16+

Что будет с православием на Украине...

29/08/2014

Что будет с православием на Украине...

Предстоятелем Украинской православной церкви (она подчинена Московскому патриархату) избрали митрополита Онуфрия, а не его соперника – близкого к петербургскому бизнесу Антония. В независимом от Москвы Киевском патриархате на избрание Онуфрия отреагировали, заявив, что выбор был сделан в пользу «русского мира», т.е. Онуфрий – ставленник Москвы. Хотя на самом деле к Москве этот выбор не имеет особого отношения.


          Есть события, которые бытия не меняют. Избрание митрополитом Киевским и всея Украины Онуфрия с многозначной для россиян фамилией Березовский как раз событие этого рода. Только сторонние наблюдатели видели в этих выборах интригу. Вопрос был решен уже 24 февраля, когда в Украинской церкви произошел дворцовый переворот – Онуфрий был назначен местоблюстителем тяжело больного митрополита Владимира (Сабодан), который скончался спустя четыре месяца.

Этим решением от церковной власти отсекался не сам Владимир, уже смотревший в вечность, а его активное окружение. Только что на Майдане погибли люди, Янукович сбежал из Киева. Украина менялась, и многие считали, что церковь, связанная с московской патриархией (УПЦ МП), должна меняться вместе с ней. Ей предлагалось по-новому взглянуть на церковный раскол в стране, найти пути к религиозному и гражданскому единству. На волне общественного подъема высказаться в пользу радикальных перемен было вполне возможно. Однако такие перемены угрожали спокойной жизни большинства украинского епископата, и уже тогда они сделали свой выбор.

Накануне выборов Онуфрия, как и главного соперника  митрополита Антония (Паканыча), активно упрекали в том, что оба они «ставленники Москвы». Действительно, Антоний, как и Онуфрий, выходец из Московской духовной академии, а эпизод его учебы в Ленинградской семинарии давно исчез из официальной биографии. Однако московской патриархии пришлось соглашаться с одной из двух кандидатур, выросших из местной украинской ситуации.

Известно, что Антоний близок к петербургскому олигарху Вадиму Новинскому, президенту группы компаний «Смарт-холдинг». Его позиции на Украине после падения режима Януковича оказались серьезно поколеблены, поэтому свой человек на киевском престоле казался ему правильным ходом. Однако сам Антоний тонко чувствует, на чьей стороне сила, а значит, не всегда предсказуем. Онуфрий предсказуем, как предсказуемы крестьяне, сеющие и жнущие в положенные времена. Поэтому если за Онуфрия во втором туре было подано 48 голосов вместо 36, то за Антония только 25, что лишь на один голос больше первого результата. В Киеве шутят, что за время перерыва люди Новинского лишь этот голос и сумели приобрести.

Новый президент Украины Петр Порошенко, как человек православный, ни на кого не ставил, а если внутренне и ставил, то на Онуфрия. Неожиданностей от такого победителя не предвидится, что для Украины сегодня благо. И для поддержания церковного застоя Онуфрий – идеальная фигура. Он не из тех, кто семь раз отмеряет, прежде чем что-либо отрезать. Он предпочитает не отрезать вообще. Потому что тот, кто ничего не делает, никогда не ошибается. Как любой российский чиновник, он считает, что если проблему не решать, то она разрешится сама. Поэтому выбор Онуфрия не имеет отношения ни к Москве, ни к украинскому православию – это сиюминутный выбор епископского корпуса для внутренних нужд, который совпал с сегодняшним стремлением украинских политических элит сохранить статус кво хотя бы на время войны на Донбассе. Однако, похоже, на этот раз инстинкт самосохранения подвел украинский епископат. Политизация общественной жизни на Украине разворачивается. И проблем в церкви, которую возглавил Онуфрий, становится все больше.

Первейшая из них – даже не отношения с Москвой, а идентичность украинского православия в национальных границах. Проблема в том, что сам Онуфрий живет в эклектичном мире мифов своих родных Черновцов и руководствуется принципами монашеской культуры Троице-Сергиевой лавры, не в меньшей степени мифологизированных. Если его и нельзя назвать агрессивным сторонником концепции «русского мира», которая оторвала Крым от Украины и принесла войну на Донбасс, то его этнополитические представления не многим отличаются от ее основного мифа, согласно которому русские и украинцы являются одним народом. Еще неизвестно, кто в его представлении настоящие сепаратисты. Для него главная угроза Украине – это Европа, живущая без Христа. Создание же на Украине независимой от Москвы церкви, по его мнению, приведет к уничтожению православия в стране.

Похоже, что сам Онуфрий видит в украинском православии лишь несамостоятельный региональный вариант православия русского. При этом публично он подчеркивает свою лояльность президенту и приверженность единой Украине, одновременно делая заявления, в которых пытается побудить Кремль остановить кровопролитие на Донбассе. Наблюдатели считают, что эта позиция продиктована самосохранением в силу давления снизу и извне. Так, ему пришлось публично утверждать, что в УПЦ МП нет священников, которые выступают против украинской государственности, а поступающие подобным образом – это «бродяги в рясах». Однако накануне избрания Онуфрия церковная община в Ровенской области вместе с храмом перешла в альтернативный Киевский патриархат – после того как местный священник отказался служить панихиду по украинским солдатам, погибшим на востоке, поскольку те, по его словам, воевали против «русского мира».

То, что риторика его понтификата будет меняться, показало сделанное сразу после выборов обращение собора украинских епископов к нации. Впервые здесь прозвучал призыв ко всем, кто «незаконно взял в руки оружие», сложить его и добиваться своих целей мирными средствами. О «православных ополченцах» речь уже не шла. Одновременно от имени УПЦ МП было заявлено, что православные епархии в Крыму – это часть Украинской церкви, а сам Крым – это Украина.

