16+

Киевский политтехнолог — о том, чем закончится украинская революция

03/03/2014

Киевский политтехнолог — о том, чем закончится украинская революция

На прошлой неделе все обсуждали только Украину – исчезновение Януковича, выступление Януковича, выборы новых украинских министров прямо на Майдане, российские флаги в Крыму. Мы спросили у киевского политтехнолога Сергея ГАЙДАЯ, работавшего на выборах и в России, и на Украине, что будет дальше.


              – У нас говорят, что Украина сейчас идеологически разделена на две части.
Неправильно. Точнее, Украина всегда была разделена – ровно так же, как разделена любая страна с разными культурно-историческими областями: Крым отдельно, Закарпатье отдельно. Но что касается политического деления, то раздела на власть и оппозицию сейчас нет. Есть народ, восставший против власти, которая сбежала и бросила всех. А есть люди, которые тоже против власти, но протестовать не хотят: они не могут понять, зачем эти восстания, побаиваются их.

Знаете, есть такое понятие как право на восстание. Есть нации, которые считают, что оно у них есть, что власть не сакральна. Российская цивилизация к таким не относится, россияне к власти относятся как к данной богом. Европейский подход другой: я власть нанял на работу, и если она с ней не справилась, ее нужно уволить. Пункты про право на восстание есть во всех конституциях, от американской до французской.

Таким образом, разлом на Украине происходит не по территориальному и политическому признаку, а по мировоззренческому. Те, кто восстали, посчитали себя в праве уволить коррумпированную власть, остальные в этом процессе не приняли участия –  они считают, что так нельзя, они боятся тех, кто взял в руки оружие, коктейли Молотова, и когда власть по ним открыла огонь, открыл огонь в ответ.

Причем географически это разделение не меняется. Есть масса людей с Донецка, приехавших воевать на Майдан. Среди киевлян кто-то поддерживает протестующих, кто-то говорит: ужас, разве так можно?! Однако нет таких, кто готов положить жизнь за Януковича и партию регионов, которая сама теперь Януковича винит во всех бедах.

 – Но в Крыму и Севастополе протесты есть. Там реально недовольны киевским Майданом.
- Все просто. Севастополь и Крым живут в другом информационном поле, нежели остальная Украина. Но важно отметить, что Севастополь и Крым не за Януковича тоже! Чтобы объяснить ситуацию в Крыму, надо знать историю Крыма. При  Кравчуке и  Кучме Крыму дали  автономию (в нарушение Украинской Конституции), чтобы избежать конфликта в связи со сложными этническими процессами. На таких условиях Крым остался частью Украины. А жители Севастополя привязаны к флоту, который, находясь на территории Украины, принадлежит России.

Виктор Ющенко попытался заговорить с Крымом о большем интегрировании в Украину, но что-то менять не решился, он вообще был нерешительный президент. Пришедший Янукович жестко подавил любую самостоятельность. И сейчас, когда Киев восстал, подняв национальные флаги против Януковича и его правительства, то в Крыму восстали не только против Киева, против национального языка и так далее, но и против местной насажденной Киевом власти, которая до недавнего времени ассоциировалась с Януковичем. Они выразили недоверие местному Совету и стали избирать свои органы власти. Если сегодняшняя новая власть проявит мудрость и даст им региональные вольности, скорее всего, Крым успокоится.

Плюс в Крыму работает психологический фактор: они смотрят российское телевидение, где за последнее время было  так много информации о боях, баррикадах, что многие крымчане верят, что на Крым идет повстанческая армия бандеровцев, которая будет их убивать. Когда они поймут, что такого и близко нет, они успокоятся.

–  Севастополь избрал мэром гражданина России. Какое-то количество крымчан хочет, чтобы Крым вошел в состав России. Это стало неожиданностью для Киева?
- Так всегда было. Россия для Крыма и Севастополя всегда была авторитетом. Людям легче, привычнее выйти с российскими флагами и лозунгами «Долой бандеровцев». Я спрашиваю своих знакомых в Крыму: вы какой канал смотрите? – НТВ, Первый. – А местное телевидение? – Мы его никогда не смотрели и смотреть не будем. Понятно, откуда российские флаги.

