16+

С кем спят атеисты

17/10/2012

ОЛЬГА СЕРЕБРЯНАЯ

По всем раскладам главной темой минувшей недели должны были быть Pussy Riot, как бы ни решил их участь Мосгорсуд. Но не сложилось. За день до рассмотрения кассационной жалобы повестку дня определил известный журналист и вдруг православный христианин Валерий Панюшкин. Он опубликовал на «Снобе» 15 вопросов атеистам.


            Потому что он, хоть и родился в 1969 году в Ленинграде, никогда их не встречал и ему страшно интересно, как они устроены. И вот он вопрошает, в числе прочего, что делают атеисты, когда им страшно, и с какой книгой они сверяют свою жизнь и поступки.

И в сети случился такой коллапс, что в ночь на пятницу даже «Фейсбук» ненадолго вырубило. Упало детище Цукерберга под грузом наших ответов Валерию Панюшкину. То есть не то чтобы все кинулись объяснять ему, что атеисты «тоже» едят вилкой и ножом и спят в кровати, а когда им снятся страшные сны, то прижимают покрепче плюшевого мишку или кто там с кем спит. Скорее, стали возникать параллельные списки из 15 вопросов: трезвеннику, вегетарианцу, близорукому человеку, левше, убежденному антисемиту. Действительно, интересно же знать, что тот делает, когда ему страшно.

Произведенный Панюшкиным взрыв, очевидно, вызван насущным общественным запросом на «поговорить». И приговор Мосгорсуда по делу Pussy Riot не сделал повестки, а вписался в качестве одного из поводов в этот запрос. Составились, в общем, 15 вопросов к правосудию. Почему Екатерине Самуцевич реальный срок заменили на условный, а двум другим участницам группы – нет?

Казалась бы, радоваться надо, что хотя бы одну выпустили. Казалось бы, пора уже давно осознать данность: приговоры суда произвольны, а мотивировочная часть не содержит никаких объяснений. Казалось бы, надо думать, как в этой ситуации выживать двум оставшимся и изобретать новые пути ускользания. Но нет. Нам важнее поговорить.

Касательно «раскола» Pussy Riot основная версия состояла в том, что суд беспрекословно выполняет волю Власти и пути этой Власти неисповедимы. Поэтому Катю отпустили просто так, из чекистской вредности. Чтоб не страдали все трое красиво. Жена вновь-заключенного Алексея Козлова Ольга Романова даже рассказала в «Фейсбуке» байку о подлых нацистах, которые, чтобы дезорганизовать партизанское подполье в одном польском городке, специально мочили в сортире всех, кроме лидера подполья и его семьи. Искусственно создавая провокатора.

Еще была такая версия, что Самуцевич «пошла на сделку со следствием», но что именно она может поведать следствию, разбирающему оскорбленные чувства и расстройство сна у свечниц и охранников ХХС, как-то не пояснялось. Еще говорили, что новый адвокат Самуцевич Ирина Хрунова – казачок засланный. Им тут же отвечали, что заслана она правозащитной организацией «Агора».


Но когда на защиту Хруновой поднялся ее муж, глава «Агоры» Павел Чиков, а Толоконникова с коллегами выступила против собственного мужа Петра Верзилова, все окончательно смешалось в русском «Фейсбуке», и условному панюшкину, сидящему в каждом из нас, страшно захотелось спросить, что все эти люди делают, когда им страшно. Договорились, в общем, до главного.

Но раз уж Ольга Романова упомянула в своей реплике «один польский городок», то я им и закончу. У моего городка – звучное имя Освенцим. Там, по свидетельствам немногих оставшихся, тоже любили обсуждать, зачем начальник сказал запомнить номерок на одежде и что будет после душа. Но выживали при этом только те, кому помог случай и умение «комбинировать», то есть не вопрошать о рациональности условий, в которые тебя поставили, а присмотреться к ним повнимательнее и придумать, откуда добыть лишнюю порцию супа. Ну или условный срок. Мы то есть обречены. Нам неймется поговорить о моральности этих «комбинаций» и задать свои 15 вопросов выживающим.                

ранее:

«К трансгуманистам я до сих пор относилась иронически. Теперь смеяться не буду»
«Губернатор Полтавченко просто хочет быть для нас отцом родным»
«Любому понятно, что Москва – никакой не Рим»
«Сейчас есть бодрящая возможность пройти маршем по улице и стать политзаключенным»
«Сегодня единственная достойная профессия называется «начальник»











Lentainform