16+

Каким Андрея Панина запомнит его жена — актриса Наталья Рогожкина

07/03/2013

Каким Андрея Панина запомнит его жена — актриса Наталья Рогожкина

Панин постоянно жил с женой актрисой Натальей Рогожкиной и двумя детьми в Черемушках. В квартиру на Балаклавском проспекте он перебирался изредка, когда хотел побыть один (там было найдено тело актера — прим. Авт.). В этот раз он приболел, и переехал на время туда, чтобы не заражать маленьких детей. Жена Панина Наталья Рогожкина была на гастролях и вернулась только сегодня. Вот как она рассказывала о нем в интервью «МК» два года назад.


           – Он самый внимательный, придирчивый и, я бы сказала, откровенно жестокий критик моих достижений. Говорит, что относится ко мне по гамбургскому счету. Мы проходили разные этапы, начиная с моих вопросов по поводу ролей и требований от него ответов-советов и заканчивая его «разросшимся» желанием постоянно мне что-то подсказывать и настаивать на определенных вещах, которые кажутся ему единственно верными. Правда, сейчас у нас временный нейтралитет.

- Что стало причиной «перемирия»?
- Осознание, что беседы о творчестве превратились в почву для разногласий. Я ведь не стою на месте, прохожу этапы как в жизни, так и в профессии. Да, Андрей изначально меня учил, и на тот момент у меня и мысли не возникало в чем-то ему возражать. Но теперь, имея свой опыт, позволяю себе высказывать собственное мнение. Мы разные и по актерской сущности, и по творческим подходам. Андрей говорит, что его природу необходимо загонять в угол, тогда он приложит максимум усилий и результат будет феерическим. Если же загнать в угол мою природу, я останусь там пожизненно, потому что это лишь убедит меня в собственной несостоятельности. В общем, подобные разговоры раз от раза проходят все тяжелее и зачастую заканчиваются ссорами. А у нас, как в любой семье, и без этого есть масса поводов для размолвок.

- Читая редкие интервью Панина, я порой хохотала. Изумительный стеб (причем необидный) над собеседником и самим собой. Думаю, скучать вам с ним не приходится.
- Да, у Андрея это дар от Бога. Первые несколько лет улыбка с моего лица почти не сходила.

- Влюбились в него, как увидели?
- Нет. Мы познакомились в Школе-студии МХАТ, на тот момент я училась на третьем курсе. Он пришел к нам как ассистент моего педагога. Панин был моим преподавателем, и узнала я его именно как Андрея Владимировича. Затем меня взяли в труппу МХАТа, где служил и Панин. Утвердили в спектакль «Ундина» с его участием, и Андрей стал мне помогать с вводом на главную женскую роль. И вот тут-то в наших отношениях стало сквозить что-то нежное. А потом…»

- Что потом?
- А потом я пришла к нему на спектакль «Смертельный номер» и погибла. Это была бомба своего времени, и талант Панина произвел на меня, девятнадцатилетнюю девочку, столь мощное впечатление, что, боюсь, с того момента выбора у меня уже не было. Все завертелось, закрутилось… Это были сильнейшие чувства с обеих сторон. Бурный роман со своими проблемами, с обоюдным безумием, растянувшийся на долгое время. На тот момент у меня была своя жизнь. Были и какие-то душевные привязанности. Но конкуренцию с Андреем выдержать почти невозможно».

- Вы тогда оба были несвободны…
- Я уже несколько лет была не одна. Андрей имел семью. Моя ситуация оказалась проще, мы не были официально женаты. У него все обстояло тяжелее. Мы познакомились, когда ему было тридцать два года. Большой жизненный багаж, семья, дочка…

- Вы общаетесь сейчас с ней?
- С его дочкой? Я – нет».

- А он?
- Не стоит об этом говорить. Это территория Андрея, я не имею права отвечать на такие вопросы за него. К тому же тема эта тяжелая, кровавая. Очень болезненные раны, зачем их расковыривать?

- Наталья, получается, Андрей вас отбил у другого мужчины…
- Если тебя связывает с человеком настоящее чувство, отбить невозможно. А раз отбили – значит, уже было что бить, значит, уже трещину отношения дали. Не получится отбить человека, который любит. Это я вам с позиции нынешнего своего опыта говорю: если в тебе живет сильнейшее чувство любви, его не убьешь никаким обаянием и талантом».

- А родители не возражали против ваших с ним отношений?
- Мои родители – люди редкой деликатности и аккуратности. Они вообще никогда не давали себе права на позицию «против». Они уникальны. И большое им спасибо, что предоставляли мне право решать все самой».

- Сначала вы жили в общежитии...
- В общежитии жил Андрей. А я переехала к нему года на полтора. Потом театр предоставил ему возможность купить жилье по муниципальной цене. И мы переехали в однокомнатную квартиру в Северном Чертанове. Несколько лет из его зарплаты вычитались суммы в счет погашения долга.

