16+

«В сериале «Гетеры майора Соколова» есть явные претензии на достоверность фактуры...»

03/04/2014

ЛИЛИЯ ШИТЕНБУРГ

Теленеделя ознаменовалась на Первом канале премьерой минисериала «Гетеры майора Соколова». Действие происходит, что характерно, в Крыму. Но, разумеется, не это главное.


               Главным был Панин. Посвященный памяти Андрея Панина фильм был окончательно доработан уже после смерти актера – однако делится он не на «до» и «после». А на те кадры, где есть артист Панин, и те, где его нет.

Собственно, в этом и заключается сюжет сериала. Герой Панина – майор Андрей Соколов – не только движущая сила, но и едва ли не единственная мотивация поступков главных героинь. Оправдав любые квазиисторические фантазии и фабульные нестыковки запальчивым рыком майора: «Время такое абсурдное! И ситуация – абсурдная!» – сценарист Илья Тилькин сочинил шпионскую историю о подготовке и боевой операции особой женской разведгруппы в Крыму в 1939 году. Врагом назначили белогвардейскую организацию РОВС – Российский общевойсковой союз (как говорили в фильме «Хвост виляет собакой»: «А почему Албания? – А почему нет? Что мы о ней знаем?»).

Недобитые белобандиты во главе с хитроумным и дьявольски коварным Крестом (Филипп Янковский), сидя в Финляндии под присмотром местных спецслужб, все еще злоумышляют чего-то там против «молодой Советской республики» (давненько не слышала я это словосочетание). И нет на них никакой управы, кроме загадочного майора Соколова, который под самым носом у сотрудников госбезопасности устраивает тренировочный лагерь для суперагентов из числа симпатичных девиц.

«Знающих людей почти не осталось», – объясняет ситуацию товарищ замнаркома внутренних дел (сериал снимали давно, о сталинских репрессиях упоминают самым естественным образом, но, вероятно, скоро этому очернительству придет конец). Придется создавать шпионов буквально из подручных средств. Майор, ушедший от «хвоста» местных гэбистов, как колобок от бабушки («Панин мимикрирует под местного жителя» – отдельный актерский шедевр), с дивной легкостью вербует годных к службе «гетер», коварно играя на их «слабых струнах»: сироту из «бывших», сироту «из будущих» – детдомовку, сироту-еврейку. Беззащитную фармазонщицу с дитем на руках и даму со сносным французским – и тоже с дитем. Причем во втором случае агентом становится как раз «дите».

Мобилизовав в качестве педсостава бывшего однополчанина по службе в разведке (причем и у белых, и у красных), опытного врача и пропадавшую в лагере балерину, майор начинает курс спецподготовки. Девушки бегают кросс по лесу, учатся стрелять, составлять яды, красить губы и флиртовать. Все эти смертоносные навыки они должны вскоре применить к врагам Советской Родины. И вот тут начинается самое интересное.

Новые разведданные поступают зрителю одновременно с «гетерами»: закадровый голос может запросто объявить какую-нибудь неожиданную новость в качестве достоверных сведений («Тищенко – предатель». И неважно, что мы знать не знаем никакого Тищенко).

В привычных отечественных сериалах про шпионов, собственно, получение информации обычно и становилось главным событием. Уж арестовать-то у нас худо-бедно сумеют, не говоря уже о том, чтобы шлепнуть без суда и следствия, дело нехитрое. А вот так – сверху, из ниоткуда – сваливаются цели на суперагентов в мирах, вроде «Никиты» или «Шпионки». Противопоказаний к такому способу решений нет, кроме одного: помимо этого изящного хода, в сериале Бахтияра Худойназарова есть явные, хотя и мало чем поддержанные, претензии на достоверность фактуры. Это очень конкретный Крым 1939-го – просто не очень аккуратно сделанный. А в очень конкретном 1939-м информация с неба не падала.

Но «гетерам», в сущности, все равно. Они пойдут, будут плясать, стрелять и убивать, потому что так сказал майор Соколов. Кто-то из героинь в него влюблен, остальные просто преданы и верят, как богу. Но майор Соколов – совсем не старшина Васков (хотя сравнение с «А зори здесь тихие» не только напрашивается, но и навязывается – цитатной сценой в женской бане). Майор с непроницаемой физиономией и затаенным панинским страданием в скифских раскосых глазах то и дело обманывает и подставляет девок на раз, позволяя их избивать, калечить, и убивать, – потому что он так работает. Это эффективно.

Харизматичный двусмысленный герой, добрый «дядя Жорж», способный оставить преданного агента без малейшей надежды на спасение (и однако глубоко переживающий по этому поводу) – это тоже наследие «Никиты». Но в «заграничной» продукции все эти опасные связи имели сексуальную подоплеку – помимо «заданий» сюжетом становилась тонкая и обоюдоострая психологическая игра начальника и подчиненной. Не, у нас все не так занятно. Но и тут не без сложностей. Майор ежеминутно готов пустить «гетер» в расход, вроде бы, по приказу Родины. Беда в том, что с Родиной большие проблемы.

Дело даже не в том, что, согласно сценарию, Соколов служил и у белых, и у красных. И не в том, что омерзительнее органов госбезопасности трудно что-либо себе представить (давно фильм снимали). А может быть, в том, что в прошлом (и будущем) большинства героев сериала – либо лагерь, либо детдом, либо тюрьма. У одних почему-то нет родителей, у других того и гляди отнимут детей. Простые граждане склонны к тупому насилию (боже упаси интеллигентной даме показаться в деревне у колодца), и весь счастливый «советский мирный быт», за который, вроде бы, идут умирать герои, – это полоска пляжа и черствые бублики. А всесильный «центр» – кабинет суетливого замнаркома с портретами Ленина и Сталина на стене.

Штирлицу не было нужды объяснять, откуда он пришел, – однако и у него был голос Копеляна за кадром. А молодых актрис со Страной Советов, к счастью, ничего не связывает, ни способ реакции, ни место рождения. Они родились в другой стране. И все дело в том, есть ли у вас Андрей Панин. Теперь его нет.                  

ранее:

«В сотнях театров» – согласно версии телеведущего Киселева происходит страшное: «мат, обнаженка и непристойность»
Стоит ли идти на новый спектакль с участием Алисы Фрейндлих
«Почему телефильм «Ладога» о блокаде ругают все кому не лень»
«Оттепель» подчеркивает зазор между временем хрущевской оттепели и путинской стабильности
Почему телесериалу «Крик совы» не стать «семнадцатью мгновеньями»








Lentainform