16+

Что Виталию Милонову не нравится в российском народе

30/08/2012

Что Виталию Милонову не нравится в российском народе

Депутат петербургского ЗакСа Виталий Милонов стал самым известным региональным депутатом в России – произошло это за счет борьбой с Мадонной и экстравагантных законодательных инициатив – о запрете пропаганды гомосексуализма, о необходимости признать эмбрионы гражданами РФ. Online812 спросил у Милонова, как из демократа он стал единороссом.


               О хомяках и эмбрионах

- Вашей инициативой о защите человеческих эмбрионов вы фактически пытаетесь запретить аборты…
– Я не  призываю запретить аборты. Это не мои полномочия. Я всего лишь маленький региональный депутат.

Мои оппоненты в Твиттере пишут: «Тебе надо голову проломить». Это та же тусовка, что и либералы, и гомосексуалисты. Это они называют нашу страну «сраной Рашкой». Они говорят: «Вы сначала детский клуб постройте, а потом учите нас не делать аборты». Представляете,  какой уровень лицемерия?

На своей страничке «Вконтакте» я разместил мем «Они родились семнадцатыми», там есть список величайших ученых, которые родились десятыми, двенадцатыми, семнадцатыми. Тот же Ломоносов. Его  родители разве рожали его с перспективой отдать в конно-шахматную секцию в городе Холмогоры?

- Слышал, что к вашим инициативам даже в «Единой России» относятся с осторожностью. Это так?
– Возможно. Это правильно, ведь у нас, как это ни смешно прозвучит, демократическая партия. Это только в «Яблоке» изгоняют за инакомыслие. Смотрите, что сделали с Максимом Резником? А что сделали с инакомыслящими в «Справедливой России»? Тут же исключили.

- Вы свои инициативы согласуете с обкомом «ЕР»?
-  Если они не связаны напрямую с партийными вещами, то не согласую. Я не высказываю инициатив, которые противоречат основам социально-консервативной политики «Единой России». Может, многие однопартийцы не понимают, что такое социальный консерватизм,  и поэтому критикуют меня. Но я пришел в эту партию, потому что она ближе к тем ценностям, которые есть у меня. Эта партия выступает с  консервативных позиций. Я не либерал, и терпеть их могу. Я  знаю всех либералов, сам был в этой среде, воспитан в ней, и хорошо представляю какая это мерзость. Это мое личное наблюдение.

- А в «Единой России» собрались ангелы?
– Я не знаю среди своих однопартийцев таких, кто назвал свою страну «сраной Рашкой».

- Что в российском народе вам не нравится?
– Сегодня общество относится к государству как к сервису. Эдакая хомяковость.  Оно считает, что государство должно ему предоставить набор  функций по каким-то услугам.

- И на Западе государство социально ответственно перед гражданами.
– Те ценности, которые есть на Западе, – это не заслуга нынешних политиков-либералов. Эти ценности были созданы до них. Они прожирают то, что было создано до них.

- А мы в России проедаем то, что создано в СССР.
– У нас к 1990 году уже ничего не было. Держава была до 1917 года. Все успехи при коммунистах – инерция развития страны. По мере того как общество деградировало и вырастали люди, воспитанные в неправильной системе координат, экономическое положение ухудшалось. В итоге к 90-м годам мы получили второе и третье поколение, воспитанное в бездуховной атмосфере. Они считали, что лучше всего или свалить из страны, или убить. Те, кто ездил в 90-е на черных «Мерседесах», не с Луны свалились, они учились в советских школах и отдыхали в пионерских лагерях.

- И что теперь делать?
– Сейчас  действия некоторых людей, которые пытаются поставить общество не на бумажные, а железные рельсы,  представляют как возвращение в феодализм,  называют их клерикалами. Но вопрос в другом: если мы не одумаемся и  будем развиваться по сценарию Бжезинского, который нам навязывают, то наша страна перестанет существовать. Хомяки сами задохнутся. Это  зажиревшее общество тотального потребления  погибнет, потому что  считает, что никому ничего не должно, а должны ему.

О хитростях на выборах

– Вы принимали участие  в выборах  Матвиенко в прошлом году в округе  Красненькая речка. Как вам самому это фарс с липовыми кандидатами-конкурентами?

– Тогда мы оказались умнее наших соперников. Мы не нарушили закон.

- Но по сути получился фарс, а не выборы.
– Кутузов в 1812 году применил военную хитрость. Мы ее тоже применили. Могу без лишней скромности сказать, что отвечал за эти выборы, и мы столько сделали за эту предвыборную кампанию.

