16+

Что нового режиссер Андрей Прикотенко обнаружил в «Пяти вечерах» Володина

11/04/2014

Что нового режиссер Андрей Прикотенко обнаружил в «Пяти вечерах» Володина

В Петербурге прошли гастроли московского Ленкома. В частности, показали спектакль петербургского режиссера Андрея Прикотенко по пьесе Володина «Пять вечеров». Он идет во многих театрах, и уж точно пьеса знакома всем по одноименному фильму Никиты Михалкова с Гурченко и Любшиным. Чем ленкомовские «Пять вечеров» отличаются от предыдущих, «Городу 812» рассказал Андрей ПРИКОТЕНКО.


         – Как вас нашел Ленком? Вслед за «Пятью вечерами» вы уже поставили следующий спектакль «Дона Флор и ее два мужа»...
– Я нигде не скрывался. Мои спектакли в «открытом доступе». Артисты Ленкома видели на гастролях в Москве БДТ мой спектакль «Лето одного года» с Алисой Фрейндлих и Олегом Басилашвили и посоветовали Марку Анатольевичу Захарову обратить на меня внимание.

– А чье предложение было поставить именно «Пять вечеров»?
– Предложение поступило от театра. До этого я не думал о постановке володинской пьесы. Я так много слышал о знаменитой постановке «Пяти вечеров» Георгием Товстоноговым в БДТ с Ефимом Копеляном и Зинаидой Шарко... Об этом спектакле мне рассказывал Олег Валерьянович (Басилашвили. – И.С.), это спектакль, благодаря которому он оказался в театре. Он уже собирался уезжать из Ленинграда, когда случайно как рядовой зритель оказался на спектакле «Пять вечеров» и понял, что это его театр, что это его режиссер.

– Пьеса Володина  сейчас опять актуальна?
– Я не чувствую себя таким трибуном, который использует свои спектакли, чтобы прокричать что-то со сцены. Мне нравится ковыряться в истории, в людях, мне нравится пытаться сочинять взаимоотношения, которые сами по себе составляют суть конфликта, историю. Мне нравится пьесу собирать. Мне нравится сочинять характеры. В этом я нахожу смысл работы.

Я всегда выстраиваю все от героев. Здесь это дуэт Тамары и Ильина. Они, эти герои, для меня – это то, что у меня бы никогда не получилось, это то, что я хотел бы, чтобы было в моей жизни. Потому что это люди, которые через свою жизнь, мучительную, сложную, может быть, даже страшную, пронесли верность друг другу. Я не знаю подобного примера среди моих знакомых. В этом Тамара и Ильин для меня почти античные герои, потому что я не понимаю, как можно, с одной стороны, быть простыми – в смысле ничем не выдающимися людьми, не создавшими ничего такого значительного, особенного, великого, – с другой стороны, оказаться столь преданными друг другу. За этим стоит вера в человека. Я верю в любовь и в подвиг. И в этом предмет моего высказывания.

Для меня «Пять вечеров» – это пример верности. Ильин с Тамарой не были физически близки, они, может быть, даже не целовались, она только пообещала быть его женой, когда провожала на войну. И этого было достаточно и ему и ей, чтобы сохранить верность. Максималисты.

– Почему для вас важно, что Ильин сидел?  Во всех других постановках эта володинская ремарка не нашла отражения.
– Мы не сможем изжить это гулаговское прошлое нашей страны, пока не расскажем о нем всей правды, по-настоящему не осудим его и не покаемся. Понятно, почему у Товстоногова об этом не говорилось даже на репетициях.

То, что Ильин сидел в ГУЛАГе, обусловило его логику. Мне важно, что это обыкновенный человек, не поднявший бунт против Сталина, ничего не понявший про эту систему, про ее ужасы, вот так просто отсидевший 10 лет. Ему, скорее всего, их и дали лишь за то, что после Победы ляпнул что-то не то. Потом провел 2 года на поселении. Это совершенно заурядное существо. Не в социальном бунте внутри этого человека кроется сердцевина этой истории. Не потому Ильин уходит от Тамары, что чувствует социальную разницу между членом партии и собой (Тамара очень идеологизированная женщина). Я думаю, что Ильин, скорее, понимает, что может искалечить ее жизнь. В финале кажется, что все happy end. Но какой он после 17 лет отсутствия? Но какая она? По-моему, он испугался сделать ей еще больнее. Он и так испортил ей всю жизнь и боится испортить еще сильнее. Этот мотив мне и интересен. И это обязательно надо понять. Мне кажется, что если это понять, то счастливый финал рассыпается. Я видел спектакль в Москве, не хочу называть театр (имеется в виду спектакль театра «Современник». – И.С.), где Ильин так кокетливо уходит, и непонятно, отчего и зачем он ушел.

– Ильин – человек из внутренней эмиграции. Сейчас это снова актуально.
– Я думаю, что у него никакого протеста нет. Он, по-моему, и не понимает, что это за система. Много ли тогда людей понимали, что это за режим! Это сейчас мы понимаем, когда открылась правда, и то только малая часть всей правды, что это было. А в те времена многие даже думали, что справедливо сидят. Так и наш герой. Это такое существо абсолютно стертое, условиями жизни загнанное в самый низ, почти уничтоженное. Но именно в этом существе оказывается то, что является божественным в человеке. Он смог остаться Человеком. И никакой режим не смог этого уничтожить. Он оказался в этом частном случае сильнее его. Для меня лично он герой, который опрокинул всю систему. Он сохранил человеческое в человеконенавистнических условиях.

И сегодня наша государственная система пытается уничтожить в человеке человеческое. Да, может быть, она в этом и не виновата, потому что она система, потому что это механизм, настроенный на это уничтожение. А человек – это существо более сложное, более возвышенное, которое действительно – подобии Божье.         

Ирина СОРИНА











Lentainform