18+

Чем завершился самый громкий судебный процесс дореволюционной России

15/11/2013

Ровно сто лет назад завершился самый громкий судебный процесс дореволюционной России. Знаменитое дело Бейлиса. Считается, что обвинение против Менделя Бейлиса было сфабриковано по наущению черносотенцев. И с этим не поспоришь.

            Но беда в том, что либеральная общественность вела себя, в общем-то, не лучше. Именно добровольные помощники – что правые, что либеральные – путали следствие, сбивали с толку и привели к тому, что убийцы так и не были найдены.

Однако начнем по порядку.

Версия первая. Родственники

20 марта 1911 года гимназисты лазали по пещерам в Лукояновке, киевском предместье. И в одной из пещер наткнулись на труп мальчика.

На трупе обнаружили более 40 колотых ран, сделанных «швайкой» – длинным шилом. Убитого опознали. Им оказался 12-летний Андрей Ющинский. Как показало следствие, смерть наступила 12 марта, причем Андрей был убит не в пещере.

Местные черносотенцы сразу же закричали о ритуальном убийстве. О еврейской, так сказать, этнопреступности. Известная, мол, история. Евреи убивают христианских детей, чтобы на их крови приготовить пасхальную мацу. Центральная черносотенная пресса поддержала киевских коллег.

И тут в дело вступились либералы, а точнее – либеральная газета «Киевская мысль». Сначала ее сотрудник Барщевский указал на мать и отчима Ющинского как на главных подозреваемых. Их арестовали, но вскоре выпустили – нет улик. Тогда редактор «Киевской мысли» Брейтман обвинил цыган. Но цыганский табор снялся задолго до убийства.

В принципе, мыслители из «Киевской мысли» хотели как лучше. Хотели защитить евреев от навета и от возможного погрома. Но сыграли только на руку черносотенцам, которые подняли вой, что евреи Барщевский и Брейтман направляют следствие по ложному следу.

Дело взял под контроль министр юстиции Щегловитов, известный своими правыми убеждениями. Направленный в Киев вице-директор уголовного департамента Лядов сразу сказал, что министр не сомневается в ритуальном характере убийства. Курировавший следствие прокурор Киевской судебной палаты Чаплинский тоже перестал сомневаться.

Начальника сыскной полиции Мищука отстранили от дела и заменили приставом Красовским. Пристав как-то не смекнул, что надо тянуть ритуальную ниточку. И снова взялся за родственников. Некий печник показал, что в день убийства видел с Андреем человека в пальто, круглой шляпе, кашне и с черными усами. По этим приметам снова арестовали отчима Ющинского – переплетчика Луку Приходько. А в его переплетной мастерской нашли выписки из медицинского справочника. Из главы «височная кость».

Дело раскрыто. Либеральная пресса в столицах ликует. Она моментально записала отчима в Союз русского народа. Ей все ясно: черносотенцы убили Андрея Ющинского, да так хитро, чтобы все подумали, что убили евреи в ритуальных целях.

Уникальный случай: подлог разоблачили черносотенцы. Выяснилось, что выписки делал не переплетчик, который вообще не мог делать выписки на латыни. Переплетчик лишь переплетал медицинский справочник, в котором лежали закладки.

А опознание проходило так. Приходько нарядили в пальто, круглую шляпу и кашне. Сбрили ему бороду, а его рыжие усы перекрасили в черный цвет. И получился подозреваемый.

Бедного переплетчика пришлось отпустить. 

Ритуальная версия

В июле дал показания фонарщик Шаховской. Он уверял, что утром 12 марта видел Ющинского с его приятелем Женей Чеберяком. Они собирались пойти погулять. Через три дня фонарщик спросил, как погулялось. Женя сказал, что на кирпичном заводе Зайцева их спугнул мужчина с черной бородой. Шаховской предположил, что этот мужчина – приказчик завода Мендель Бейлис.
Владелец завода Иона Зайцев, кстати, тоже был евреем. Бейлиса арестовали, а следствие во главе с Чаплинским с этого времени окончательно уверовало в ритуальную версию.

Впрочем, подозрение падало и на семейство Чеберяков. Ведь Женя – последний, кто видел Андрея живым. Мать Жени – Вера Чеберяк – была хорошо известна в уголовном мире Киева. Она держала нечто вроде воровской «малины», в ее квартиру свозили краденые вещи.

