16+

Как градозащитники на встрече с инвестором отстояли блокадную подстанцию

15/04/2014

Как градозащитники на встрече с инвестором отстояли блокадную подстанцию

В среду Совет по культурному наследию, прозаседав больше 2 часов при полном аншлаге, рекомендовал признать здание Блокадной подстанции на Фонтанке региональным памятником. С весьма высокой степенью вероятности это означает, что КГИОП так и поступит.


            Такое решение, являющееся одной из самых крупных побед градозащитников в последнее время, тем более удивительно, что Смольный и прямо и косвенно декларировал свое желание подстанцию снести. А инвестором, собирающемся возвести на ее месте апарт-отель, является ЛСР. Который до сего момента ни разу не имел проблем с властями.

Трамвай в королевских садах

История блокадной подстанции витиевата. Она построена в 1931-32 годах в стиле конструктивизма и является одной из тех подстанций, которые дали ток весной 1942 года, восстановив в осажденном Ленинграде трамвайное движение. Откуда и ее название – Блокадная. А официально она называется – тяговая подстанция № 11 «Комсомольская».

Подстанция, до последнего времени работавшая по своему прямому назначению, является собственностью города и управляется ГУП «Горэлектротранс». 22 декабря 2009 года Смольный издал постановление о ее реконструкции под гостиницу. При этом инвестором объявлялся сам ГУП, который должен был выполнить работы «за счет собственных и привлеченных средств». За право переделать подстанцию в гостиницу (и оставить ее себе) ГУП заплатил 15,5 миллионов рублей в бюджет, плюс обязался перебазировать подстанцию за сумму не менее 68 миллионов без учета НДС в ценах почему-то 2000 года (хотя постановление издано в 2009-м). В 2013 году она равнялась, по оценкам Смольного, 364 миллионам рублей. Через несколько месяцев «Горэлектротранс» заключил договор с противоречащим нормам русского языка ООО «Ройял гарденс отель», передав ему все свои права и обязанности в отношении подстанции.

«Ройял гарденс отель» был создан еще в 2007 году как раз для строительства гостиницы на месте подстанции. Он даже успел начать процесс необходимых согласований. Это ООО – дочка «Корпорации С» Василия Сопромадзе, построившей соседний с подстанцией дом в парке Михайловского замка. Сначала «Корпорация С» собиралась сама строить и гостиницу, о чем уже была договоренность со Смольным, но потом схему решили немного усложнить. Активным лоббистом проекта выступал тогдашний председатель Комитета по инвестициям, бывший гендиректор «Корпорации С» и нынешний министр транспорта Максим Соколов. Но в 2007-м что-то не получилось, и через два года в цепочке появился  «Горэлектротранс».

В общем, это не совсем тот случай, когда наивные инвесторы пришли, получили на рыночных условиях объект, а потом были обмануты чиновниками и суровой российской действительностью.

В 2009 году инвестор по собственному почину провел историко-культурную экспертизу подстанции, доказывавшую, что никакой ценности она не представляет. В том же году Совет по культурному наследию эту экспертизу утвердил. На следующий год этот же совет одобрил, хоть и со скандалом, проект строительства гостиницы.

После этого сюжет ушел в тень, но подготовительная работа велась, и даже смена градоначальника ей не помешала. Об этом свидетельствует, в частности, то, что в 2012 году Георгий Полтавченко подтвердил «Городу 812» намерение снести подстанцию. Летом прошлого года стало известно, что «Ройял гарденс отель» выкуплен Группой ЛСР – самой влиятельной строительной компании на петербургском рынке. Гендиректор которой, Александр Вахмистров, до 2009 года возглавлял строительный блок Смольного. Теперь ему предстояло реализовать схему, рожденную если не по его инициативе, то под его кураторством.

Кто первый – тот и памятник

К началу 2014 года у ЛСР имелись все документы, включая разрешение на строительство. 8 марта подстанция была даже обнесена забором. Однако в последний момент градозащитники подали в КГИОП историко-культурную экспертизу, обосновывающую признание подстанции памятником. На время рассмотрения документов она получала охранный статус. Экспертиза, заказанная ВООПиК, готовилась загодя в большой тайне, так как борцы за подстанцию боялись, что застройщик, узнав об этом, форсирует снос. Считается, что ее не вносили, так как эксперты хотели собрать больше доказательных материалов. Поскольку экспертиза 2009 года признавала здание обычной типовой постройкой, не имеющей архитектурной ценности, авторы новой решили не спорить с выводами предшественников, а сделать акцент на ее исторической значимости.

Смольный, однако, озвучил аргументы, явно демонстрирующие его нежелание сохранять подстанцию. Вице-губернатор Марат Оганесян заявил, что надо еще разобраться, какая из подстанций первой дала ток блокадному трамваю. Ее и признать «блокадной», присвоив статус памятника. При этом было известно, что первой экспериментально дала ток «Клинская» подстанция на Можайской улице, а «Комсомольская» на Фонтанке и подстанция на Васильевском включились уже в рабочем режиме. С философской точки зрения – о том, что мемориалы становятся мемориалами сами по себе, а не по постановлению правительства, – подстанция на Фонтанке, конечно, является  блокадной. Как минимум потому, что у висящей на ней мемориальной доске собираются ветераны-трамвайщики. Народных троп к двум другим подстанциям нет.

Если изучить список организаций и особо выдающихся граждан, подписавшихся в защиту подстанции, в нем не обнаружатся традиционные названия и имена людей, выступающих в качестве совести нации и по более мелким поводам. Это было еще одним аргументом в пользу того, что перспективы у «Комсомольской» не радужные.

