16+

Проханов — последний писатель, которым можно пользоваться

31/08/2012

Проханов — последний писатель, которым можно пользоваться

Как выразился писатель Иван Горбунов, «в России всякое движение начинается с левой ноги, но с равнением направо». Этой формуле точно соответствует Александр Андреевич Проханов, которого Путин недавно назначил в Совет Общественного телевидения.


                По ошибке Проханова именуют писателем и считают создателем художественных произведений – на самом деле он публицист, довольно слабый, но настойчиво долбящий в одну точку. И романы его – это разновидность публицистики, потому что литературным даром Проханов не владеет.

Этим летом Проханов напомнил о своем существовании фильмом-монологом, который четыре вечера подряд демонстрировала «Россия 1». Это пропагандистский сериал «Солдат империи», в котором роль рассказчика сыграл Проханов. Сериал вобрал в себя поиски и находки автора за 30 лет.

Идея фильма проста: с одной стороны, описывая историю СССР и себя в этой истории, Проханов воспел все советское, опуская все, что могло бы СССР скомпрометировать. Не говорил о неэффективности плановой экономики, даже ВПК работал неэффективно, хотя и результативно, но лишь за счет того, что с затратами никто не считался. О ГУЛАГе Проханов тоже не упомянул, зато особо лирический и задушевный рассказик посвятил Сталину: «Сталин на Мавзолее в перламутро-сиреневой дымке… Мистический образ Сталина сопутствует мне всю жизнь…». Мистика –  любимое слово Проханова: полет Гагарина – это «мистический порыв космизма». Даже в уборке урожая он нашел что-то мистическое.

Но Проханов воспевал не просто социалистическое государство СССР, а «красную империю». Да, есть в провинции было нечего, зато «моя красная империя» могла уничтожить все живое на Земле. Да, одежду нормальную в СССР было не купить, но подлинные патриоты были счастливы знать, что мы в состоянии за два танковых марш-броска пропахать Францию до Бискайского залива и назначить первого секретаря Парижского обкома.

Странно сегодня выпускать этого певца СССР, производящего впечатление то акына Джамбула, то параноика, на госканал «Россия 1». Однако сейчас стало модно рассуждать о том, что суть России имперская, и что надо Путину поскорее объявить себя императором и чего-то показать миру…

Не думаю, что Проханова в данном случае наняли, как наемника в Африку, – им просто вовремя попользовались, как пользовались  еще в советское время, когда он воспевал советскую агрессию в Афганистане в романе «Дерево в центре Кабула» (1982, премия Ленинского Комсомола). Просто вовремя подставили горшок под эту мощную струю.

Собственно говоря, Прохановым власть пользовалась  большую часть его жизни, и по этому признаку можно разделить его жизнь на три периода: советский, допутинский и путинский.

Советский период

Начало советского периода в деятельности Проханова  относится ко второй половине 1960-х гг. Проханов искал свое место в литературно-политическом раскладе того времени. Набор позиций сводился к трем: демократическое «шестидесятничество», основанное на антисталинизме («Новый мир»); центризм, близкий к позиции Идеологического отдела ЦК КПСС («Октябрь», «Литературная газета»); «почвенничество», тоже антисталинистское и вдобавок еще антиленинское, с разными оттенками: от антисемитизма до русофилии («Наш современник», «Молодая гвардия», «Огонек»).

Найти свое место в этой жесткой структуре было непросто. Проханов начал с цекистского центризма: с 1970 г. (ему 32 года) стал работать корреспондентом «Правды» и «Литературной газеты». Афганистан, Камбоджа, Никарагуа, Ангола. Понятно, что «экспорт коммунизма» в Азию, Африку и Латинскую Америку ему нравился. Государственник, готовый въехать на броне в любую страну.

В сфере художественных произведений он старается быть ближе к позиции «почвенничества», но не удаляться от идеологических выкроек ЦК. Получалась ни рыба, ни мясо, зато без идеологических ошибок. Его сборник «Иду в путь мой» (1971) аккуратно изображает русскую деревню. Якобы его опекал Юрий Трифонов, и с его помощью Проханов стал в 1972 г. членом Союза писателей СССР. Публикуется Проханов в основном книгами – политически ангажированным журналам он не подходит. «Новый мир» для Проханова закрыт. До фронды «Нашего современника» и «Молодой гвардии» он не дозрел, несмотря на деревенскую тематику, а государственников тут не публикуют, идеологически враждуя с ЦК.