Веру Чеберяк арестовали вместе с Бейлисом. Пока она пылилась на нарах, дети заболели. Мать по этому поводу выпустили. Вера забрала из больницы Женю, и в тот же день он умер у нее на руках. В бредсмертном бреду мальчик все время поминал Ющинского, бормотал: «Андрюша, не кричи».

Заговорили об отравлении, обвиняя Веру Чеберяк. Но никаких следов яда при вскрытии не нашлось. Да и заболел Женя, когда мать еще находилась в тюрьме. 

Главный свидетель умер. У следствия остался один Бейлис. Показания фонарщика Шаховского – слишком слабенькая улика. Но следователи не отчаивались, они решили состряпать новые улики.

К Бейлису в камеру подсадили уголовника Козаченко. Когда уголовник вышел на свободу, то рассказал, что Бейлис подговаривал его убить фонарщика. Правда, вскоре жандармский подполковник Иванов уличил Козаченко во лжи. Но рапорт жандарма в материалы дела не попал. Чаплинский занес показания Козаченко в обвинительный акт и передал дело в суд.

Расследование Бразуля

И снова в расследование включились либералы. На этот раз – сотрудник все того же «Русского слова» Бразуль-Брушковский. Он подключил к работе пристава Красовского, которого к тому моменту уже выгнали со службы. Красовский выяснил, что Андрей Ющинский и Женя Чеберяк поссорились. И Андрей пообещал донести в полицию, что мать Жени хранит ворованные вещи. Из-за этого уголовники, ошивавшиеся в квартире Чеберяк, его и убили.

Две свидетельницы рассказали, что слышали подозрительный шум в квартире, а одна и вовсе видела лохань с окровавленной водой и куль, в который было завернуто тело.

Кроме того, Красовский привлек к расследованию парочку товарищей –  Караева и Махалина, связанных с эсерами и анархистами. Этим революционерам удалось расколоть брата Веры Чеберяк – взломщика Сингаевского. Взломщик признался, что участвовал в убийстве.

Результаты розысков Бразуль опубликовал. Министр юстиции вынужден был отправить дело на доследование. Из Петербурга приехал следователь по особо важным делам Машкевич. И взялся за Веру Чеберяк.

Вера оказалась крепким орешком. Она не оправдывалась, она перешла в наступление.

Для начала дискредитировала Бразуля. Он, дескать, возил ее в Харьков на тайную встречу с адвокатом Марголиным. И адвокат предлагал ей 40 тысяч рублей, чтобы она взяла вину на себя. Предлагал или не предлагал – этого мы не знаем. Но тайная встреча с Марголиным действительно была. Играя в конспирацию, Бразуль сам себя подставил.  Теперь ко всем его свидетельствам можно было относиться с недоверием.

Кроме того, у Веры неожиданно  – через 16 месяцев – прорезалась память. Она вспомнила, как ее дети – Женя и Люда – рассказывали, что в день убийства за Андрюшей погнался Бейлис и еще два еврея в черных одеждах.

И Женя, и Люда умерли – у них не спросишь. Сама Вера слишком заинтересована выгородить себя, чтобы ей верить. Но следователь Машкевич поверил. И поверил безоговорочно.

25 сентября в Киеве начался процесс, который длился более месяца и приковал к себе внимание всей России.

Все понимали, что обвинения против Бейлиса шито белыми нитками. Понимал даже министр юстиции Щегловитов. Но назад уже не повернуть. «Дело получило такую огласку и такое направление, что не поставить его на суд невозможно, – говорил он, – иначе все скажут, что жиды подкупили и меня, и все правительство».

Скромного приказчика кирпичного завода защищал цвет российской адвокатуры – Карабчевский, Грузенберг, Зарудный, Маклаков. Кстати, Грузенберг и Карабчевский получили гонорар в 30 и 25 тысяч рублей. Кто им заплатил – загадка. Явно не Бейлис, который, чтобы отдать висевший на нем долг в 200 рублей, пахал на заводе с утра до ночи и даже совершал тяжкий грех – работал по субботам. Остается только думать на мировое правительство.

Сторону обвинения –  в свою очередь – поддерживали столпы российского антисемитизма – адвокат Шмаков, специалист по жидомасонским заговорам, и депутат Госдумы Замысловский.

Кто убил?

Общественность возмущалась составом присяжных. В присяжные отобрали людей малограмотных – семь крестьян, три мелких чиновника и два мещанина. Но даже такой состав оставлял мало надежд, что Бейлиса осудят. Поэтому и процесс оказался странным. На процессе Бейлиса меньше всего говорили о самом Бейлисе.