Поэтому накануне заседания Совета по культурному наследию, который должен был рассмотреть экспертизу и рекомендовать либо не рекомендовать КГИОП ее утверждать, настроения у градозащитников были не очень оптимистичны.

Совет собрался в на редкость представительном составе. И.о. председателя КГИОП Александр Леонтьев, предваряя дискуссию, призвал участников «держать себя в руках, никакими сравнениями и ярлыками не раскидываться».

Зампред ВООПиК Александр Кононов представил экспертизу. Блокадных подстанций, сказал он, было три, первая – Клинская, но она сохранилась в перестроенном виде, есть еще Василеостровская, но ее роль была меньшей. Поэтому «Комсомольская» на Фонтанке достойна стать памятником. После чего члены совета стали один за другим выступать в поддержку такого решения. Не все из них, впрочем, признавали ценность самой подстанции.  Одни видели в ней супрематизм, другие – совершенно неуместное здание. Профессор Владимир Лисовский наиболее четко сформулировал последнее направление мысли, заявив, что подстанцию можно «смело отнести к архитектурному вандализму». Но придание ей охранного статуса поможет «защитить место», которое в случае строительства гостиницы будет уничтожено. А если это отпугнет инвесторов от исторического центра – «так и замечательно». Сколько членов совета в глубине души голосовали за подстанцию как за мемориал, сколько – как за архитектурный объект, а сколько – как за защитницу места, знают только они.

Даже Вера Дементьева, в бытность которой начальником КГИОП подстанции отказали в статусе памятника, на этот раз выступала «за». Тогда, сказала она, исторический аспект не был до конца изучен, но теперь ценность очевидна.

В общем, градозащитно-научная часть Совета была за сохранение подстанции, практикующие архитекторы – против. В частности, Никита Явейн засомневался, что она попадет в список 10 самых известных памятников блокады, если его составить. Представители ЛСР, приглашенные на совет, порывались рассказать о предыдущей экспертизе, но им сказали, что по регламенту выступать они не могут. Впрочем, самому Александру Вахмистрову в порядке исключения слово дали.

Гендиректор ЛСР  оказался в непростой ситуации: объяснить не сильно симпатизирующей тебе публике, почему памятник блокады нужно снести и построить на его месте элитный дом, довольно тяжело. Поэтому он выбрал единственно верную стратегию. Александр Вахмистров заявил, что он – не архитектор и не историк, а простой честный инвестор, который получил все разрешения и вложил в перенос электрических сетей 400 миллионов рублей. И в очень деликатных выражениях выразил сожаление, что все сторонники сохранения подстанции «что-то недоговаривают». Вот, например, говорят, что она давала ток блокадному трамваю, а ведь в КГИОП есть письмо из «Горэлектротранса», что нет, не давала. Или кто-то из выступавших вспоминал, как вешал на подстанцию мемориальную доску в 80-е. А ведь ее повесили в 90-е. В заключении Александр Вахмистров попросил «справедливости и правильности».

Но справедливости в его понимании не было: 15 голосами «за» при 5 «против» совет рекомендовал признать подстанцию памятником. Александр Леонтьев тоже голосовал «за». Перед этим, подытоживая выступления, он сказал: «Я думаю, ни у одного человека не поднимется рука... не найдется слов, чтобы отрицать связь подстанции с историей». Вахмистров вышел из зала через заднюю дверь, не дожидаясь голосования.

Что дальше делать и кто в этом виноват?

Победа защитников подстанции заставляет думать, что Смольный даже не пытался надавить на совет. И, видимо, не собирается отыгрывать ситуацию назад. По крайней мере, как сообщили «Городу 812» в пресс-службе Марата Оганесяна, вице-губернатор считает, что окончательное слово – за советом. И рекомендовать КГИОП не прислушиваться к мнению совета он не будет.

«Уже перед началом заседания совета были признаки, что Смольный поменял свою точку зрения, – сказал «Городу 812» один из его членов. – Оганесян не приехал, хотя собирался. И оставил Вахмистрова один на один с градозащитниками». Другим аргументом в пользу того, что губернатор сознательно не вмешивался, является сам факт вынесения экспертизы на совет (формально это не обязательно). Тем самым Смольный умыл руки: его вины перед инвестором в том, что подстанцию вдруг взяли под охрану, нет.

Единственным внятным объяснением произошедшего могут быть слухи о том, что губернатор собирается на досрочные выборы.

Теперь можно ожидать судов со стороны ЛСР, который потребует вернуть вложенные 400 миллионов. Однако есть ли перспектива у такого суда – вопрос. Ни город, ни «Горэлектротранс» от своих обязательств не отказывались и договор не нарушали. А что у здания вдруг обнаружилась историческая ценность – так это не их вина.

Теоретически, впрочем, проект вполне может быть продолжен. Здание-памятник занимает лишь 20% от площади участка, остальные 80 могут быть застроены. Правда, по закону строить тут нельзя, так как это – охранная зона ОЗ-1. Но если ЛСР уже однажды получил разрешение на строительство, он cможет сделать это снова. Кроме того, и сама подстанция может быть приспособлена под современное использование.

Также нельзя исключать, что ЛСР попытается оспорить в суде решение о включении подстанции в список объектов культурного наследия.

В самой Группе ЛСР «Городу 812» не смогли озвучить позицию компании, заявив, что будут  давать комментарии только после того, как подстанция официально станет памятником, то есть появится соответствующее решение КГИОП.                

Антон МУХИН









Lentainform