Другой проблемой становится единство украинского православия. Если власть при В. Януковиче открыто поддерживала УПЦ МП, вынуждено делая реверансы в сторону непризнанного Киевского патриархата, а В. Ющенко призывал к созданию единой и независимой от Москвы церкви, то сегодня общественные симпатии однозначно на стороне Киевского патриархата, несмотря на то что президент Порошенко – прихожанин московской «канонической» церкви. Но людей мало интересуют канонические споры, их интересует активное присутствие церкви в общественной жизни.

Все это у возглавляющего Киевский патриархат Филарета (Денисенко) есть. Его 5000 приходов – это интенсивно живущие «громады», с мнением которых вынуждены считаться архиереи. Патриарх Филарет, некогда служивший советской власти не за страх, а за совесть, который и сейчас отличается жестким стилем управления, все-таки сумел создать молодой епископат, неплохо взаимодействующий с общинами и обществом. В то же время из 11 000 приходов УПЦ МП часть существует лишь формально. Здесь, как и в России, инициатива священников подавлена епископатом.

В этой ситуации диалог двух украинских православных церквей мог бы привести к взаимному обогащению по принципу «жизнеспособность в обмен на каноничность», способствуя будущему объединению. Онуфрий после избрания заявил о готовности к такому разговору, к чему Филарет отнесся скептически. И не без оснований. Конфликт двух общин усилился сейчас длительным конфликтом двух лидеров. На протяжении 1990–1992 годов Филарет, будучи главой Украинской церкви, боролся за предоставление ей самостоятельного статуса, но получил от Москвы только эфемерную «независимость в управлении». В январе 1992-го совещание епископов Украины вновь обратилось к патриарху с просьбой предоставить местной церкви автокефалию. Только трое отказались подписать обращение. Это был наш Онуфрий, епископ Тернопольский Сергий (Генсицкий), и, внимание, Алипий (Погребняк), епископ Донецкий и Славянский (т.е. нынешняя война на востоке Украины имеет глубокие псевдорелигиозные корни). Эту тройку возглавлял Сергий, всегда близкий к нынешнему патриарху Кириллу (Гундяеву), что впоследствии сказалось на его авторитете в украинской церкви. Несмотря на то что Онуфрий не был лидером, Филарет этот демарш запомнил навсегда.

Тогда патриарху Алексию (Ридигеру) удалось переломить настроения украинского епископата. На соборе в Москве в апреле 1992 года Филарет был вынужден пообещать собственную отставку. Однако за словами дел не последовало. Реакция наступила в мае, когда на неожиданно созванном соборе в Харькове украинский епископат, в отсутствии самого Филарета, избрал вместо него митрополитом Киевским Владимира. Здесь был очевиден интерес патриарха Алексия, который одновременно убрал из России авторитетного Владимира, составившего ему серьезную конкуренцию на выборах 1990 г., и «свалил» Филарета, которого ненавидел.

В ответ в июне того же года Филарет создал собственный патриархат, став для Москвы «раскольником».

Поэтому, когда Онуфрий говорит, что объединение церквей должно произойти не на политической основе, а на основе церковного права, то в данном случае стоит поискать иные правовые основания, нежели тот Харьковский собор. Традиционно практикуемое в церкви «покаяние раскольников» здесь не сработает, а непростые отношения двух иерархов не позволят им найти общее решение.

В этой связи позиция Константинопольского патриархата могла бы сыграть здесь важную роль. Однако интронизация Онуфрия – официальное вступление в должность, состоявшаяся 17 августа, уже бросила тень на отношения Киева и Стамбула не без «руки Москвы». Патриарха Кирилла, понятно, в Киеве никто не ждал. Вместо него прибыл «министр иностранных дел» РПЦ Илларион (Алфеев), интригами которого представителю Константинополя митрополиту Эммануилу (Адамакису) за богослужением было предоставлено лишь четвертое место. Естественно, служить митрополит отказался. Такой укол греческому самолюбию – обычный прием церковной Москвы, но в данном случае этот  укол имел стратегическую цель. Однако шокирована была и Москва, поскольку использованный в Киеве чин интронизации копировал патриаршую службу. Одновременно Интернет облетела фотография трона митрополита Онуфрия с византийским двуглавым орлом, который некоторые юзеры по недоразумению приняли за герб РФ. По всему выходит,  что Киев готов освоить наследие Византии, которое до сих пор безраздельно принадлежало Москве.

Только, похоже, для реальных шагов к православному единству страны нужно дождаться более радикальной смены руководства обеих украинских церквей. Здесь уместно вспомнить, что в выборах участвовал еще один митрополит – Симеон (Шостацкий), хотя реальным кандидатом он не был. Его сделали таковым политтехнологи, поскольку его кафедра – Винница – считается вотчиной президента Порошенко. Симеон получил 9 голосов, которые предоставили ему епископы из западных областей Украины. Главным их мотивом была личная выгода, поскольку епархии в эти краях маленькие и бедные, а в случае удачи они могли получить перевод на более доходные кафедры. Однако такая географическая сплоченность голосовавших показательна. Аналитики отмечают, что результаты голосования на президентских и парламентских выборах на Украине в 1991–2004 гг. свидетельствуют о медленном, но верном распространении национально-демократической идеи с запада на восток. Не исключено, что 52-летний Симеон к моменту освобождения кафедры по тем или иным причинам 70-летним Онуфрием сможет набрать церковно-политический вес, достаточный для ее занятия. Несмотря на принадлежность этого епископа к московской школе содержание его публичных выступлений весьма оптимистично в отношении воссоединения всех ветвей украинского православия.             

Александр МУСИН, доктор исторических наук, кандидат богословия








Lentainform