18+

Кто виноват в том, что закон о митингах везде приняли, а в Петербурге нет

21/01/2013

На первом после каникул заседании парламента городские депутаты отказались рассматривать подготовленный Смольным закон о митингах. Чтобы ни у кого не оставалось сомнений, что они сделали это специально, а не случайно, - голосовали два раза. С одинаковым результатом. Главный вопрос в том, кто по итогам этой истории в проигрыше.

              До конца 2012 года все субъекты Федерации должны были принять законы с указанием мест, где можно митинговать без предварительного уведомления и где митинговать нельзя вообще. Однако в Петербурге сделать этого не успели – соответствующий проект, внесенный Смольным, должен был рассматриваться депутатами в первом чтении 16 января 2013-го.

Оппозиционерам закон, который обсуждается уже давно, не понравился – по их словам, получается, что в центре города  митинговать нельзя будет практически нигде за исключением площадки на Марсовом поле, где городские власти намерены создать «Гайд-парк».

Поскольку закон вносился в срочном порядке, без прохождения обычной долгой процедуры, решение о его включении в повестку дня принималось прямо на заседании парламента. При необходимых 26 голосах за включение проголосовало только 25 депутатов, 2 воздержались и еще 23 – против. При повторном голосовании результат оказался точно таким же.

Имена героев известны. За была «Единая Россия» и ЛДПР, против – эсеры, яблочники и коммунисты. Это стандартное разделение на сторонников власти и оппозицию, но обычно голосов хватает: 20 единороссов, 5 жириновцев, 2 перебежчика из «Справедливой России» и при необходимости один лояльный ЕР коммунист дают партии власти 28 голосов. В этот раз коммуниста в зале не оказалось (его товарищи, которым он завещал ключ для голосования, распорядились им по-своему), а единоросс Сергей Никешин и ЛДПРовец Константин Сухенко воздержались.

Официально ничего страшного. Спикер ЗакСа Вячеслав Макаров и представитель губернатора Михаил Бродский говорят, что не рассмотрели проект в этот раз – рассмотрят в следующий. Сергей Никешин сказал, что закон ему не нравится. Поскольку на фракции он не обсуждался, решение о солидарном голосовании принято не было, Никешин и воздержался. За Константина Сухенко ответил руководитель фракции ЛДПР Максим Яковлев, назвавший результат голосования подведомственного ему депутата «технической ошибкой».

Сергей Никешин регулярно демонстрирует известное вольнодумство, так что его мотивация вполне логична. Однако в то, что Константин Сухенко мог дважды подряд ошибиться без прямого приказа своего партийного руководства, которое, в свою очередь, подконтрольно «Единой России», никто никогда не верит. То, что инициированный Смольным закон, с которым он и так уже опоздал, провален специально, нет никаких сомнений. Более того – не просто закон, а конфликтный закон, в котором поддержка партии власти губернатору особенно нужна.

Самое простое объяснение: руководство ЗакСа решило показать Смольному зубы. Слишком сильно дружить с властью партии власти по понятным причинам не выгодно: с друзьями делятся в последнюю очередь, потому что они и так свои. К тому же раньше Валентина Матвиенко была в хороших отношениях с Вадимом Тюльпановым и весь ЗакС держала на коротком поводке. А при Полтавченко и личных отношений никаких нет, и поводок ослаб. Поэтому Никешину не запретили, а Сухенко попросили.

С другой стороны – чтобы ругаться, нужен повод. Ругаться без повода совсем уж глупо. Повод был осенью, когда Смольный пытался посадить в кресло лидера «Единой России» своего человека. Но с тех пор все помирились. К тому же ровно год назад поста спикера ЗакСа лишился Вадим Тюльпанов. Не без помощи, как говорят, Смольного.

Впрочем,  возможно, что интрига нацелена не против Смольного, а является следствием разборок внутри «Единой России». Наиболее вероятной жертвой ее в таком случае является Сергей Никешин. У которого последнее время обострились отношения с партийным руководством – достаточно вспомнить, как он хотел избрать к себе в Комиссию по горхозяйству Марину Шишкину и со всеми уже договорился, а партийные товарищи в последний момент взяли и вместо Шишкиной засунули туда эсера-перебежчика Вадима Ларионова. Согласно этой версии, дело обстояло следующим образом. Никешин хотел показать, что закон ему не нравится и воздержаться. Но при этом был уверен, что его примут, так как голосов хватает. Но голосов не хватило. А кто виноват? Никешин виноват.

Некоторые считают, что имел место бунт руководства ЛДПР. Которое подумало, что ему, может быть, тоже захочется как-нибудь помитинговать – а митинговать-то будет негде. Но такой бунт, если он и был, не мог случиться без молчаливого одобрения «Единой России».

В любом случае, вокруг этого закона много странного. Он не обсуждался ни на совете фракций, где проговаривается повестка дня будущего заседания, ни даже на совещании депутатов «Единой России». Попытка его внесения в повестку дня стало сюрпризом даже для них.                   

Антон МУХИН, фото nnm.ru