16+

Чем Ксения Собчак заинтересовала Следственный комитет?

13/08/2013

ГЛЕБ СТАШКОВ

Когда скандалят две женщины, это всегда интересно. Особенно если обе женщины известные и скандалят по поводу орального секса. Такого я пропустить не могу. Итак, Ксения Собчак заявила в «Твиттере», что депутат Мизулина хочет запретить пропаганду орального секса. Следственный комитет России завел дело о клевете и оскорблениях в адрес депутата Мизулиной.


          Честно говоря, не очень понимаю, в чем здесь клевета и в чем здесь оскорбления. Я вам расскажу о настоящей клевете и настоящих оскорблениях.


Однажды на каком-то сайте обсуждался мой текст. Читатели оставляли комментарии. По большей части ругательные. И вдруг некто, подписавшийся «одноклассник Сташкова», оставил следующий комментарий: «Об чем тут говорить? Сташков – гомосек, об этом вся школа знала».


Вообще-то я никогда не вступаю в полемику с читателями. На этот раз подмывало. Но я сдержался. Правда, держался я недолго. Вскоре появился еще один комментарий, как бы от моего имени: «Да, я гомосексуалист и горжусь этим». 


Тут уж я не выдержал. И оставил свой комментарий: «Хватит писать чушь. Я не гомосексуалист. Глеб Сташков». Гордый собой, я закрыл сайт.


Через некоторое время открываю. И читаю: «Сташков, который тут пишет, – это не настоящий Сташков. Настоящий Глеб Сташков – это я. И я, конечно же, педераст».


Больше всего меня возмутило слово «конечно же». Я закрыл сайт и больше его не открывал. Я понял, что с клеветой невозможно бороться. Пока ты борешься, она нарастает как снежный ком.
Депутат Мизулина, видимо, этого не понимает. Что могло возмутить эту железную женщину в словах Ксении Собчак? Чего она, собственно, хочет от Следственного комитета?


По всей видимости, она хочет, чтобы СКР официально признал: депутат Мизулина поддерживает пропаганду орального секса. Поддерживает обеими руками и прочими частями тела.


Само предположение, что кто-то может не поддерживать пропаганду орального секса, депутат Мизулина считает оскорблением. Причем оскорблением России. Есть у нее такая странность. Депутат Мизулина уже заявляла, что оскорбления в ее адрес наносят ущерб всей России.


Впрочем, пусть Мизулина сама разбирается со своим отношением к оральному сексу. Меня несколько другой вопрос заинтересовал.
Смотришь по телевизору разные детективные сериалы и понимаешь, как тяжело приходится этим сыщикам и следакам. Только они на работу придут, а у них – два трупа здесь, три трупа там. И вертятся они, как белки в колесе, оберегая наш ночной покой.


Вероятно, труднее всего приходится работникам Следственного комитета. Ведь они расследуют самые тяжкие преступления. Самые важные.
У работников СКР существует даже своя присяга. Не такая, как у работников прокуратуры. В прокуратуре говорят: «Посвящая себя служению Закону, торжественно клянусь…». А работники Следственного комитета: «Посвящая себя служению России и Закону, торжественно клянусь…».
Чувствуете разницу? Прокурорские служат только Закону, а работники СКР – еще и России. Им всегда нужно иметь в виду, что интересы Закона могут вступить в противоречие с интересами России. И тогда нужно выбирать. Хотя чего там выбирать – на первом месте в присяге стоит Россия.


Достаточно заглянуть в интернет, чтобы узнать, в чем заключаются интересы России. То в СКР приглашают писателя Акунина, то телеведущую Собчак. Скучная у этих следователей работа. Или, наоборот, веселая. В любом случае, эта работа почему-то не нашла отражения на телеэкране. Досадно как-то.


Мне кажется, обязательно нужно снять сериал о реальной, а не выдуманной сценаристами работе следователей. Я даже кусочек сценария придумал.
Вызывают Шарапова с Жегловым к начальству. Чем, мол, занимаетесь? Черной, мол, кошкой занимаемся.


– С сегодняшнего дня все дела побоку, – говорит начальство. – Занимайтесь только оральным сексом.
– Да как вы смеете! – горячится Шарапов. – Я боевой офицер, я пятнадцать раз за линию фронта ходил!
Но ничего не поделаешь, приказ есть приказ. Занимается, значит, Шарапов, чем приказано, а начальство его хвалит:
– Молодец, Шарапов, сразу военную выправку видать. Не то что наши тюхи…
А вечером встречается со своей Варей Синичкиной. Жалуется на службу.
– На фронте тебе легче было? – спрашивает Варя.
– На фронте другое…
– Да, – соглашается Варя, – на фронте, пожалуй, другое. Хотя… это кому как повезет.         
Ну, дальше пусть сценаристы допридумывают. Я все, что хотел, сказал.         








Lentainform