16+

Cтоит ли идти в кино на «Газетчика»?

09/11/2012

АЛЕКСЕЙ ГУСЕВ

Напористый трейлер «Газетчика» сулил интригу, уходящую в штопор, и фактуру, размываемую психозом, - джентльменский набор современного голливудского триллера (руки не ниже средней). Тому же порукой было участие Джона Кьюсака и Николь Кидман. Любой продюсер, обеспечивший два таких гонорара, немедленно и на весь съемочный период становится пылким адептом форматных зрелищ и минимизации рисков.


                Наконец, сам драматургический материал отрабатывает магистральные для американской массовой культуры мотивы: журналистское расследование возможной судебной ошибки в неласковом южном захолустье. С тех самых пор, как первого в истории сценарного «Оскара» получил Бен Хект, до того двадцать лет оттрубивший криминальным репортером чикагской газеты и сам раскрывший несколько дел, история про газетную хватку как наиболее эффективное средство оздоровления общества неизменно оставалась дежурным блюдом голливудского репертуара.

Собственно, сам стиль американской журналистики столь схож с голливудским, – рубленый, зримый, extra-dry, – что одно лишь прикосновение к журналистской теме рефлекторно должно понуждать – и обычно понуждает – любого тамошнего режиссера к тем традиционным и безотказным ухваткам, что получили некогда идеальное воплощение во «Всей президентской рати»… Ну так вот: Ли Дэниелсу все это нипочем.

Почитатели упругой мастеровитости голливудского розлива могут спокойно миновать «Газетчика». Дэниелсу, как мало кому в нынешнем американском кино, подходит затасканный ярлык «независимого режиссёра». Детективную интригу он обронит где-то на полпути к финалу и даже не обернётся поднять; легенда о газетной хватке потерпит фиаско еще раньше. Тех, простодушных, кто почитает спойлеры (т.е. раньше времени раскрытую интригу) самым страшным грехом кинокритики, легче всего отвадить от просмотра «Газетчика» (и поделом) простым предупреждением: была то судебная ошибка или нет, так и не выяснится. Впрочем, нужна оговорка: спойлера здесь, собственно, и нет. Потому что ни для фильма, ни даже для сюжета фильма это решительно неважно.

Однако Ли Дэниелс как режиссер независим взаправду, в том числе – от того сверхпопулярного и невообразимо унылого феномена «независимого кино», Байрейтом которого в современном кинопроцессе является знаменитый фестиваль в Санденсе.

Можно было бы ожидать, что голливудскими трюками он пренебрегает во имя достоверности, человечности и социальной ответственности, – в общем, всего того, что служит молодым «независимым» режиссерам Америки, да и Европы, индульгенцией от элементарной профессиональной грамотности. Можно было бы ожидать, скажем, что косность провинциальных судейских для Дэниелса – не очередное препятствие на победительном пути главных героев к торжеству истины, а подлинная мишень его авторского месседжа, которую он примется анализировать и вертеть, наплевав на хронометраж и ритм целого, зато одаривая голодных до работы актёров бенефисными длинными планами. Этого можно было бы ожидать тем легче, что сам Ли Дэниелс – просто ходячий фетиш для всех апологетов политкорректности: пробившийся из социальных низов афроамериканец с нетрадиционной сексуальной ориентацией, попросту же – расторопный голубой негр.

Но это он таков для семьи и таблоидов. С точки зрения кино Ли Дэниелса точнее всего было бы назвать некогда скомпрометированным и ныне подзабытым словом «нон-конформист». Санденсовский сектантский энтузиазм для него ничуть не более органичен, чем машинерия голливудского конвейера.

Дэниелс располагает свой фильм на одной из наиболее плодотворных и экзотических территорий американской культуры. Южные штаты, потерпевшие поражение в Гражданской войне, на протяжении долгого времени были официально представлены картинками из «Унесенных ветром» и «Иезавели»: белоколонные усадьбы, хлопковые плантации в тихих сумерках, пение негров под звездным небом, изысканность манер и нарядов, бездны страстей в мягком мареве навеки утраченной эпохи. Понадобилась гениальная полифония Фолкнера, а затем – непереносимость повестей Флэннери О’Коннор, чтобы предъявить северянам иное обличье южан. Кинематограф тут сильно поотстал от литературы, и из всех классиков, пожалуй, одному лишь Хьюстону оказалось по плечу дать конгениальное визуальное воплощение той душевной малярии, что пропитывала прозу О’Коннор или Карсон МакКаллерс.

В последние годы попытки обжиться посреди южных топей предпринимаются кинематографистами регулярно и потому – хотя бы статистически – время от времени оказываются успешны: достаточно вспомнить «В электрическом тумане» Бертрана Тавернье или показанных на последнем Каннском фестивале «Зверей Южных пустошей» Бена Цейтлина.

Фильм Дэниелса – оттуда же. Та же духота кадра, в которой вязнут и истаивают все мало-мальски внятные драматургические завязки; та же латентная паранойя будничных взаимоотношений, прорывающаяся то горячечным бредом резни, то животным триумфом похоти; та же густота вражды и истомы, обволакивающая лощёных голливудских звёзд, дорогостоящие лица которых, кажется порой, размякают и подтекают прямо в кадре.

Ничего выдающегося в «Газетчике», пожалуй, нет; напротив, дэниелсовский нон-конформизм, если вдаваться в детали, порой служит ему дурную службу, оборачиваясь то ненужным и неумелым пижонством двойных экспозиций в сценах любовных видений, то слишком уж прямыми заимствованиями из классических фильмов Стоуна (также знавшего толк в перегретом сознании). С профессиональной точки зрения фильм Дэниелса не более чем допустим, и его достоинства не без труда перевешивают его недостатки.

Но в нем есть та подлинность, – подлинная подлинность, – которая не имеет ничего общего ни с циническим здравомыслием Голливуда, ни с искренней инфантильностью Санденса: подлинность человеческой пытливости. Посреди проклятых земель и траченных молью судеб Дэниелс и его герои отказываются играть по правилам, – любым, – и бездумно, нерасчетливо, дотла сжигают себя огнем собственных желаний (жалких, человеческих, духовитых), почитая бесстыдством любой иной способ проводить жизнь. Здесь, вероятно, нечем восхищаться; здесь, возможно, даже нечего уважать. Но видеть это необходимо. Тем, кто еще надеется, что жив.                     

ранее:

Стоит ли идти в кино смотреть на молодого гея и кучу призраков
Идти ли в кино на фильм «Президент Линкольн: Охотник на вампиров»
Можно ли провести качественный кинофестиваль «зрительского кино»
Cтоит ли идти в кино на «Ворона» Джеймса МакТига?
Стоит ли идти в кино на «Голодные игры»
Фильм «Шапито-шоу»: под многозначительностью скрывается трэш











Lentainform