И только в начале 1980-х, обратившись к жанру военно-политического романа и начав воспевать советскую «империю зла», Проханов, нашел тему для своего пафоса и выделился на общем фоне. Первым произведением в этом жанре стало «Дерево в центре Кабула», потом последовали и другие романы, смело отражающие идеологию партии. Идеология была проста: советский строй надо насаждать по всему миру по плану, утвержденному ЦК. В патриотический винегрет Проханов от себя добавил безудержное воспевание технократии в виде ВПК. Воспел ракеты, боеголовки, разделяющиеся и кассетные, РВСН всех видов базирования, всю номенклатуру средств нападения.

Между СССР и Путиным

Разрушение советского режима, планомерно проводившееся самой властью с 1988 г., Проханов воспринял как результат действий врагов. Власть им перестала пользоваться, он был предоставлен сам себе.

Предоставленный сам себе, Проханов в декабре 1990 г. создал газету «День» и стал ее главным редактором. Идеология газеты – смесь социализма, понятого как антитеза демократии, сталинизма и антисемитизма, потому что сердцу не прикажешь. Понятно, что в августе 1991 г. Проханов поддержал ГКЧП. После путча «День» была закрыта, но в ноябре Проханов учредил газету «Завтра», которая издается по сей день.

Другим итогом 1989 – 1993 гг. стал «Последний солдат империи». Этот роман, направленный против власти, обозначил начало нового периода. Посвящен он был мировому заговору против СССР и событиям августа 1991 г. Первые буквы слов заглавия образовывали аббревиатуру «ПСИ». Именно этим знаком один из персонажей романа измерял тонус общества. «Каков сегодня знак «пси»?» – спрашивает у него государственник Аввакумов, главный герой романа (alter ego Проханова). На что ему отвечают: падение почти до нуля.

В романе «ПСИ» точно описаны все три вида бреда, сопряженного с парафренным синдромом: берд преследования, бред воздействия и бред величия. Воспевание КПСС, армии, разведки, КГБ, сочетаются с возвеличиванием героя. Особое внимание Проханов уделил величию аналитического ума Аввакумова, который открыл страшную тайну ОО – организационного оружия.
Описывать еще четыре аналогичных романа, изданных до 2000 г., смысла нет. Идеологема «солдат империи» использовалась Прохановым непрерывно и успешно дожила до телесериала 2012 г., отметив 20-летний юбилей. Ничего лучше он за 20 лет не придумал.

Путинский период

Следующей поворотной точкой в жизни Проханова стал 2002 год. До этого времени он был маргиналом, которого не допускали на ТВ, не звали на «Эхо Москвы». Он считался человеком неприличным для приличного общества.

Но тут произошло событие, которое ввело Проханова в элиту, допущенную на ТВ. Началось все с того, что Проханов написал очередной бульварный роман «Господин Гексоген», который «Советская Россия» и «Завтра» в октябре 2001 г. издали на 48 газетных полосах тиражом в 100 тыс. экземпляров. Тема – замена Истукана новой фигурой, Избранником, для чего некая группа гэбистов организовала взрывы домов в Москве. Роман алогичный, дурацкий.

Но примерно через месяц, 6 ноября 2001 г., состоялась историческая встреча Проханова с руководством издательства «Ad marginem», которое до этого издавало Делеза, Фуко, Деррида, на худой конец, Вл. Сорокина. И в марте  2002 г. роман Проханова вышел в «Ad marginem».

Исходный текст был сокращен и отредактирован, лишившись многих черт бурного потока сознания и красно-коричневой густопсовости (не до конца, но без этих признаков и Проханова бы не осталось). Издательская редактура пошла роману на пользу. Точнее, на пользу тем, кому этот роман понадобился.

Уже из набора персонажей, при том, что ни одной фамилии не названо, можно догадаться о сюжете, позиции автора и зачем это было нужно Борису Березовскому. Действуют: старый больной президент, именуемый «Истуканом»; его похотливая Дочь, управляющая страной; пухлощекий безвольный Премьер, непрерывно бормочущий о своей офицерской чести; Плут, отремонтировавший Кремль; лысый напористый Мэр, мечтающий о президентстве; осторожный и «тайно блудливый» Прокурор, являющийся оружием Мэра в борьбе с Истуканом; ведущие борьбу за высшую власть в стране два еврея-олигарха, владельцы телеимперий. Даже петербургский мэр не забыт и под именем Граммофончика вкупе с будущей вдовой впущен в роман.

