16+

«В Петербурге нет нефти и газа. Бессмысленно, ставя сюда управляющие компании, рассчитывать, что газ появится»

26/03/2014

«В Петербурге нет нефти и газа. Бессмысленно, ставя сюда управляющие компании, рассчитывать, что газ появится»

Какое место в Петербурге ближайшего и отдаленного будущего должна занимать промышленность? Как она должна сочетаться с привлекающими туристов дворцами и музеями? Может ли петербургская промышленность выдержать глобальную конкуренцию?


           Об этом в рамках «Промышленного клуба»* рассуждают директор Института нового индустриального развития  Сергей БОДРУНОВ и ведущий специалист Фонда «Центр стратегических разработок «Северо-Запад»» Наталия АНДРЕЕВА.

Бодрунов. Наталья Сергеевна, вы лично и ваш центр активно занимались стратегической  разработкой Концепции развития промышленности Санкт-Петербурга до 2020 года, вы прекрасно понимаете сегодняшнюю обстановку. По вашему мнению, какие  факторы оказывают максимальное влияние на дальнейшее развитие нашей промышленности?

Андреева. Основные положения первого этапа Концепции развития петербургской промышленности, в общем-то, не должны поменяться. То есть основное – промышленность в Петербурге должна быть. И это показал, в частности, опыт кризиса: те города и регионы, которые обладали хоть сколько-нибудь развитой промышленностью, вышли из кризиса гораздо быстрее, чем те, которые ориентировались на сектор услуг, финансовый и прочие, скажем так, непроизводительные сектора. Это первый момент.


«В Петербурге нет нефти и газа. Бессмысленно, ставя сюда управляющие компании, рассчитывать, что газ появится»
Второй момент, который очень четко зафиксирован в последнее время, это то, что мир для России, для Петербурга окончательно стал глобальным. И в этом смысле Петербург как четвертый крупнейший город в Европе и на европейском пространстве России вынужден постоянно удерживать глобальную рамку происходящего. И теперь должно быть четкое понимание того, что идет жесточайшая конкуренция за ресурсы в глобальном масштабе. И мы в ней участвуем. Причем ресурсы не только финансовые, но и человеческие. Люди, которые обладают важными, нужными, востребованными на рынках компетенциями и навыками, уже поняли, что им не обязательно жить и работать там, где они жили и работали всю жизнь.

Бодрунов. Я бы сказал, эта проблема многопрофильная: это кадры не только рабочие, не только инженеры, но и кадры предпринимательские, т.е. те люди, которые двигают бизнес-процессами. Следовательно, мы должны это учитывать, потому что сколько бы мы ни решали частные задачи подготовки кадров, например, рабочих, разбегутся эти кадры при отсутствии цельной политики. Старая парадигма «где родился, там и пригодился»  уже  не работает.

Андреева. Есть еще третий ресурс,  и  здесь  мы должны  конкурировать.  Это отчасти культурный, а отчасти информационный ресурс, связанный с репутацией, с общим информационным полем и прочими вещами. Потому что опять же поскольку ситуация глобальна, территорий и городов, которые «предлагаются» на рынке для инвестиций огромное количество. И если Петербург не найдет своего уникального предложения для всего мира в первую очередь в плане уникальных технологий, навыков, компетенций, всего, что связано с промышленностью, говорить о глобальной конкурентоспособности тогда нам просто не придется. Мы будем провинцией, к сожалению.

Бодрунов. Когда мы разрабатывали Концепцию развития промышленности, перед нами стояла задача создания Петербурга как площадки с глобальными конкурентными преимуществами.  По вашему мнению, может ли Петербург или наша агломерация претендовать на такое место, и какое это будет место?

Андреева. Сложный вопрос...

Бодрунов. Конечно, я простых вопросов  не задаю.

Андреева. Есть несколько моментов, по которым мы все-таки можем являться таким конкурентоспособным предложением. Первый момент – это кадры и население в принципе. Петербург – второй по масштабам в стране центр подготовки кадров.

Бодрунов. Абсолютно верно,  я ждал от вас этого ответа. Потому что Петербург – это один из центров не только мировой культуры, но это российский центр мирового уровня по культуре подготовки специалистов. Рядом с нами находятся многие европейские города, но Петербург до сих пор притягателен для значительной части и населения России, и окружающего пространства как центр подготовки для будущей профессиональной жизни.

Андреева. Второй важный момент – Петербург еще в советское время был проектировочным центром страны, центром, где производились идеи, новые методы, методологии и концепции.

Бодрунов. Инжиниринговый центр страны.

Андреева. Точно! Инжиниринговый центр страны. Так и есть. Соответственно, на глобальном уровне это может быть заметным. Возможно, сейчас нужен какой-то другой инжиниринг, но, тем не менее, это важно.

Бодрунов. Конечно, идет доработка технологий, но здесь школы не теряются.  И это во многом благодаря тому, что есть куда  хотя бы частично  приложить те знания, которые люди получают.  В этом плане наша промышленность является реципиентом многих вещей, особенно в новых направлениях – таких как IT-технологии, био- и нанотехнологии  и т.д. Очень важное ее отличие от многих других региональных экономик или промышленных  конгломератов состоит в том, что у нас взаимопроникающие процессы. С одной стороны, наши знаменитые вузы готовят специалистов высокого уровня. Но с другой стороны, выпускник даже самого лучшего вуза не станет хорошим специалистом без производственной практики  на предприятии, причем обладающем новейшим оборудованием. За это отвечает наша промышленность. Но есть еще и третья сторона. Если такие специалисты, выученные и подготовленные, имеются, они начинают поддерживать весь этот процесс, создавая свои фирмы и компании. Фактически эти компании начали расти с нуля. Они не приватизировали государственное имущество, это люди, которые приходили и создавали новый продукт. У нас в Петербурге подобных примеров достаточное количество. Именно такие люди и компании создают новую промышленность, новую экономику.

