16+

Что суд обязал сделать Сергея Бугаева (Африку)

12/11/2013

Что суд обязал сделать Сергея Бугаева (Африку)

Дзержинский районный суд решил, что Сергей Бугаев (Африка) должен отдать 21 произведение четырем «Новым художникам» – Олегу Зайке, Евгению Козлову, Олегу Маслову, Иналу Савченкову. Процесс в первой инстанции завершился на минувшей неделе (последнее заседание продолжалось 5,5 часов), но оставил много вопросов.


           Шесть судебных дней адвокаты сторон спорили, по сути, об одном: когда художники узнали, что картины находятся у Бугаева? 20 с лишним лет назад, когда отдавали свои произведения Тимуру Новикову и Сергею Бугаеву на выставки группы «Новые художники» или для оформления концертов «Популярной Механики» Сергея Курехина? Тогда прав Бугаев. Или 15 мая 2013 года, когда в Академии художеств открылась выставка «АССА. Последнее поколение ленинградского авангарда» и художники увидели 9 своих работ, а потом в альбоме к выставке – еще 16? В этом случае правда на стороне художников.

Доводы истцов показались суду убедительнее. Художники не стали требовать 4 работы, которые, как выяснилось в ходе процесса, находятся у еще одного участника группы – Владислава Гуцевича. Почему? По одной из версий, весь процесс был организован, и не художниками, чтобы «достать» Бугаева как медийную персону. А Гуцевич не является таковой персоной, поэтому его собственность никого не интересует.

Адвокаты художников сообщили «Городу 812», что еще подумают, требовать ли картины с Гуцевича.

Дмитрий Северюхин, доктор искусствоведения, в недавнем прошлом владелец частной галереи:

– Подобные споры в галерейном бизнесе уникальны?
– На рубеже 1980-1990-х местные и заезжие коммерсанты во множестве прибирали к рукам картины ленинградских художников для вывоза за границу, и часто эти коллекции пропадали без вести. Тогда существовал уникальный дисбаланс между иностранной валютой и нашим внутренним рынком. Стоимость высококлассного живописного произведения колебалась от 100 до 500 долларов (при средней зарплате в СССР 20 или 30 долларов в месяц). Практики заключения юридически точных договоров у нас не было (как нет и сегодня), да и не было возможности выставлять юридические претензии к кому-то за границей.

Сегодня, когда бывшие «молодые» художники получили признание и продают свои работы по ценам от пяти тысяч долларов и выше, такие судебные процессы в принципе возможны.

– У вас были подобные конфликты?
– Часто художник сдает свое произведение в галерею, выставляя желаемую цену. По прошествии времени не проданное произведение остается в руках коммерсанта и долго не интересует художника, который  «не находит времени» его забрать. Конфликт может возникнуть гораздо позже, иной раз спустя годы, когда восстановить договорные отношения уже не представляется возможным. После закрытия моей галереи в Чайном домике Летнего сада у меня осталось много невостребованных художниками графических работ. До судов не доходило.

В 1999-м  я принял на комиссию для курируемой мною галереи в Кёльне около 20 картин Раушана Губайдуллина, сегодня весьма известного петербургского художника, по цене от 400 долларов. После закрытия галереи картины долго хранились в Кёльне, но художник не нашел возможности их забрать. Дальнейшие жизненные коллизии бывшей владелицы галереи и ее покровителя привели к тому, что след картин затерялся,  вернуть их художнику не представляется возможным. Раушан проявил философическое благородство и отказался от претензий. Замечу, что его картины сегодня стоят не менее 5 тысяч долларов.

Когда художник через много лет вспомнил о своих работах, мне представляется разумным такой вариант. Коллекционер возвращает все, кроме одного-двух произведений. Но когда спор в суде, это вряд ли возможно.

- Сейчас много разговоров о том, что цены на «Новых художников» растут, а судебная раскрутка поднимет их еще выше?
– Цены на художников ленинградского андеграунда (в том числе на «вторую волну», включающую «Новых художников») растут и будут еще расти. На недавнем аукционе в СПб маленькая картина Шолома Шварца ушла за 400 тысяч рублей, а натюрморт Тимура Новикова – за 850 тысяч.

Судебная коллизия, как и вообще любой конфликт, не повышает цены, а разрушает рынок. Приобретение картины – это праздник и для художника, и для покупателя, и для комиссионера. Если сюда вносится скандал – всё рушится.                

В.Ш., фото news-free.ru









Lentainform