- А что вы сделали?
– Мы сделали такое! Валентина Ивановна просто дневала и ночевала в округе. Были мобилизованы  такие человеческие и нечеловеческие ресурсы,  что нам даже не пришлось делать шурум-бурумов, о которых говорили после декабрьских выборов. За Матвиенко проголосовали все.

- Но зачем нужна была эта бутафория с соперниками – гардеробщица из Дома культуры, какой-то рабочий-железнодорожник…
– Они, видимо, от партии выдвигались, я не помню.  В результате нашего умного шага мы могли сделать так, что выборы прошли без лишней грязи. Валентина Ивановна победила. Жаль, не получилось без яда со стороны противников -  новые двери заклеивались листовками Немцова, свежевыкрашенные стены исписывались граффити против Путина и власти. Это было некрасиво. Но что в остатке?

- Что?
– Валентина Ивановна по заданию президента стала главой сената. С другой стороны, те, кто участвовал в выборах на Красненькой речке, видят: правильно сделали, что голосовали за Матвиенко. Она не забыла про эту территорию. У нас есть хороший рычаг для получения средств из программ для муниципальных образований. Валентина Ивановна всегда ходатайствует за это, открыла  там приемную. Вот я не помню, чтобы ее открыл Миронов там, где выиграл выборы.

До этих выборов  с Валентиной Ивановной я не был знаком,  и сомневаюсь, что она знала о моем существовании. Могу сказать, что она человек глубочайшей порядочности, и мне она очень нравилась, когда была губернатором. Я считал своим долгом обеспечить военную рекогносцировку,  и очень счастлив, что ни один человек не может обвинить нас, что мы нарушили закон. Да, мы их обхитрили.

- В чем была хитрость?
– Мы использовали те возможности, которые дает закон, с определенной политической мудростью. Таким образом, была решена важнейшая государственная задача.

- Говорят,  ваша партия – большая мастерица на военные хитрости во время выборов. И в «каруселях» обвиняли  только «Единую Россию». Вас это не смущает?
– Какие «карусели»? Я знаю почти все технологии, которые применяются на выборах. Про «Единую Россию» это все неправда. Это другие партии применяли и «карусели», и подкуп.

Мне известны факты, когда некоторые оппозиционные партии занимались тотальным подкупом, потому что им нужно меньшее количество процентов голосов. Подкупить за «Единую Россию» невозможно.  Мне в округе нужно было пройти огромное количество избирателей, чтобы воздействовать на них. Оппозиционному депутату надо меньше людей.

Если говорить про выборы на местном уровне, то именно оппозиционные партии занимались «каруселями», подкупом и запугиванием.

- Вы ничего не перепутали? Оппозиционные?
– Безусловно. Провести своих  друзей в муниципальный совет я  и так могу сделать.   Система «карусели» вообще сложно работает. Это просто термин всех пугает. Я не знаю ни  одной успешно работающей «карусели». Разве что на муниципальных выборах, когда это делала оппозиция. Там, действительно, была применена «карусель», и я снимаю шляпу перед политтехнологами, которые  это сделали.

- Вы можете назвать партию?
– Оппозиционная.

- А конкретнее?
– Это была команда Дмитриевой и Миронова.

- Почему же тогда не было исков в суд?
– Потому что  те, которые это сделали, применили военную хитрость, а мы не были к ней готовы.

Если вы посмотрите историю соперничества демократической и республиканской партий в США, то там такие фертеля выделываются на выборах! Они  границы округов перелицовывают под себя!

Вот я человек, близкий к руководству ЗакСа, являюсь председателем Комитета по  законодательству, был в близких отношениях с Вадимом Тюльпановым, но я не могу переделать округ под себя. Поверьте, я создал себе большой геморрой. Кому-то изменяли границы округа, а мне сказали: «Мы ничего не будем для тебя делать». В итоге я стал кандидатом с самым большим городским округом – у кого-то было сорок-пятьдесят тысяч избирателей, а у меня – почти сто. Обработать сорок тысяч и сто тысяч – большая разница, ведь мы боремся не за голоса, а за проценты. Это безумного дорого.

- Где вы нашли деньги?
– Мне повезло (вздыхает. – А. М.)… Мне повезло, что у меня оказалась большая поддержка, но не материальная. Мне помогали сторонники, которые появились, когда стал предлагать какие-то законы. Они разделяли мои убеждения. Есть депутаты с бизнесом,  у меня не было своего бизнеса.