– Но в Крыму есть объективное желание отделиться от Украины?
- Безусловно, есть большое число людей, которые именно так и мыслят: надо отделиться и стать частью России. Но, во-первых, России Крым не нужен, Путину хватает своих проблем. Второе – это технологически очень сложно, все жизнеобеспечение Крыма происходит через Украину. Эта  мечта до сих пор существует лишь благодаря 20-летней немудрой политике Украины – давно бы интегрировали, но все упирается в  прагматические понятия. Например, если флот из Севастополя уйдет, появятся безработные, куда деваться семьям офицеров? Россия подписала с Украиной договор на 50 лет, потому что не может создать собственную новую базу. А Украина собственный флот, который мог бы быть заменой, недальновидно не строила. Люди смирились бы с тем, что есть украинский флот вместо российского.

– Как воспринимают роль России в текущих событиях в Киеве?
– Она такая же деструктивная, как в ситуации с Грузией, где Россия стала основной базой конфликта для Абхазии и особенно для Осетии. Россия понимает, что Украина  – территория, которая важна как территория влияния.  И если Украина сейчас окончательно отойдет к Европе – а это неизбежно, – это будет мощный провал Путина и всей долгосрочной российской имперской политики. Такая явная цивилизационная победа России невыгодна, и она будет всеми доступными способами бороться за Украину.

– Но не до военного вмешательства?
– То, что военного вмешательства не происходит, не значит, что Путин решил не вмешиваться в наши дела – он всегда вмешивался и продолжает вмешиваться. Просто сейчас, я  надеюсь, у России нет ресурсов для военного вмешательства, как было в ситуации с Грузией.

– А если бы были?
– Их бы использовали, не задумываясь.

– Насколько велики шансы Украины вступить в ЕС?
– Это неизбежно,  вопрос в сроках. Если мы получим правительство наподобие правительства Саакашвили, готовое к жестким быстрым реформам, воссоединение с Европой пройдет быстро. Если же это будет бесконечный процесс политического хаоса, который нас, судя по всему, ожидает в ближайшие годы, то процесс задержится. У нас нет новой, готовой к ситуации элиты. Одна уйдет, придет другая, снова уйдет – пока ситуация не стабилизируется, как было в Италии.  Но то, что мы подпишем договор об ассоциации с ЕС в ближайшие год-два, – это безусловно. Украина сейчас превратилась чуть ли не в основную на планете геополитическую точку.  США и ЕС теперь вряд ли отступят.

–  Какой у вас прогноз ближайших событий?
– Скорее всего, пара правительств погибнет из-за неспособности справиться с ситуацией. Оппозиция – это ставленники той же системы, от нее нечего ждать. Грузии в такой же истории больше повезло, им сразу попался Саакашвили и они сумели набрать команду и провести реформы. У нас пока такого счастья нет, а есть огромное количество внутренней глупости, которую нужно переварить. Власть пала  чересчур неожиданно.

Борис Колоницкий, профессор факультета истории Европейского университета в Петербурге:

– Многие сейчас пытаются провести параллели между украинской революцией и революцией 1917 года – просто потому, что никакой другой известной параллели нет. Это неверно методологически, нельзя одно явление просто так сравнивать с другим и пророчить на основе этого сравнения гражданскую войну Украине. Нет никакой железной детерминированности, что всякая революция запрограммирована на углубление, на гражданскую войну. Но во всякой революции есть риск гражданской войны.

Никто не спорит, что ситуация на Украине – это ситуация революции. Там за короткий срок сформировалась революционная традиция. У Украины есть опыт противостояния в ходе оранжевой революции, и он используется сейчас. Есть своеобразный сценарий протеста, топография протеста, есть культ революции и культ людей, которые описываются как герои или как мученики революции.

Это не хорошо и не плохо, это объективная реальность. Но сформировавшийся культ революции является серьезной внешней рамкой событий на Украине. Актуальная задача сейчас – введение ситуации обратно в правовое поле. А культ революции делает эту задачу очень сложной. На Украине есть политические группы, которые выиграют от стабилизации ситуации, а есть группы, которые наращивают свой политический капитал с каждым днем конфронтации. И у вторых групп в распоряжении оказался мощный ресурс революционной традиции.

Во что превратится эта революция, невозможно угадать. Тот, кто вам укажет на конкретный сценарий, будет безответственным прорицателем. В частности, факт принадлежности или не принадлежности в прошлом какой-то территории Украине не гарантирует ни противостояния, ни стабильности.

От дестабилизации ситуации на Украине никто не выиграет. Но есть факторы, которые работают против этой стабилизации: это вовсе не чья-то злая воля, это политическая революционная традиция.                 

Анастасия ДМИТРИЕВА











Lentainform