16+

Почему сериал «Ментовские войны» смотреть не так противно, как другие

21/10/2013

Почему сериал «Ментовские войны» смотреть не так противно, как другие

Сериал «Ментовские войны», с большим успехом прошедший в течение уже семи сезонов (последний сезон только что закончился на НТВ), не стал бы тем, чем он стал, если бы был просто боевиком или детективом. Секрет успеха – в выходе на мифологические структуры, напрямую связанные с механизмами массового восприятия и технологией создания успешного кино. Мифологических пластов два.


            Первый – это Супермен, родившийся как герой массовой культуры в качестве персонажа американских комиксов в 1938 году (в кинофильмах Супермен фигурирует с 1948 года). Его основное свойство – непобедимость и неуничтожимость, а главная функция – борьба со Злом и утверждение Добра. Главный герой «Ментовских войн» Роман Георгиевич Шилов – филиация Супермена, к тому же с сознательной опорой на обаятельного персонажа из фильма «Свой среди чужих, чужой среди своих» Егора Шилова. Подобного рода персонажи (в фильмах «В зоне особого внимания», 1977, или «Пираты ХХ века», 1979) – неизменно становились любимцами публики, а картины – чемпионами кинопроката. Зритель любит героев, обладающих силой, наводящих порядок и неуязвимых для врагов.

Актер Александр Устюгов по внешним данным идеально подходит на роль Супермена. Правильные черты лица, открытый взгляд, атлетическая фигура и ни малейшего стремления углубляться в психологию героя: почти полая внешность с тремя постоянными мимиками и двумя заученными интонациями. Никаких «зазернений» и психоложеств. Причем если исходный Супермен был с планеты Криптон, то подполковник Роман Шилов, который возглавляет отдел по раскрытию убийств ГУВД Петербурга, тоже имеет явно «криптоническое» происхождение ввиду идеальной честности. Никаких своих финансовых интересов, бизнес-задач, которые бы он решал. Такие же и два его помощника – Джексон и Арнаутов, которые в течение всего сериала сами удивляются тому, что они честные, а все вокруг продажные. Эта ирония авторов фильма над условностью собственной фабулы ее, однако, не разрушает, потому что условность не скрыта от зрителя, а, напротив, подчеркнута. Так же как и тем, что все трое непобедимы и неуничтожимы. Особая «фишка» Шилова состоит еще и в том, что он всегда успевает выстрелить первым – даже если носитель Зла раньше, чем он, достает пистолет. Свинцовая точка – всегда самый убедительный финал.

В Шилове иногда проступает что-то, что роднит его с героями Жан-Поля Бельмондо («Профессионал», «Кто есть кто») и Жана Рено (не только комиссара Фиорентини из «Васаби», но и чистильщика Виктора из «Никиты»). Но типологически он ближе всего к Терминатору. Эта разновидность Супермена была изобретена для оправдания его повышенной жизнестойкости. Неуязвимость Шилова и оправдывать не требуется – наш зритель любит сказки.

Как и положено Супермену с планеты Криптон, Роман Шилов одинок – с первой женой он в разводе, далее женщины меняются, как у Джеймса Бонда: красавица за красавицей, потому что сексуальная сила у Шилова тоже неисчерпаема и от усталости не зависит. Но никто не выдерживает ритм, стиль и режим его существования, ибо битва за Добро лишает его возможности жить размеренной семейной жизнью по заранее известному расписанию. 

Второй мифологический пласт символизирует Зло. Открытием сериала стало то, что идеальность Романа Шилова уравновешена преступностью и продажностью его коллег по «органам» – сотрудников прокуратуры, ГИБДД, наркоконтроля, ФСБ и, конечно, УСБ, управления собственной безопасности, которое авторы сценария ненавидят особенно яростно. То есть Шилов и его помощники борются не только с преступниками, это само собой, но еще и с теми, кого социолог, доктор юридических наук Яков Гилинский назвал самой опасной разновидностью ОПГ. То есть с продажностью «органов» всех типов. Как и положено в массовой культуре, опирающейся на мифологические архетипы, отрицательные герои маркированы не только поведением, т.е. коррумпированностью, но и специальной внешностью, например, гнусным выражением лица, ханжеской прилизанностью облика (майор полиции Ковалев в исполнении артиста Андрея Родимова), мерзкими усиками и т.п. Отрицательные персонажи иногда погибают – в отличие от бессмертных положительных. В плане литературной архетипичности такие персонажи восходят к «джентльмену-разбойнику» вроде Дубровского, который ведет двойную жизнь (днем – «француз», ночью – разбойник). В сценарии такой персонаж часто раздваивается на пары (что подробно описано в теории литературы), например, майор Ковалев – аффилированный с ним бандит по кличке Танкист.