- В 1998 году на выборах в ЗакС вы сняли свою кандидатуру в пользу  Вадима Тюльпанова. И этот ваш шаг оказался очень прагматичным, с перспективой, поддерживая Тюльпанова, вы сделали себе путевку в будущее – так?
-  Никакой  путевки в будущее в Тюльпанове я тогда не видел. Я был руководителем самой активной молодежной организации. Сейчас ее уже никто не помнит, но была такая – «Молодые христианские демократы». Мне ничего не нужно было от Тюльпанова.  Очень томился, когда стал его помощником, и три раза уходил.

- Вроде бы существовала договоренность между Галиной Старовойтовой и «Яблоком», что вы должны будете поддержать «яблочного» кандидата?
– Кто вам это сказал? Не было никакой договоренности. Никому Галина Васильевна ничего не обещала. Свое решение поддержать Тюльпанова я принял, посоветовавшись с Русланом Линьковым (помощник Старовойтовой. – А. М.) в больнице. Никаких договоренностей не нарушал, а «яблочников» всегда считал за предателей и всегда говорил им об этом. Тюльпанов на тот момент был нормальный человек, из морского округа,  с которым меня многое связывало. 


Что Виталию Милонову не нравится в российском народе

-  Как понимать: «был нормальным»? А теперь что?
– Сейчас он стал большим политиком, тогда он был обычным человеком без серьезных политических убеждений. Он был моряком, бизнесменом. Мне было приятно с ним разговаривать.

- А что это был за бизнес у Тюльпанова?
– Я не вникал в его бизнес, мне это было неинтересно.  Знаю, что он занимался морскими перевозками. В любом случае, это было лучше, чем обрабатывать американские гранты, как это делал кандидат от «Яблока». Морские перевозки более честный бизнес.

Я считаю, что  поступил тогда правильно. Решение принимал, посоветовавшись в церкви. Если бы Тюльпанов тогда не победил, то в округе появился бы очередной безликий либерал-яблочник, которого через пять лет все забыли бы. Его фамилию уже сейчас никто не помнит.  Все-таки есть божий промысел.

- Из вашей биографии следует, что вы почти всю жизнь были профессиональным политиком и никогда нигде не работали.
– В отличие от либералов, я не работал на западные гранты. Поэтому освоил профессию грузчика картошки и сторожа.

- Но вы же были помощником Старовойтовой.
– Я помогал Галине Васильевне Старовойтовой на общественных началах. В 1994 – 1995 годах я был помощником депутата Думы Савицкого. Тогда я впервые получил зарплату. До этого мне платила партия «Демократическая Россия», точнее, должна была платить. Целый год не платили.  «Ребята, – говорили нам, – демократия только начинается. Потерпите». А у самих все было хорошо. Ладно, немецкие христианские демократы «подкармливали» гуманитарной помощью, и израильтяне присылали сухое молоко. Спасибо им.

- То есть вы  работали только дворником и сторожем?
– Еще был гидом-переводчиком, водил экскурсии по Эрмитажу и Петербургу в порядке частной инициативы в начале 90-х. За день мог заработать больше, чем моя мама за месяц.

А вообще, 90-е годы – самое страшное время. Я покупал макароны в магазине какого-то депутата Ленсовета на Сенной, и делил пачку пополам – на утро и вечер. У меня не было денег на транспорт, и Руслан Линьков подарил мне велосипед. Тогда я жил в жуткой коммуналке на Васильевском. За мою работу мне никто ничего не давал. Наши коллеги по работе, депутаты Ленсовета, говорили, что они народ, а вот депутат Рыбаков, который уж совсем либерал, закрывал на полгода свою приемную и уезжал кататься на своей яхте. Потом, в 2003 году он обиделся на меня за то, что я отказался помогать ему на выборах в Думу.

О священниках и гастарбайтерах

- Горожан все больше волнует проблема межнациональных отношений. А ни вы, ни ваша партия не обращают на это внимания. Почему?
-  Некоторые, такие как Навальный, строят свою политику в отношении гастарбайтеров коротко и просто: «Пошел вон!» Вместе с тем страна, доведенная до деградации сначала коммунистами, потом либералами, к сожалению, не готова полностью наполнить рынок труда.

- Может, все проще: труд гастарбайтеров выгоден  бизнесменам, потому что   приезжие согласны работать за копейки.
– Такие разговоры не для умных людей. Я принимаю активное участие в хозяйственной жизни нашего церковного прихода, и я имею представление о стройке. Про большие компании ничего не скажу, но в большинстве случаев зарплаты у трудовых мигрантов уже далеко не мизерные. Трудовой мигрант сегодня не будет работать меньше, чем за 25 тыс., они могут и больше зарабатывать. А если вы повесите объявление о приеме на работу, то никто их местных не придет работать за 25 тыс.

