16+

«В наших сериалах о войне бегают девушки в коротких юбках, сплошная любовь и ковбойские перестрелки»

29/11/2013

АНДРЕЙ КОНСТАНТИНОВ

Я летал в командировку в Южную Корею и вместе с Владимиром Владимировичем Путиным открывал там памятник Пушкину, который теперь стоит в центре Сеула. Пушкин вместе с нами ждал Владимира Владимировича, который, как известно, любит задерживаться.


            Вся эта история с ожиданием и открытием могла бы стать хорошей основной для сериала, но не думаю, что у нас кто-то на такие съемки отважится.

Я про Корею рассказываю не просто так, не для того, чтобы похвастаться. Есть феномен корейских сериалов, Южная Корея – одна из тех стран, которые продают лицензию на свои сериалы по всему миру, в том числе России. У нас многие знают про сериалы, которые сделаны у нас по западным лицензиям («Побег», например, или «Клиника»), а корейские переделки в России идут тайно, не всегда можно понять, что первоисточник – корейский. Один из основных признаков – бесконечное количество серий. Как увидите 80 или 100 эпизодов, можете не сомневаться: это корейская лицензия, адаптированная к нашему рынку нашими российскими умельцами.

Теперь перехожу непосредственно к российским сериалам. Разговор будет, в основном, печальный. Я буду употреблять выражения «с одной стороны» и «с другой стороны». Когда так говорят, понятно, что не все здорово.

С одной стороны, у нас не сказать что вообще ничего не делается. И нельзя сказать, что народ не смотрит то, что ему предлагают. Есть очень популярные сериальные истории, и люди даже берут автографы у тех артистов, которые в них снимаются. Мой сын необыкновенно зауважал собственную маму, когда узнал, что она и работает, и дружит с актером, который играет главную роль в «Морских дьяволах».

С другой стороны, современные российские сериалы ужасны. Настолько, что когда пересматриваешь то, что тебе не нравилось 10 лет назад, выясняется, что те сериалы были достаточно прилично сделаны. Скажем, повторяли недавно сериал «Десантура», который я плохо изначально воспринял. А сейчас он уже смотрится как нормальная работа. Или сериал «Диверсант» – его очень хорошо начали, а финал оказался за упокой. Но сериал «Диверсант» по сравнению с недавним сериалом «Разведчицы» тянет на Нобелевскую премию, потому как то, что сейчас на экраны выходит, просто за гранью добра и зла.

Военные сериалы у нас делают уже без остановки – в результате у зрителей совершенно извращенное представление о войне должно появиться, они вообще не должны понимать, как мы в войне победили, если на фронте бегают девушки в коротких юбках, сплошная любовь и ковбойские перестрелки.

Или – сериал «След» и его клон «Оса». «След» получил премию ТЭФИ, и, мне кажется, это тоже предопределило то, что ТЭФИ накрылся медным тазом. Потому что сериал «След» добротно сделан, но не более того, – это как на конкурсе высокой моды победили бы обыкновенные колготки. Я уже приводил это сравнение, но оно мне нравится.

Не могу не сказать о двух страшно разрекламированных премьерах сезона – «Пепел» и «Крик совы». О них уже много чего плохого сказали, а лично меня удивляет вот что: не сказать, что в обоих сериалах плохая операторская работа, не сказать, что совсем неумелые режиссерские действия. Там звездные артисты, у них значительные взгляды и интересные позы, там более-менее симпатичные актрисы, они эротично прогибают спину и колышут грудью. Более того, выхвати отдельно взятый  эпизод из этих сериалов, и в течение 2-3 минут ты его можешь с любопытством смотреть. То есть отдельный кирпич – нормальный, только из этих кирпичей не сложен дом.

Посмотрите: никто не покупает наши сериалы. Мы корейские лицензии берем, а наши практически никто не хочет брать. Редкие случаи подаются как большая победа – вот в Польше показали сериал про Анну Герман. Но не Польшей определяется сегодня успешность сериальных проектов. У меня с Марией Семеновой вышел роман «Меч мертвых» на сербском языке. Мы с Машей радуемся, как дети, но понятно, что Сербия – это не Америка и не Франция, и не Германия. Это приятный такой пустячок, надо трезво это оценивать.

Почему не хотят покупать наши сегодняшние сериалы? Почему китайцы хотят переснимать «А зори здесь тихие» и не хотят делать ремейки современных наших фильмов. В чем здесь дело?

Я долго думал на эту тему. И понял: причины этой беды – наши продюсеры, которые смотрят на то, что делают, не как на фильм, а как на продукт, реализация которого дает деньги. Наши продюсеры научились потакать инстинктам не самого образованного зрителя. Но это же путь в деградацию. Мы не поднимаем зрителя, а опускаемся к его уровню. И опускаясь, потом пойдем только еще дальше вниз.