- А сейчас?
- Мы приобрели не так давно четырехкомнатную квартиру. Ее главное достоинство, что она находится рядом с домом, где живут мои родители. Мама помогает мне с детьми. Саша учится в школе, где она преподает, – под присмотром то есть.

- Правда, что у Андрея принцип – жена должна: первое – находиться на кухне, второе – у плиты, третье – сидеть тихо?
- Да-да. «Босая, беременная, на кухне». Это его идеал женщины. (Смеется.)

- Вы под этот идеал не подходите.
- Значит, я не идеал. Но стремлюсь им стать. Я уже довольно часто хожу дома босая, беременная была дважды, у плиты частенько стою, осталось только паранджу надеть.

- А Андрей умеет готовить?
- Да, он хорошо готовит. Мы обожаем его еду. Дети не любители овощей, но и они с аппетитом уплетают папин салат, потому что он его делает оригинально. Даже в этом Андрей умудряется сохранять свою индивидуальность.

- Долгое время штамп в паспорте для вас обоих не имел значения. Но потом вы решили расписаться. Что вас на это подвигло?
- Господи, я даже не помню, когда мы расписались. Это было продиктовано юридической необходимостью, чтобы Андрею не пришлось опять усыновлять собственного ребенка. Через эту унизительную процедуру мы прошли с Сашей. И со вторым сыном попытались этой бодяги избежать. Кстати, обручальные кольца мы купили задолго до бракосочетания и сразу же стали их носить. В загс пришли в джинсах, расписались и разъехались по своим делам. И не помню я ни числа, ни года…
 
- Вы вместе шестнадцать лет. Изменились ваши чувства? Стали сильнее, переросли в привычку...
- Отношения – это тоже живой организм. Они трансформируются, потому что мы сами меняемся. Были всякие моменты, в том числе и тяжелые. И по сей день не все складывается безоблачно. Но и сейчас у нас присутствует ярко выраженное желание находиться друг с другом, жить вместе. И выкладывая в трудные минуты на чаши весов ситуацию, грозящую разрывом, и эту потребность друг в друге, мы понимаем: последнее все равно перевешивает. И дай бог, чтобы оно так и оставалось».

- А как обстоят дела с доверием?
- Я ему не даю поводов мне не доверять. А что касается Андрея… К тридцати пяти годам я постигла, что мужская и женская природа суть разные вещи. Доверять мужчине глупо. А уж доверять мужчине-актеру – это просто расписаться в собственной дурости. Скажу так: я доверяю тому чувству, которое ощущаю от него. И верю в его любовь к себе и детям».

- Но он же очень талантлив, с мощной харизмой, возле него наверняка крутятся толпы поклонниц…
- Наверняка. И это естественно, более того – было бы странно, чтобы человек, который нравится мне, не нравился бы больше никому. В этом отношении мною пройдено немало – и тяжелых эмоциональных состояний, и ревности, и болезненных ситуаций. И итог на сегодняшний день таков: я считаю, что каждый сам пишет сценарий своей жизни. И это только его выбор: пойти на что-то или нет. Глупо думать, что ты можешь повлиять на этот выбор, изменить его. Пусть человек сам разбирается со своей совестью, а под совестью я подразумеваю голос Бога; это диалог, в котором третьему не место.

- И все-таки – вы ревнивы?
- Если дается повод для ревности, то, конечно, ревнива. Это естественно. Ты видишь в мужчине, который рядом с тобой, ослабление или потерю интереса к тебе. Это не может не задевать. А если ты не реагируешь – значит, он тебе самой неинтересен, значит, тебе все равно. Мне не все равно. Мне важно, как Андрей относится ко мне. И в то же время я понимаю, что ему необходимо внимание, и особенно внимание женщин. Просто для того, чтобы ощущать себя по-мужски востребованным.

- А он вас ревнует? Вы красивы, умны и талантливы.
- Он не закатывает сцен ревности. Мне предоставлена свобода, другой вопрос, насколько я ею пользуюсь. Он не следит за мной в подзорную трубу. Андрей для этого слишком занят собой. Его бинокль обращен больше в себя, нежели на объект извне».

- Но у вас же есть партнеры по спектаклям и фильмам. Как Андрей реагирует на возможность романа?
- На партнеров он реагирует спокойно, а на романы ему, к счастью, реагировать не приходилось.

Те чувства, что я с Андреем пережила, могу пожелать всем. Степень моей женской полноценности и реализации максимальна. Мы изведали огромную гамму чувств. Нас бросало в разные стороны, ощущение друг друга доходило до высшей точки. И до сих пор наши отношения – это американские горки. Мы испытали все, что сопутствует любви: горести, разочарования, восторги, наслаждения. Да, Андрей крайне сложный и тяжелый человек. И я трачу много душевных сил, чтобы правильно его принимать. Но мне всегда было и будет понятно, зачем я это делаю.

- Ну а с идеалом жить скучно.
- Вы так думаете? Ну не знаю. А вот Андрей, похоже, так не считает – жить с идеалом ему очень нравится.                

spb.mk.ru, фото rodgaz.ru





3D графика на заказ

установка натяжных потолков в москве








Lentainform