16+

«Почему очереди к «Дарам волхвов» так раздражает пишущих в фейсбуке»

23/01/2014

ОЛЬГА СЕРЕБРЯНАЯ

С Дарами волхвов как-то неловко получается. Вроде бы людям непричастным никакого дела до них быть не должно: ну, привезли там что-то с Афона. Некоторое количество людей считают это святыней и подолгу стоят в очереди, чтобы к ней приложиться. И бог с ними, пусть стоят.


            Тех, кто это нечто святыней не считает, чужое стояние в очередях касаться не должно. Не возмущают же нас футбольные фанаты, которые таскаются по всему миру за своей командой. Чем они лучше или рациональнее стоящих на морозе верующих? Вроде бы ничем.

Но фейсбук меж тем бурлил. Наряду с вполне понятным возмущением по поводу VIP-очереди, собак и отстойников, между которыми паломникам предлагали перемещаться бегом, высказывались соображения, будто почерпнутые из советских сборников «в помощь пропагандисту».

Люди с гуманитарным образованием, явно прослушавшие за свою жизнь не одну лекцию по истории религии, шутили на тему того, что вообще в мире пять голов Иоанна Предтечи, но подлинными считаются только три. Как будто никогда не слышали о религиозном символизме и всю жизнь считали распятье, которое католики вешают над кроватями, тем самым крестом, на котором распяли Иисуса. Люди, в другие моменты умные и тонкие, рассуждали о химическом анализе привезенных Даров, а культуролог Михаил Эпштейн отважно называл их «средневековой подделкой».

В ответ Эпштейну, человеку «с ближневосточной фамилией», «Комсомольская правда» сообщила вечнозеленую новость о том, что жиды распяли Христа, и обвинила этих самых жидов в разжигании антисемитизма. На что последовали не лишенные оснований обвинения в мракобесии в адрес РПЦ.

Политолог Морозов отстраненно рассуждал о том, что кучкование верующих в очереди – это, очевидно, к беде и катаклизмам: сурки вот тоже дружно вылезают из нор перед землетрясением и бредут куда-то толпой. На сурков, в свою очередь, обиделся Павел Святенков и в ответ сравнил Морозова со свиньей, которая за желудями не видит дуба.

Пафос, сопровождавший этот обмен мнениями, заставлял вспомнить оставленные в школьном прошлом дискуссии о жидах и православных в духе «Дневника писателя», славянофильские рассуждения про общинный дух русского народа и декадентские предчувствия гибели в пылу революционного пожарища. Что самом по себе – печальное свидетельство полного отсутствия рефлексии: за 150 лет язык общественных дискуссий мог бы и трансформироваться, раз жизнь за это время радикально переменилась не один раз.

Но еще печальнее то, что ответа на изначальный вопрос – откуда такое раздражение в связи с этими очередями? – фейсбучное бурление не принесло.

А ответ лежит на поверхности: корень раздражения в том, что в очереди стоят люди, радикально отличные от тех, которые пишут в фейсбук. И это порождает беспокойство, которое удачно выразил Денис Лебедев: «Раз никто из моих знакомых на Дары волхвов не пошел, то кто тогда там? «Единая Россия» что ли? Нанятая массовка? Футбольные хулиганы? Вкладчики МММ? Там вообще кто?  Россияне что ли? Погодите, а вот эти россияне – это не те ли, кто голосует за Путина и ЕдРо? Не те ли, кто радуется посадке Пусси Райот и верит, что Навальный – вор?» Эти вопросы приводят к сомнению в собственной российскости, осознанию своего ничтожества и проблеме «лишних людей».

И это правильный ответ, с одной только поправкой: «лишние люди» здесь – не мы, туда не пошедшие, а они, там стоящие. Чтобы это понять, достаточно присмотреться к очереди, как это сделал Андрей Громов на «Слоне»: «В очереди стоят не инопланетные зомби, а измученные неустроенной, тяжелой и глубоко не счастливой жизнью женщины. Их желание решить свои проблемы с помощью хоть Христа, хоть колдуна из битвы экстрасенсов, хоть биодобавок понятно. Это не чуждая нам жизнь, это другая реакция на те же процессы, которые влияют и на нас».

Очередь к Дарам волхвов раздражает тем, что являет наглядную картину общественной неустроенности, на фоне которой наши личные героические усилия по ее преодолению в жежешечках и фейсбучиках видятся в истинном масштабе. Вся наша конструктивная деятельность – капля в море. Устроить этих несчастных женщин мы не можем. А сострадать им уже разучились.                  

ранее:

«Когда из клетки, в которой сидят восемь человек, отпускают двоих, радоваться трудно»
«Селянки, удои и обмолот зяби» вкупе с развитием Сибири нужны, чтобы спасти мир от злой толерантности»
«Ну помитинговали, дальше чо?»
Чемоданная перестрелка: почвенники против западников
«Читаешь и диву даешься: чем такой борзый автор мог не угодить «Голосу России»?











Lentainform