- Коренной житель СПб не пойдет работать за 25 тысяч?
-  Это очевидный факт. В деревне еще работать будет, а в городе рабочий за эти деньги на стройку не пойдет. Это все результат той атмосферы, в  которой воспитывались несколько поколений. Они думают так: «Государство мне должно… Я никому ничего не должен… Дайте мне то, что  я хочу».

Ко мне как к депутату часто приходят люди по вопросам трудоустройства. Так вот, за эти семь лет  с просьбой помочь найти работу из мужчин пришли единицы.

-  Почему они  должны к вам приходить?
– Не должны, но я говорю про тех, кто приходит. Идет человек мимо моей приемной, смотрит, что я стою на крыльце, в носу ковыряю, вот и подходит. Женщины обращаются с просьбами помочь устроить на работу сыновей. Буквально на днях предложил одному такому работу на стройке за 25 тысяч, а он отказался. Другой согласится, отработает неделю, получит зарплату, и потом вторую неделю бухает, как сволочь.

Без трудовых мигрантов сейчас нельзя обойтись. Но их нужно существенно  сократить. Это прерогатива федеральных органов. На местном уровне мы ничего не  можем сделать, нет полномочий.

- По-моему, вы не понимаете, что беспокоит наших граждан: у нынешних гастарбайтеров здесь рождаются дети, они идут учиться в местные школы, получают российское гражданство... То есть это уже не временно приехавшие...
– Мне это не нравится. Я терпеть не могу коррупционеров, которые оформляют им за взятки паспорта и гражданство. Я вижу на  примере своего округа, как эти люди оккупировали  мелкорозничный бизнес и еще целый ряд экономических направлений. На сегодняшний  день в городе сформирован этнической клан. В  основном это случилось из-за того,  что в системе МВД был ликвидирован РУБОП, который занимался  этническими преступными  группировками. После его ликвидации ими никто уже не занимается. Бог свидетель, что я несколько раз пытался инициировать возвращение во внутренние органы РУБОП. Надеюсь, что это случится этой осенью.

Некоторые этнические группировки посылают своих детей за деньги учиться в школу милиции, другие пытаются коррумпировать опять же за деньги людей, чтобы обеспечить себе неприкасаемость. Эта схема не уникальна. В том же Нью-Йорке есть  «оборотни в погонах». Мы наступаем на те же грабли,  на которые наступили  во многих странах.  Только у них там больше порядка…

- Вот вы – пропагандист РПЦ, одобряете введение основ православной культуры в школах. Вас не смущает, какой пример будут подавать священники детям своей физической формой?
– Они показывают пример другого.  А если учитель разведен или курит, то какой он показывает пример? Любой человек несовершенен.

Вот вы знаете, почему наши священники толстые?.. Нет? А я вот знаю, потому что человек церкви. Все из-за служб. Раньше двенадцати или двух часов дня православные священники не едят. Католики поджарые потому, что они живут в жарком климате. Кстати, православные священники на Кипре вообще худющие.

Еще есть посты. Во время поста ничего, кроме хлеба и картошки, есть нельзя.  Могу сказать, что более пятидесяти процентов священников болеют диабетом, именно из-за того, что у нас неправильное питание. Вот вы посмотрите, что едят греческие священники в пост – травки разные, салатики, а наши – хлеб с картошкой.

Вы посмотрите на сельского священника. Некоторые говорят, что православные священники ездят на «Мерседесах», а  он еле концы с концами сводит…

- А как же истории с «Мерседесами», на которых разъезжают священнослужители?
– В городе есть большие соборы, настоятелям которых благотворители дарят «Мерседесы». Но вот мой настоятель, однокашник патриарха Кирилла, служит в маленькой деревянной церкви. Лет пять назад ему подарили «Мерседес», а он им не пользуется, ездит на своем старом «Саабе»  восьмидесятых, которые ему тоже подарили. Я ему говорю: «Батюшка, выкиньте этот «Сааб», на нем же невозможно ездить». – «Не могу, – отвечает он, – если буду ездить на «Мерседесе», то на меня пальцем будут показывать». Он очень скромный.

- Так подарил бы детскому дому или продал бы, а деньги на храм отдал.
– Так он и так все отдает, у него ничего своего нет. Он монах, а они вообще все отдают церкви, когда умирают.

- Радовались приговору «Пусси Райт»?
– Я  считаю, что «Пусси Райт» не должны сидеть в тюрьме. Они совершили преступление. Обвинительный приговор считаю справедливым, но в тюрьму их сажать не стоит. Разве Иуду надо было сажать в тюрьму? Он сам нашел себе наказание, и эти девки тоже сами себе его нашли бы.                  

Андрей МОРОЗОВ









Lentainform