Проханов не сам выдумал вселенский бардак, он его лишь описал. Он не стал закрывать глаза на то, на что принято их закрывать, следуя либеральным канонам, хотя тоже не заметил многого. Но Проханов превзошел самого себя, создав демонический образ КГБ.

Цель оперативных мероприятий группы гэбистов – замена Истукана – Избранником, «маленьким человеком, похожим на шахматного офицера». В начале романа Избранник служит у  Плута заместителем и прислуживает ему, потом постепенно, не зная о своей миссии, становится всем тем, чем ему предназначили стать: директором ФСБ после операции «Прокурор», премьером после операции «Премьер»... Смерть Граммофончика нужна, чтобы застраховаться от разоблачений, которыми может навредить Избраннику. Наконец, после операции «Гексоген» – взрыва домов в Москве, организованного «орденом КГБ» совместно с какими-то Ахметом и Вахидом, – Избраннику расчищен путь в президенты.

Как это ни парадоксально, роман «Господин Гексоген», изданный и разрекламированный Б.А.Березовским в своих тактических целях, сделал маргинала Проханова популярным у интеллигенции, полюбившей версию об участии КГБ в организации взрывов домов. В 2002 г. Проханов получил за роман премию «Национальный бестселлер».

Проханов начал котироваться как «политический мыслитель», мелькать на ТВ. Статьи о Проханове стали приобретать вид не фельетонов, но анализов. «Проханов считает…», «Проханов в своем интервью отметил…». Кстати, почти в это же время  из маргиналов в медийные лица перешли «сакральный географ» Александр Дугин  и забавный Гейдар Джемаль, член подпольного оккультного кружка Юрия Мамлеева еще 1950-х гг., вдруг ставшего главным спецом по исламу на ТВ. Кстати, оба успели побыть членами общества «Память» (1988) и рассчитывать на появление на ТВ до 2001 г. не могли, но после 2001-го. ТВ использовало прежних маргиналов с любыми репутациями.

Отдельный интерес представляют, во-первых, явно положительное отношение Избранника к Проханову, написавшему роман с версией, вроде бы компрометирующей Избранника, а во-вторых, разворотливость Проханова, который идеально воспользовался открывшимися возможностями и к 2005 г. быстро сварганил – уже специально под Путина – концепцию «Пятой империи». С этого времени слово «империя» с уст Проханова не сходит.

В итоге 17 мая 2010 г. Проханов появился в программе «Познер», что есть высшая статусная отметка в путинской России, а этим летом получил трибуну для вещания своего восторженного бреда на главном госканале. 

Примечательно, что стиль хамского фельетона, который возник впервые в «Господине Гексогене», так и остался с Прохановым-романистом навсегда. Вот, например, его фантазии на темы 300-летия Петербурга: «Триста лет назад Петр Первый велел выкопать в Балтийском море Финский залив, провел туда из Ладожского озера реку Неву и построил Санкт-Петербург, чтобы ловчее было дружить с Европой и возить туда морем Семеновский и Преображенский полки. Теперь же, к юбилею северной столицы, которой было не привыкать менять свое название, решили переименовать ее в «Санкт-Глюкенбург», что по-русски означало «Святой Счастливоград».

Президент, кого в народе любовно называли «Счастливчик», был зван в город своего имени, где все дышало приготовлениями к празднествам. Он уже открыл несколько памятников. Среди них академику из пустыни Сахара, напоминавшего огромный клок застывшей пены. Надгробие безвременно почившему мэру, взывающему к своей неутешной вдове: «Нет больше лодки, нет больше паруса. Не приплыву я к тебе, Стеклярусова»…Памятники отдельным частям лица – губе, ноздре, уху, подбородку и лбу с волосами. Последняя затея состояла в том, что если собрать воедино все упомянутые части, то собиралось его, «Счастливчика», лицо.

Вершиной торжества… должна была стать церемония вокруг Медного всадника, где планировалась замена бронзовой головы Петра Первого, работы Фальконе, на его, «Счастливчика», голову, работы скульптора Свиристели…» (Проханов А. А. Страшный сон: Отрывок из нового романа <«Крейсерова соната»> // Завтра. 2003).

Вроде бы и хамоватая пародия, но ведь знает, старый лизун, что в какое место надо лизнуть власть, с кем сравнить, на чье имперское тулово голову приладить.                      

Михаил ЗОЛОТОНОСОВ











Lentainform