Защита старалась обвинить Чеберяк, используя материалы Бразуля. К сожалению, свидетельницы подкачали. Они путались и несли такую чепуху, что даже самые высокооплачиваемые адвокаты России не могли им помочь. Одна договорилась до того, что к ней на улице подходил мужчина в маске и называл имена убийц.

 – Не удивлялись ли люди, – спросил председатель суда, – что вы средь бела дня стоите на улице и беседуете с мужчиной в маске?
 – Может, это была не маска, а мотоциклетные очки? – пришел на выручку адвокат Карабчевский.
– Нет, маска, – твердила туповатая свидетельница.

Зато имел успех революционер Махалин, расколовший взломщика Сингаевского. Махалин выдавал себя за честнейшего человека, немало пострадавшего от власти. Присяжные ему сочувствовали. А обвинители изнывали в бессильной злобе. Они-то прекрасно знали, что пламенный борец с режимом на самом деле агент охранки по кличке Депутат. Но после дела Азефа департамент полиции строго-настрого запретил раскрывать своих агентов.

Вера Чеберяк, обвинявшая Бейлиса, под перекрестным допросом адвокатов, что называется, поплыла. Обвинители плюнули на нее и выдвинули новую версию: она, может, и причастна к убийству, но ее шайка убила Ющинского по наущению евреев.

Стало ясно, что осудить Бейлиса не удается. «Пусть оправдают, нам важно доказать ритуальность убийства», – признался депутат Думы Замысловский, обвинявший Бейлиса, депутату Думы Маклакову, защищавшему Бейлиса.

Зачем убили

Вокруг ритуальности и разгорелись основные споры. Эксперты-медики разошлись во мнениях. Одни, во главе с профессором Косоротовым,  доказывали, что убийцы сознательно причиняли мальчику мучения и выкачивали кровь. Другие, во главе с профессором Бехтеревым, уверяли, что убийцы кровь не выкачивали и мучений не причиняли.

Профессору Бехтереву, давшему невыгодное для власти заключение, его экспертиза стоила должности президента психоневрологического института. А профессору Косоротову стоила четыре тысячи рублей, которые ему заплатил департамент полиции.

Далее последовал психологически-теологический диспут. Архимандрит Автоном , еврей по национальности и антисемит по убеждениям, заявил, что евреи часто умучивают христиан. Председатель суда попросил привести факты.

 – Евреями был замучен младенец Гавриил, который признан святым, – сказал Автоном.
 – Вы были свидетелем этого факта? – задал председатель несколько идиотский вопрос, если учесть, что младенца Гавриила замучили в XVII веке.
 –  Так учит святая церковь, – ответил архимандрит.
С этим, как говорится, не поспоришь, но и к делу не подошьешь.

К чести православной церкви надо сказать, что официального теолога, который обвинял бы евреев в ритуальных убийствах, она не выставила. Эту роль взял на себя католический ксендз Пранайтис.

А к чести Российской империи скажем, что ни одно обвинение евреев в ритуальных убийствах в российских судах не было доказано. А вот в католической Австро-Венгрии случалось, что евреев за это осуждали.

В конце концов, процесс закончился. Присяжные пошли совещаться.
Им предстояло ответить на два вопроса. Во-первых, доказано ли, что Андрей Ющинский был убит на территории кирпичного завода, а его смерть сопровождалась мучениями и полным обескровливанием. Иными словами, доказано ли, что убийство было ритуальным.

На первый вопрос присяжные ответили утвердительно, о чем – видимо, из политкорректности – в учебниках обычно не пишут. Зато на второй вопрос – доказана ли вина Менделя Бейлиса – ответ присяжных был: «Нет, не доказана».

Бейлиса освободили в зале суда. А настоящих убийц так и не нашли. Многие историки уверены, что убийцы – это шайка Чеберяк. Но с доказательствами и у этой версии не ахти. А главная проблема – мотив. Зачем убивать мальчика, который хотел настучать в полицию о том, о чем все, в том числе полиция, и так хорошо знали?

Может, убийц и удалось бы найти, если бы с самого начала в ход следствия не мешалась политика. В этом деле все не столько искали истину, сколько стремились победить своих политических противников.

А где политика, там правды не жди. И в этом плане за сто лет ничего не изменилось.                

Глеб СТАШКОВ

Ваш современный гаджет начал давать сбои в работе? Если вам необходимо выполнить ремонт iphone, ipad, ipod и любой другой техники Apple тогда вам сюда remont-iphone.spb.ru.