Второй момент, который магистрально ошибочен: мы научились делать самое дорогое, что есть в кино, – съемочный процесс. А самое дешевое –  сценарий – делать разучились.

У нас перепутали причину и следствие, курицу с яйцом, выстроили неправильную систему приоритетов. Самое сложное в производстве атомной бомбы – это ее придумать. И только когда один или несколько ученых эту бомбу придумали, ее можно воплощать. Но самое главное – ее изобрести. Это и есть самая дорогая и самая  важная часть работы. А у нас все наоборот: звездами считаются актеры, которые играют в этих сериалах, хотя это просто исполнители, это солдаты, а не генералы. А под генералом я подразумеваю сценариста с большой буквы (хотя это может быть не один человек, а группа). И продюсер может входить в эту генеральскую группу. Но только тогда он должен понимать свою ответственность. Потому что нельзя запускаться в работу, если у тебя нет готового проекта условной атомной бомбы.

А у многих наших продюсеров отношение другое – мы запустимся, а потом как-нибудь доработаем. Так случилось с фильмом «Сталинград». Они запустились и начали менять сценарий по ходу работы. Так случилось и со многими другими проектами.

Разве можно строить здание, если у тебя нет архитектурного и проектировочного решения? Конечно, нельзя.

Кардинальная ошибка наших сегодняшних сериалов – их сценарии должны изначально читаться, как бестселлеры.

Вот у нас все говорят: «Ликвидация»! Урсуляк! А давайте посмотрим, что Урсуляк снял после той замечательной «Ликвидации». Он снял сериал про Исаева. Да, эти книжки Юлиана Семенова были популярны в Советском Союзе. Но время-то изменилось. Сериал про молодого Штирлица был с самого начала обречен на провал. Если Штирлиц в «Семнадцати мгновениях» и сейчас воспринимается как герой, который борется с абсолютным злом – фашизмом, то кто такой молодой Исаев? Это дворянин, изменивший своему классу, перешедший на сторону большевиков. А кто такие большевики, мы сейчас все уже знаем. То есть изначально Исаев – это спорный персонаж, которому сложно сопереживать. И что, сразу не могли этого понять? Не могли дать почитать сценарий фокус-группам?

Другая картина Урсуляка – «Жизнь и судьба» по Гроссману. Гроссман – это человек незаурядного мужества, человек, который заплатил судьбой за «Жизнь и судьбу», но эту книгу, я уверен, никто, кроме специалистов, не будет читать второй раз. Подходит ли такая книга сериальному жанру? Я думаю – нет.

Сериальный жанр предусматривает, что зрителя берут за глотку и не отпускают до конца. Изначально должна быть интересная история, и она сначала должна быть изложена на бумаге.

А что за сюжетные находки у нас в «Пепле»? Васька Пепел был вором, стал красным командиром, героически прошел войну… «И что бы еще такое придумать?» – думают создатели этого «Пепла». Вот – придумали! Он еще кошелек тетке вернул!.. Граждане продюсеры, уважайте себя и зрителей!

Нашей стране чем не повезло: у нас огромный рынок, у нас много телеканалов, что бы ты ни снял, это покажут, потому что сетку надо заполнять.  И если ты сделал сериал на тройку с минусом – он пойдет с колес. И даже выгоднее сделать на тройку с минусом. Потому что в сериалах один простой закон: в продукт на тройку с минусом ты меньше вкладываешься. А прибыль с каждой серии все равно та же, если сериал идет в прайм-тайм.

И утешает этот продюсер себя  тем, что сейчас я дерьмо сделаю, а потом уж всем покажу настоящий класс! Но не получается так. Рука-то набивается, и если ты все время старушек убиваешь, то потом трудно пионерские галстуки повязывать.

Поэтому я думаю, что все в российских сериалах омерзительно, но шансы есть. Все начнет исправляться, если мальчики и девочки, называющие себя продюсерами, поймут, что надо пересматривать сценарную политику, что к сценаристам надо относиться, как к тем, кто атомную бомбу может придумать, а уж Серебряков, Певцов или никому не известный актер будет потом в кадре с наганом бегать, это абсолютно без разницы.

Можем ли мы делать сериалы не хуже датчан или американцев? Конечно, можем. Что нужно для того, чтобы жить нормальной жизнью? Выйти из запоя, прибраться в комнате и гулять по утрам. А если все время бухать, кидать окурки на пол и говорить, что это и есть то, к чему мы все  стремимся, – то ничего не получится.               

ранее:

«Моя жена в одном сериале должна была играть очень богатую женщину...»
«Сказочные сериалы мы можем делать не хуже американцев. Но не делаем»
«Какие непатриотичные американские телесериалы я советовал журналисту Минкину»
«Американцы не боятся в своих сериалах делать из президента страны преступника. У нас такое нереально!»
«Почему у скандинавов получаются делать хорошие телесериалы?»











Lentainform