделю, мы советуемся, я высказываю свое мнение, но у  депутатов и Вячеслава Серафимовича есть свое.

- У Вячеслава Макарова суровый стиль руководства. Опоздал депутат на пару минут – замечание ему делается. Это очень не похоже на то, что было при вас.
– Каждый руководитель руководит так, как ему комфортно внутренне. То, что Вячеслав Серафимович пытается дисциплинировать депутатов, – это хорошо. Но, тем не менее, надо понимать, что депутаты избраны народом и после своего избрания психология у них меняется. Они считают, что никто не вправе ими командовать. Но Собрание должно работать, и каждый руководитель сам решает, как ему обеспечить эту работу. Оно работало при мне, оно работает и сейчас. Только рычаги разные.

- А ваши бывшие коллеги не жалуются вам  – как при вас было свободно и как теперь строго?
– Нет. На дисциплину жалоб нет.                

Антон МУХИН








Lentainform