16+

Стоит ли идти в кино смотреть на молодого гея и кучу призраков

28/09/2012

АЛЕКСЕЙ ГУСЕВ

На последнем Московском фестивале фильм Фернана Озпетека «Присутствие великолепия», идущий ныне в российском прокате, получил приз зрительских симпатий; и это правильно.


                Кроме зрительских, впрочем, ничьих иных симпатий он там не снискал; и это тоже правильно. Фильм Озпетека – он, знаете ли, такой милый, милый, милый. Не фильм, а просто чаровник, обаяшка, записной шармёр, нямочка целлулоидная. Более содержательного комплимента ему отвесить не удастся.

Следует признать, однако: чары его – вполне кинематографического свойства. Сам по себе сюжет о молодом гее-кулинаре, мечтающем о подмостках, который вселяется в старый дом и обнаруживает, что там еще с военных времен обитает целая труппа призраков (или, если угодно, призрак целой труппы), – сюжет этот, как видите, не содержит в себе ничего специфически трогательного и захватывающего. Более того: многое из того, что возможно извлечь из подобной конструкции, довольно предсказуемо. Понятно, что поначалу между жильцами будет витать некоторое отчуждение; понятно также, что когда юноша пообвыкнется с нежданными соседями, те примутся готовить его к прослушиванию, – право же, любому сколько-нибудь опытному кинозрителю вполне по силам вообразить, а то и самому изобрести, пару-тройку гэгов на сей счет. И, наконец, совсем уж нетрудно предположить, что, движимый добрососедскими чувствами, главный герой приложит все усилия, дабы освободить застрявших между мирами корифеев сцены от их тягостного modus vivendi… Короче говоря, расчёта на свежесть материала у Озпетека явно не было. Корректные шутки о застенчивом гее, цеховые шутки о тонкостях актёрского ремесла да ностальгия по былым временам, – вот, собственно, и весь арсенал, которым располагал режиссер, приступая к своей стряпне.

Распорядился он им на славу. Изумительное, прямо-таки танцевальное чувство ритма, инженерный профессионализм раскадровки плюс безошибочно использованный золотой запас итальянского кино — национальная школа харáктерных актеров – позволили Озпетеку почти каждый эпизод фильма превратить в маленький шедевр сервировки. Ловкость монтажа здесь сродни бесшумному мельканию рук импозантного метрдотеля, с миллиметровой точностью раскладывающего сверкающие приборы по накрахмаленной салфетке. Ни пятнышка, ни пылинки. Впору заподозрить, что ресторан и впрямь дорогой, приборы и впрямь из серебра, а метрдотель – не меньше, чем тайный граф, переживающий трудные времена после безвременной кончины своей дорогой матушки.

Но коли вглядеться попристальней, не дав себя очаровать неотразимым манерам и лощеным мизансценам, то немедля обнаружишь: и в тарелке не стерлядь, а килька, и вилка – лишь начищенная до блеска латунь, да и итальянский граф, как и большинство итальянских графов, – просто шофер-авантюрист. Каждый из мотивов, составляющих «Присутствие великолепия», – будь то геи, актеры или ретро, – Озпетеком лишь аранжирован, но не использован, то бишь, говоря школьным языком, «не раскрыт». Гэги кажутся точными, но они всего-навсего гладкие.

Один лишь пример: призраки, бывшие звездами театральной сцены на рубеже 1930-х – 40-х годов, обучают главного героя актерскому мастерству так, как они его понимают, – с заламыванием рук, густым гримом и глубоким грудным голосом. Когда же действие ненадолго переносится в те далекие времена, камера принимается любовно скользить по позолоте и багряному бархату зала, обнаруживая там вальяжных господ во фраках и дам сплошь с бриллиантовыми колье, – сиречь старорежимную итальянскую аристократию во всем ее блеске… Право же, тут впору сказать что-нибудь вроде «ой». Три эпохи: фабула из начала 1940-х (облавы, сопротивление, фашизм), картинка из начала 1910-х (belle époque, наслаждение жизнью, последнее цветение старого мира), актерская манера из конца 1880-х (неоромантизм, выродившийся в академизм и еще не тронутый декадансом, фамильные традиции ремесла, фрачная водевильная мелодрама как основа репертуара). Какое же, милые, столетье на дворе? «Ушедшее». Вообще – былые времена. Ретро. Без, упаси Боже, уточнений.

Речь, разумеется, не о пресловутой «исторической точности» – в столь игровом сюжете ей делать было бы и нечего. Речь о том, что искомого умилительного эффекта Озпетек достигает – и вполне успешно – лишь постольку, поскольку скоренько скользит по поверхности материала, ни разу не вдавшись в его существо. Можно было бы ожидать от режиссера (собственно, почти от любого режиссера), что нюансы актерского ремесла для него – чуть больше, чем удобный повод для простеньких «черно-белых» шуток; ан нет. Актерские приемы делятся для него всего лишь на «устаревшие» и «неустаревшие», как и эпохи – на ушедшую и нынешнюю. Для маэстро Озпетека всё – только повод, сам по себе бессодержательный, как килька. И вся его виртуозность подобна щедрым авансам бонвивана-импотента, который такой милый, милый, милый. Пока дело не доходит до дела.               

ранее:

Идти ли в кино на фильм «Президент Линкольн: Охотник на вампиров»
Можно ли провести качественный кинофестиваль «зрительского кино»
Cтоит ли идти в кино на «Ворона» Джеймса МакТига?
Стоит ли идти в кино на «Голодные игры»
Фильм «Шапито-шоу»: под многозначительностью скрывается трэш
«Фауст» ясен и нервозен, как текст, сплошь состоящий из коротких фраз»








Lentainform