Мифологический пласт зла имеет вполне реальные корни: 23 июня 2003 г. были арестованы крупные чины МЧС и МВД, обвиненные в коррупции, и тогда Б. Грызлов назвал их «оборотнями в погонах». Слово прижилось, и не случайно в 2005 г. появился роман «Ментовские войны: Старший оборотень по особо важным делам» Максима Есаулова и Андрея Романова (в «Википедии» в статье о Есаулове назван и третий автор – С. Майоров) и одновременно первый фильм. Тогда и возникла структура текста «Ментовских войн»: Зло не локализовано в преступном мире, в персоне одного преступника (типа Фантомаса), а захватило мир так называемых «правоохранительных органов», которые являются составной частью насквозь коррумпированного государства. Так у мифа выявляется отчетливый социально-критический слой, последовательно компрометирующий все отряды правоохранителей.

В результате в «Ментовских войнах» было остроумно создано равновесие идеального и реального, напоминающее о знакомой зрителям жизни, но одновременно позволяющее создать фантастический образ неподкупного борца за порядок и справедливость, которых более всего недостает современному человеку в постсоветской России вместе с доверием к фигуре милиционера или полицейского как надежного Защитника. Причем междоусобная война различных «правоохранителей» в условиях, когда преступность стала институтом услуг, позволяет доводить сценарий до нужной степени изощренности, существенно уменьшая обычную для фильмов такого жанра предсказуемость.

Попутно была решена и другая проблема: профессии борца за законность, справедливость и против коррупции. Сейчас снят ряд сериалов, где герой-одиночка (лесник, инспектор рыбоохраны, пасечник) борется с бандитами и коррумпированными чиновниками, но при поддержке полиции. Если он будет один, то это будет экстремизм и та стихийная самопомощь населения, которой  боится власть. Поэтому Шилов – подполковник полиции, который борется с самой полицией и смежными организациями, ему это можно по должности. Естественно, коррумпированная система борется с Шиловым, а сочувствующее начальство может лишь пассивно наблюдать со стороны.

Со временем в сценариях «Ментовских войн» закрепилась структура, в которой все делают ходы параллельно (так называемая параллельная игра, согласно теории игр), а война завершается торговлей, что характерно для игр с ненулевой суммой. Победы Супермена не достигает, он не побеждает, а договаривается со злодеями, должности которых становятся все выше и выше, почему победа над ними оказывается невозможной. Возникает нечто «итальянское» в духе Дамиано Дамиани («Признание комиссара полиции прокурору республики», 1971), но с бессмертным главным героем (у Дамиани честный комиссар полиции Бонавиа погибал от рук мафии). Не случайно на форумах, где обсуждают фильмы 7-го сезона, некоторые вспоминают «Спрут», а кто-то, исходя из логики развития, даже с горечью прогнозирует смерть Шилова. Думаю, оборотистые авторы этого не допустят.

Характерным примером новой усложненности сюжетной конструкции является последний фильм 7-го сезона «Невские партизаны»: Шилов раскрывает убийства, параллельно на него поступает заказ, заказчик требует Шилова «закрыть» или убить, против Шилова воюет генпрокуратура, УСБ и ФСБ, комитет Думы по безопасности, против него возбуждают уголовное дело, а для усиления  еще и арестовывают специально для этого приехавшего из-за границы отца Шилова (до этого он никогда в сериале не появлялся). Однако Шилов раскрывает серию убийств и получает сильный компромат на своих врагов. В результате же начинается торговля: Шилов предлагает отменить уголовные дела на него и его отца, в обмен он оставит в покое врагов. Серия убийств успешно раскрыта, а Шилов и его враги остаются «при своих». И все готово к восьмому сезону. Потому что в конце фильма Шилова переводят в районное отделение, и он произносит отмеченную в истории кино фразу: «Вот вернусь и всех умою». Понятно, что прототипом является «I'll be back». Терминатор всегда готов к работе.

Кстати, «Невские партизаны» интересны еще одним свойством. Я совсем не большой знаток милицейско-полицейской тематики, но на уход Владислава Пиотровского с поста начальника ГУВД Петербурга в 2011 году, потом на прибывшего из Москвы Михаила Суходольского, переведенного на эту должность с поста заместителя министра внутренних дел, потом совсем уж скандальный уход Суходольского вместе с его московской командой в 2012 году – внимание обратил. Подозреваю, что мотивы этих скандалов отразились в последнем фильме 7-го сезона, в «Невских партизанах», где прибывший из Москвы генерал Конев пытается не только добиться снятия начальника ГУВД генерала Донченко, но и по заказу из Москвы намерен осуществить рейдерский захват ГУВД для контроля над денежными потоками, проходящими через Северо-Запад, т.е. порты и т.п. Для чего лично (!) организует серию убийств, которая должна доказывать неспособность Донченко контролировать ситуацию в городе. Естественно, Шилов эти гнусные планы разрушает. И, действительно, после исхода Суходольского последовало назначение Умнова, и с правлением варягов из Москвы было покончено.

Тогда, в 2012 году, на планы Суходольского только глухо намекали. В фильме же все показано ясно, живописно и в лицах. Потому что сказки, которые нам рассказывают, в отличие от «информации», которую нам по ТВ сообщают, не всегда врут.                 

фото ruskino.ru

Михаил ЗОЛОТОНОСОВ








Lentainform