16+

Lentainform

«От меня ждут текстов с юмором. А я не могу больше смеяться над окружающим миром»

11/04/2014

ГЛЕБ СТАШКОВ

Все пишут про Украину. А я напишу про Финляндию. Потому что не хочу про Украину. А про Финляндию – хочу. Но сначала я напишу про Жириновского. Не потому что хочу, а потому что надо.


           1 апреля Жириновский заявил, что КПРФ вливается в ряды ЛДПР. А Зюганов уже дал согласие стать главой аппарата фракции ЛДПР в Госдуме.

Такой вот первоапрельский розыгрыш. И все бы ничего, если бы не Финляндия.

Есть в Финляндии такая партия – «Истинные финны». Она считается партией правой и националистической. А День дурака – он и в Финляндии День дурака.

1 апреля молодежная организация «Истинных финнов» заявила, что она сливается с молодежным крылом левых.

Как видим, российский политический юмор точь-в-точь совпадает с финским. И это, вообще говоря, странно. Выражаясь по-научному, финны для нас – объект юмора, а не субъект. То есть мы смеемся над ними, но не воспринимаем их как источник шуток.

Разговаривал я однажды с эстонцами.
– Вы же, – говорю, – похожи на финнов.
– Да, – отвечают эстонцы, – финны такие же, как мы, только тормознутые.

Можно ли ожидать юмора от людей, которых эстонцы считают тормознутыми? Вроде бы – нельзя. А политический юмор совпадает.

Хуже того. Зюганов, про которого пошутил Жириновский, не удержался даже на уровне финско-российского юмора. Он сказал, что Жириновского надо устроить директором в «Артек». Он считает, что это тоже первоапрельский розыгрыш.

Вынужден расстроить Геннадия Андреевича. Это не розыгрыш.
Розыгрыш – это когда ты подходишь к человеку и говоришь:
– У тебя ширинка расстегнута.

Он смотрит на ширинку и видит, что она не расстегнута. А ты смотришь, как он смотрит, и ухахатываешься.

Это дурацкий, но розыгрыш.

А когда ты говоришь: «Советую тебе расстегнуть ширинку, спустить штаны и бегать», – то это вовсе не розыгрыш.

Выходит, наши политики острят в том же направлении, что и финны, только хуже.
А теперь перейдем от юмора к сатире. К высмеиванию, так сказать, общественных явлений. Приведу образцы финской первоапрельской сатиры.

Полиция Финляндии вводит в эксплуатацию 500 бронетранспортеров для контроля за дорожным движением, шутят финны 1 апреля.

И еще шутят: с июня в общественных местах Хельсинки полностью запретят курение. 20 инспекторов будут наблюдать за соблюдением запрета. А гражданин, который поможет инспектору поймать курильщика, получит 10 евро.

Не смешно? Не смешно.

А почему? Потому что юмор – это выворачивание реальности наизнанку. А для нас в финском юморе никакого выворачивания нет. Бронетранспортеры для полиции? Правильно. Нужно усиливать меры безопасности. В стране должен быть порядок. Без бронетранспортеров и до Майдана недалеко.

Инспектора по надзору за курением? Очень хорошая идея. Чего здесь смешного?

31 марта депутат Милонов предложил ввести «полицию нравов». Которая, в том числе, будет противодействовать пропаганде гомосексуализма среди несовершеннолетних.
Это как?

Стоят, предположим, два дедушки. А с ними – два внучка. Подходит к ним этакий нравственный полицейский и берет под козырек:

– Полиция нравов. Ваши документы.
– А в чем, собственно, дело? – удивляются дедушки.
Нравственный полицейский долго изучает документы, а потом спрашивает:
– С какой целью тут стоите?
– Да вот, – отвечают дедушки, – стоим, разговариваем.
– Понятно, – злорадно усмехаясь, говорит нравственный полицейский. – Гомосексуализм, значит, пропагандируем?
– Какой гомосексуализм? – снова удивляются дедушки.
– Не знаю, какой. В отделении разберемся.
Абсурд? Нет. Какой тут абсурд? Просто полиции нравов план нужно выполнять. По противодействию.

Милонов вышел со своей инициативой 31 марта. Но легко мог бы выйти 1 апреля. И никто бы не принял инициативу за первоапрельский розыгрыш. Потому что у нас нынче такие «розыгрыши» – круглый год.

От меня ждут текстов с юмором. А я не могу больше смеяться над окружающим миром. Потому что окружающий мир постоянно смеется надо мной. И делает это гораздо остроумнее, чем я.
Остается только про ширинку острить.               

ранее:

«ГТО – это миф. По крайней мере, в 80-е годы. Ответственно заявляю»
«Ездил я в Крым. С приятелем. Правда, давно. В 1996 году...»
«Что будет, если «ы» убрать из алфавита, как хочет Жириновский»
«Хотел спросить у продавщицы, почему картошка подорожала...»
«Нет предела нашему возмущению. Кто-то на Украине осмелился нас не уважать...»