Андреева. Кстати, это выражение – «новая промышленность» – очень важно, сейчас мы должны его использовать постоянно, когда говорим о конкурентоспособности Петербурга. Мы должны понимать, где мы будем через 10-20 лет и где будет глобальная промышленность. Все, кто так или иначе связан с промышленностью, понимают, что сейчас в мире происходят изменения, в первую очередь технологические, которые в остальном мире уже называют несколькими последовательными революциями.

Бодрунов. Эта тенденция заметна  не только в производственном процессе, она и в продукте видна. Можно сказать, что мы живем в эпоху перехода от массового серийного изделия к изделию, которое будет индивидуальным для каждого человека. Если мы это не поймем сейчас и не будем закладывать в концепции и программы дальнейшего развития, то, извините, пролетим.

Андреева. Я согласна. Концепция  должна быть доработана именно под будущую промышленность, а не под старую, иначе у нас просто не будет объекта, с которым мы работаем.

Бодрунов. Это примерно как с ВТО. Много лет велась работа, но при этом одна группа людей 25 000 поправок принимала по ВТО, а другая группа людей готовила федеральные и региональные программы развития на 20 лет, на 30 лет вперед. И в этих документах практически никак не отразилось то, что должно быть потом в ВТО.

Андреева. Две группы не пересекались.

Бодрунов. Получается, что мы заранее заложили себе отставание. В этом смысле Петербург, наша промышленность всегда были пионерами, первопроходцами. Вот взять технологические платформы. Когда российское правительство и РФ приняли вообще концепцию развития технологической платформы? В апреле 2012 года. То есть через два года после того, как в Петербурге это уже было сделано.

Андреева. Это, кстати, важнейший момент. Новая деятельность и новые типы промышленности не могут быть поддерживаемы старыми технологическими платформами, и организационными формами.

Бодрунов. Что же делать «старой» промышленности, которая работает на традиционных рынках? Там же люди работают, нельзя же просто взять и закрыть предприятия.

Андреева. Если у конкретного предприятия есть некие компетенции, они могут быть транслированы куда-то еще. Это один из глобальных трендов, когда люди, работающие в одном секторе, начинают делать продукт на тех же технологиях, тех же компетенциях для совершенно другого, то есть происходит технологический трансфер. Это одна возможная стратегия. Вторая возможная стратегия состоит в логике буквально добора с рынка того, чего  не достает.

Бодрунов. При этом надо делать технологический активный аудит.

Андреева. У нас есть прекрасный пример наших китайских коллег, они начинают заниматься всем возможным спектром материалов: у них на «старых» производствах сейчас начинают заниматься композитами, технологиями напыления и создания новых материалов, то есть они расширяются.

Бодрунов. Эти «старые» компании должны найти свое место в «новой» промышленности». За ними стоят тысячи людей, а петербургская промышленность – это примерно 30% бюджета города, при том что только около 15% экономически активного населения там работает. То есть мы в два раза больше даем в процентном отношении денег в бюджет, чем другие сектора вместе взятые. Поэтому следующий вопрос: какова роль нашей промышленности в общем векторе развития Петербурга?

Андреева. Я уверена: промышленность для Петербурга не имеет альтернативы. Уже понятно довольно давно, что финансовым центром Петербург не будет, это невозможно, у нас Москва-то еле-еле дотягивает до этого уровня. В этом смысле промышленность – единственный возможный реальный локомотив для интенсивного роста. Понятно, что сразу все не случится, понятно, что для этого нужно вкладываться и четко понимать, какая промышленность какого масштаба и какой специализации нужна городу, но тем не менее. Когда в середине 2000-х была сделана ставка на привлечение в город крупных компаний и корпораций и, соответственно, привлечение налогов, мы уже тогда предупреждали, что это временная мера и что если не заняться реальным сектором, экономика города развиваться не будет.

Бодрунов. В Петербурге нет нефти и газа. Бессмысленно, ставя сюда управляющие компании, рассчитывать на то, что здесь газ появится. А если вкладывать деньги в развитие промышленности, то и налоги будут здесь, и кадры будут здесь, и стабильность экономики будет.

Андреева. Мы, конечно, понимаем, что вся социальная сфера тоже крайне важна, но, тем не менее, если нет экономической базы, то ничего не будет. Если вы Детройт и у вас умерла вся промышленность, вам не помогут ни детские сады, ни новые станции метро.

Бодрунов. Какое-то время назад я был в городе Буффало, специально ездил посмотреть на Ниагарский водопад. В свое время власти этого города решили, что будут заниматься туризмом, и вывели всю промышленность. Закончилось тем, что сегодня в Буффало большая часть населения – это мигранты, приехавшие туда получать социальные льготы.   Промышленности нет, заброшенные дома, отрицательный дефицитный бюджет, потому что достопримечательность, даже если это Ниагарский водопад, не может прокормить целый город.                

Г. Н.

* Телевизионный проект «Промышленный клуб» — цикл телевизионных передач, выходящих на телеканале «Санкт-Петербург» и рассказывающих о деятельности промышленного сообщества Петербурга.








Lentainform